Hwyfar

— Или ты его отравил чаем, — весело предположил он, размахивая ножом, — или он опять что-то неудачно прочитал, только на этот раз неудачно для него.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился я, убирая горчицу подальше, чтобы он до нее не дотянулся.

— Это не моя история, пусть сам рассказывает, — со смешком ответил Факунд, а затем посерьезнел: — Так все-таки, вы ничего подозрительного не читали?

— Подозрительного нет, да и не подозрительного, вроде, тоже. Был только один странный текст, — я поморщился, вспомнив о нем. — Вроде расшифровали правильно, а все равно ничего не ясно. Он, кажется, на столе остался.

Не успел я договорить, как Факунд исчез, чтобы тут же вернуться.

— Мой бутерброд не есть! — он ткнул в меня пальцем, потом надкусил вышеупомянутый бутерброд и снова исчез.

На этот раз он вновь показался на моей кухне с целой кипой бумаг.

— Какой из? — он сгрудил всю эту кипу на стол, едва не роняя некоторые листы в процессе.

Ничего не оставалось, пришлось сесть это все просматривать — вдруг и правда это чем-то поможет. Настроен я был скептично, но других идей все равно не было. Отыскав нужный лист, молча протянул его Факунду, а сам пошел ставить чайник — мне нужно было занять чем-то руки, а продукты кромсать уже не вариант.

— Кто из вас это читал? — вдруг спросил он. — Кто-то вслух это читал?

— По-моему, только я, — после некоторых размышлений припомнил я. — А это имеет значение?

— Ага, — неожиданно задорно отозвался он. — По части попадания в идиотские ситуации вы просто два сапога пара.

— А Арранзу это чем поможет? — неожиданно рассердился я — ну как так можно! С его другом неизвестно что творится, а он все в шутку сводит, словно ничего серьезного не произошло.

— Да ничем, — Факунд легкомысленно отмахнулся. — Но вот здесь, — он потряс злосчастным листом перед моим лицом, — сказано, что эффект временный. Зависит от силы читавшего. Если бы его читал сам Арранз, то тогда можно было бы начинать разводить панику, а так все будет в норме. Заодно эксперимент проведем — хватит ли у тебя силенок на предположительный захват мира или нет.

— Какой захват мира, ты… — я замер, когда до меня дошел весь смысл сказанного. — Погоди, ты что, понял, что там написано?

— Нет, — он закатил глаза, — я это по бутерброду нагадал. Кстати, у тебя чайник закипел.

Пока я возился с заваркой, Факунд критично осматривал остатки продуктов на столе, словно решал, что из этого еще можно соорудить, и есть ли в этом необходимость. Вся макулатура со стола магическим образом исчезла: что-то мне подсказывало, что Арранз потом все найдет на своих местах у себя в кабинете.

— Арранз, видимо, изрядно подзабыл этот диалект, — продолжил он, — иначе ни за что не позволил бы тебе продолжить.

— Ты знаешь, что с ним? — поинтересовался я, предлагая тому чаю.

— Кроме того, что он идиот, коллекционирующий грабли? — Завидев, что ответ меня не устроил, он вздохнул и нехотя пояснил: — Знать-то я знаю, но я бы предпочел этого не говорить. Мы с Арранзом потом это обсудим, и он сам тебе все расскажет. Без обид. Пойдем лучше глянем, как там наша спящая принцесса.

Арранз оказался там же, где его и оставили. Теперь он выглядел скорее спящим, чем без сознания, но все равно было непривычно видеть его таким. Я тихо подошел к дивану, присел на корточки и, аккуратно, стараясь не разбудить, убрал волосы, занавесившие половину лица.

— У меня сейчас такое чувство дежавю, — позабавленно проговорил Факунд вполголоса.

— Что, я тоже валялся на диване, пока он меня в порядок приводил? — подколол его я. — Хотя нет, картинка не складывается — я тогда в кровати проснулся.

— Он сказал тебе? — Факунд посмотрел на меня так, словно у меня вторая голова выросла. Затем задумался, словно вспоминая что-то, и довольно пакостно улыбнулся. — Было дело: и ты, и диван, и все прочее, а вот как ты оказался в кровати, уже вон у него спрашивай — тут я ни при чем.

Я вдруг стал ему благодарен за всю его легкомысленность: у меня на диване спит Арранз, непонятно в каком состоянии, который еще и не человек, еще неизвестно когда он придет в себя, и как на нем скажется мое выразительное чтение тоже неясно — хотел один впечатлить на свою голову, — а мы сидим и обсуждаем всякие глупости. Мне стало смешно, но я бы не поручился, что смех мой вышел без налета истерики. На выразительный взгляд Факунда я лишь покачал головой.

— Как думаешь, что теперь делать? — наконец спросил я.

— Ждать, я полагаю. Перемещать его никуда не рекомендую — мало ли как это может на него повлиять, у него и так состояние неустойчивое, поэтому пусть пока останется у тебя. Если до завтра не очнется — звони, номер знаешь.

— А как быть с Сильеном? — вдруг вспомнил я.

— А что с ним? — удивился Факунд.

— Арранз не хотел, чтобы тот знал.

— Да мало чего тот не хочет, — проворчал он. — Ладно, я это улажу. Знаю я одного типа, к нему наш младшенький охотно пойдет на любое мероприятие.