Hwyfar

Жаль, что я не умел убивать взглядом, как говорилось в некоторых наших легендах. Еще раз напомнив себе, зачем я его вообще позвал, я глубоко вздохнул и мысленно пожелал себе много-много терпения.

— Это диван, — высокомерно заявил я, выпрямляя спину. — А твои намеки неприемлемы — меня этот смертный не интересует.

Мы с Факундом устроились рядом в креслах, периодически бросая взгляды на незваного гостя, и пока моему неуемному другу не пришло в голову еще какой чепухи, я коротко ввел его в курс дела. Приглушать голоса никто из нас даже и не думал — все-таки, нам не сон смертного оберегать нужно было, а наоборот растормошить — человек в чувство приходить даже не собирался.

— Все хотел спросить, почему ты никогда не зовешь его по имени? — Факунд вдруг прервал меня на полуслове, опуская голову на сложенные в замок руки.

— А это имеет значение? — искренне удивился я.

Люди приходят и уходят, слишком быстро, чтобы их запоминать. В нашем мире имена имели особый вес и значение, и не дело было небрежно к этому относиться. К тому же, мне по-детски казалось, что если не звать его по имени, то можно сделать вид, что его нет и никогда не было, так, очередное мимолетное лицо. Сильен все равно никогда не мог прожить с кем-то достаточно долго, чтобы стоило запоминать — пройдет мгновение, и этот смертный сменится кем-то другим, так зачем захламлять свою память ненужными данными?

— Наверное, все же имеет, — Факунд медленно произнес, пристально на меня посмотрев, словно ему пришла в голову одна из тех невероятных мыслей, что и поверить в нее сложно, но и не думать не выходит.

Не понравился мне этот взгляд, но я все же решил, что не хочу знать, что творилось у него в голове.

— Нужно привести человека в чувство, и желательно бы сделать это до того, как вернется Сильен — не хочу выслушивать, что я сломал его игрушку.

— То есть, ты хочешь сказать, что он не знает? — ошеломленно спросил он.

— Нет.

— Нет?

— Что ты на меня так смотришь? Вчера вечером он ушел, когда вернется — не известил. Его, — я кивнул в сторону смертного, — он о своих планах, видимо, поставить в известность не потрудился — не думаю, что он явился бы просто так, уж больно он меня для этого не любит.

— Думаешь, сильнее, чем он любит Сильена? — в его голосе звучал неподдельный интерес пополам с ехидством.

— Видимо да.

— Какая очаровательная взаимность, — фыркнул Факунд.

Я бы запустил в него подушкой, но для этого нужно было встать и вытянуть ее из-под смертного.

— Если тебе нечего мне больше сказать, то можешь возвращаться к своим делам, — вместо этого устало сказал я.

— Ну как же! — оживился он. — Мне всегда есть что сказать. Вот, например…

— По делу, — перебил его я. — Что мне с ним делать? На улицу не выставишь — еще загнется. Мне сейчас не с руки возиться с сокрытием трупов. К нему домой я его тащить тоже не буду — я понятия не имею, где тот живет, да если бы и знал, все равно не стал бы. А здесь ему не место.

— Ладно, уговорил, только замолчи, — простонал Факунд. — Я посмотрю, что можно сделать. Паникер.

— Я всего лишь беспокоюсь о своем комфорте! Посмотрел бы я на тебя, найди ты у себя вот такой вот подарок, — упрямо возразил я, не желая оставлять за другом последнее слово.

И словно ставя точку в этом разговоре, я ушел наверх — стоило все-таки заглянуть в записи. Мне совершенно не хотелось знать, что там Факунд будет делать, меня интересовал лишь результат, и было очевидно, что мое присутствие только затормозит процесс. Я лениво водил взглядом по строчкам, не столько читая, сколько пытаясь чем-то себя занять, и искренне надеялся по возвращению обнаружить если не пустую гостиную, то хотя бы одного лишь Факунда, но это был явно не мой день.

— А ты с ним точно ничего не делал? — озадаченно спросил он.

Его попытки успехом не увенчались, скорее уж наоборот — человека била крупная дрожь, но он все еще не приходил в себя.

— Факунд, — поморщился я, — кажется, я просил тебя поставить его на ноги, а ты что сделал?

— Попытался привести в чувство, — огрызнулся он. — Ты уверен, что твои эксперименты тут не причем? Его могло, не знаю, как-то зацепить чем-то?

— Не должно было, — задумчиво ответил я после небольшой паузы.

— Не должно было! — передразнил меня Факунд, повышая голос. — «Не должно» и«нет» — это два разных ответа, и, признаться, я рассчитывал на второе.

— Не знаю я! — едва ли не прокричал я. — Доволен?

— Нет, — честно ответил он уже спокойно.

Какое-то время мы провели в молчании, думая о том, как еще можно было выпутаться из этой ситуации, желательно побыстрее. Человеку лучше не становилось, возможные варианты решения находиться упрямо не хотели, и я чувствовал себя смертельно уставшим.

— Придется звать Сарфф, — неохотно признал я.

— Может, мы сами его убьем? Так будет намного гуманнее, — предложил Факунд. Заметив мой взгляд, он спешно добавил: — Хорошо, отставить гуманность, как скажешь.