Хроники Колыбели

Перед глазами темнело, я пыталась что-то делать, но выходили только конвульсии, нелепые взмахи рук, перебирание ободранными ногтями каменного пола.

— Отпусти ее!

Похоже, Дикки — нежное создание, не мог смотреть, как я умираю.

Призрак отпустил меня прежде, чем мир сжался в кровавую тьму, и я хрипло задышала, развалившись на полу. Предательские слезы текли из глаз, и на этот раз остановить их было сложнее.

Дыши — просто дыши.

— Зачем?

Я не видела больше, что происходит — просто закрыла глаза, стараясь дышать. Последние силы уходили на это.

— Зачем? — прошелестел призрак где-то далеко.

— Я… я пойду за ней.

А потом послышался вскрик, и я поняла, что еще немного — и я умру.

— Эй! — меня кто-то тормошил. — Там скелет…

Что? Какой скелет? Где скелет?

— Ты кто? — спросила я, ничего не понимая.

— Д-дикки. Ты чего это? Ты только не умирай, ладно? Я же…

— Какой скелет? — повторила я вопрос и открыла глаза.

Призрак стоял за ним, не издавая не звука, но покачиваясь, словно сомнамбула на карнизе.

Что-то в моей больной голове снова пришло в движение и начало расставлять все по местам.

— Твоего деда отправили в Колыбель за убийство. За ее убийство. Я не знаю, зачем, или почему, но она хотела иметь дело только с тобой, — руки неожиданно стали слушаться, и я приподнялась с пола, чувствуя, как коридор кружится, — потому что ты Изен. Внук того, кто ее убил. Похорони ее скелет, в общем… Иначе получишь скоро мертвого заложника. Вот Гаррет-то обрадуется.

Мне не удалось сконцентрироваться на Дикки взглядом, поскольку он разъезжался, словно бы косел. Я услышала, как он что-то негромко забормотал и ушел. А потом помотала головой, желая вернуть хотя бы ясность зрения, но только рука проехалась по полу, увлекая меня обратно.

Да что же такое.

Как я домой хочу…

Я немного полежала на холодном полу, все еще не в силах сдвинуться с места, и боясь даже думать, в какую ловушку попала. Успеет ли Гаррет меня найти, прежде чем мальчишка наделает глупостей, или прежде чем я умру здесь. Сможет ли Гаррет помочь Артемусу?

И как отреагирует Артемус на мою смерть? Такую бестолковую. Я хотела дать ей другое определение, в то же время уговаривая себя подумать о чем-то более необходимом, но не удавалось ни того, ни другого.

Почему или зачем?

Ну что она к нам привязалась с этим «зачем»?

Мимо прошелестели чьи-то шаги — призрака, вероятно, ведь Дикки топал, как детеныш отарка. И наступила тишина. И темнота — почему-то погас факел.

Интересно, с каких пор призраки умеют тушить огонь? Наверное, с тех самых, как могут душить живых и отнимать у них силы. А жив ли Дикки? Я уцепилась за первую подходящую версию, и она разлеталась по швам одним вопросом «зачем», и я выдала эту догадку мальчишке, желая избавиться от опасности. А между тем — ну почему «зачем»? Не «почему» — «почему вы меня убили»? А «зачем».

Почему?

Мысли путались в смыслах одинаковых слов. Темнота вскоре стала всеобъемлющей, она прокралась внутрь меня, заполнила все знакомые лица в памяти, все любимые лица, ответила на все вопросы. Мне показалось, что я превратилась в одно сплошное напоминание о беде Артемуса и о том, что придет Гаррет.

Зачем-почему…

И тут меня осенило.

— Эй! Она исчезла…

Еще одна мысль-напоминание, что этот мальчишка может помочь, стоит сказать ему правильные слова, заставила меня открыть рот.

— Ты ее похоронил?

Дикки кивнул и сел рядом.

— Я нашел ее могилу. Так странно — как будто эту женщину закидали землей и камнями, а потом откопали снова.

Морг. Вот почему Изен спускался в Морг.

Наверное, из-за того, что мне оставалось совсем немного времени, я начала понимать то, что не могла назвать иначе, как озарением свыше.

— Я думаю, ее убили какие-то грабители, — спокойно сказала я. — А может, кавалер, или родственник. А может быть, даже сам твой дед. И времени у убийцы было достаточно, чтобы ее как следует спрятать. Дом стоит на отшибе, но если был день или лунная ночь, проще было закопать ее в самом доме, а не пытаться избавиться от трупа, рискуя попасться кому-нибудь на глаза. Я даже уверена, что, если ее убил не твой дед, то сам он был где-то неподалеку, и может, даже все знал и видел. Только не мог или не хотел помешать.

Бедный Изен даже в Колыбели пытался исправить свою ошибку.

— Когда стражники стали искать пропавшую служанку и обыскали дом, а я уверена, что они обыскали, возможно, не слишком тщательно, Изен понял, что второй раз ему может так не повезти. И он вытащил труп, чтобы похоронить его там, где никто уже не свяжет убитую с этим домом.

Он спускался в Морг, считая, что это подвал его дома… И раз за разом он искал разрытую могилу, чтобы успокоить несчастную служанку.

— А что было дальше? Он не смог? Не успел? У него случился приступ? Что-то заподозрила стража? Вот что призрак спрашивал — зачем. Зачем его лишили покоя. Зачем Изен осквернил могилу, пусть и такую, спешную и неумелую. Мертвые должны спать спокойно, мальчик…

Дикки вздохнул. А я почувствовала, как меня затягивает куда-то в странное небытие…