Hwyfar

Народа собралось здесь немало, и от осознания того, что я вынужден находиться в этой толпе и не мог уйти когда только пожелаю, становилось неуютно. Я скользил взглядом по незнакомым лицам и старался выглядеть при этом естественно, а не загнанно; казаться скорее скучающим, а не отчаянно ищущим. Заметив Сильена в обществе какого-то мужчины, я почти кинулся ему навстречу, но совет Арранза и восторженно-преданный взгляд, каким Сильен на него смотрел, намертво отбили у меня всякое желание подходить ближе. Вместо этого я развернулся и побрел в противоположном направлении; чем быстрее я найду знакомого Арранза, тем лучше — следовало сосредоточиться именно на этом.

— Случайно не меня разыскиваешь? — у меня за спиной вдруг раздался хрипловатый, словно сорванный голос, лениво растягивающий гласные.

Обернувшись, я заметил почти скрытого в тени человека… хотя нет, какой же из него человек. Из-за освещения я его почти не видел, и все, что мог понять, — так это то, что мужчина был почти на голову ниже меня, а потому не мог сказать наверняка, был ли он тем, кого я искал, или нет.

— Зависит от того, кто ты, — настороженно ответил я, не сводя с него глаз.

Незнакомец ненадолго повернулся к свету, позволяя хоть немного рассмотреть себя: тонкий, едва заметный шрам, тянущийся из уголка левого глаза, и чернильная змея, чей хвост обвивал правое предплечье, а шипящая голова находилась на тыльной стороне ладони, которую я заметил, когда тот откидывал капюшон, говорили сами за себя — искал я и впрямь именно его. Пока я его разглядывал, он в свою очередь не сводил с меня изучающего взгляда, умудряясь даже с высоты своего роста смотреть на меня сверху вниз, что неожиданно нервировало. Придя к какому-то для себя выводу, он поманил меня за собой. Убедившись, что нас никто не подслушивает, незнакомец деловито передал мне довольно массивную резную шкатулку из слоновой кости с элементами из черненого серебра.

— Теперь это твоя головная боль, — довольно произнес он.

— А ты уверен, что моя? — непонятно зачем поддразнил его я, видимо, в надежде хоть как-то разрядить обстановку. — Я ведь еще не подтвердил, что я именно тот, кого ты ждал.

— Можешь не сомневаться, даже если бы Арранз не сообщил, как тебя опознать, я бы все равно догадался — ты им насквозь пропах, — он хищно ухмыльнулся, сверкнув пронзительно-желтыми глазами. — Кстати, передай этому перестраховщику мое восхищение.

— Касаемо?

— Касаемо твоего внешнего вида, — несколько позабавленно и отчасти снисходительно ответил он. — Помнится, раньше его иллюзии были не настолько сильными.

Я нервно дернулся, подавляя желание панически оглянуться по сторонам. Мне не нравились ни его слова, ни то, что они с собой несли.

— Нет смысла так нервничать, — беззвучно засмеялся он. — Я не могу рассмотреть, как ты выглядишь на самом деле, просто знаю, что все это, — он махнул у меня перед лицом рукой, — фальшь. Тебя вроде подбросить надо? Сейчас или хочешь еще прогуляться? Я особо никуда не спешу.

Сложно было сказать, чего мне хотелось больше: оказаться в любом другом месте или убраться от своего собеседника как можно дальше; все-таки было что-то в нем такое, что буквально вопило об исходившей от него опасности. Схожие ощущения были в нашу самую первую с Арранзом встречу, с той лишь разницей, что сейчас они были куда сильнее, но как бы ни хотелось ответить отказом, ни гордость, ни инструкции Арранза мне этого не позволяли. Видимо, незнакомец это хорошо понимал, так же, как то, что чувствовал я себя здесь не в своей тарелке, поэтому он невозмутимо взял меня под локоть, а через пару мгновений мы оказались на нашем городском кладбище. Из всех возможных мест выбрать именно это, он серьезно? Но высказывать свои возражения, возмущения и соображения уже было некому — он исчез.

Поудобнее перехватив шкатулку, — а она не легкая! — я стал выбираться; к счастью, я оказался не так далеко от выхода и всего двадцать минут спустя уже диктовал какому-то таксисту нужный адрес, не имея ни малейшего представления, куда ехал. Прав был незнакомец — Арранз тот еще перестраховщик. Запоздало закрались смутные сомнения, что меня втянули во что-то незаконное, но измененная внешность несколько примиряла меня с действительностью, да и не думал я, что меня собирались подставить. Может, несколько месяцев назад еще запросто, но не сейчас.

Не знаю почему, но Арранз строго-настрого запретил сразу возвращаться домой ни к себе, ни к нему; вот так я и оказался возле одной высотки. Судя по всему, мне нужно было на самый верхний этаж. Сверившись с написанным на клочке бумаги адресом и точным номером квартиры, я позвонил в дверь. Несколько мгновений спустя Арранз высунулся наружу и какое-то время бездумно сверлил меня взглядом, словно не до конца понимал, что от него хотят, но затем, видимо, вспомнил, кто перед ним, и пропустил меня внутрь.

— Что так долго? — проворчал я, передавая ему шкатулку и чувствуя при этом огромное облегчение, мало связанное с избавлением от тяжести.