Когда я родилась, мой дед, Герой Советского Союза, помог моим родителям получить отдельную квартиру в том же районе, где жил сам. Мы переехали туда, когда мне был годик. И жила я с мамой и папой до пяти лет…
9 мин, 54 сек 59
Однажды Оля позвонила мне, и сказала, что едет на неделю к родителям в Конотоп, и попросила меня позаботиться о её собаке, которую оставляла в Москве (у собаки не было необходимых справок и прививок для перевоза её через границу). Я согласилась, и в первый же день пожалела: гулять одновременно с двумя большими собаками, да на поводках — это нереально. Они играют, носятся колбасой, я летаю за ними на конце поводков, и пашу носом землю. Счастье ещё то. Гулять с ними по очереди выходило много времени: час с одной собакой, час с другой. И я позвонила Олиному прынцу: мол, как по выходным с Олей отдыхать — это типа нормально, а как с Олиной собакой гулять — так это должна я? Так агрессивно немножко сказала. А он, на удивление, не стал отказываться. Спустился на улицу, зашёл со мной в Олину квартиру, взял её собаку, и мы с ним пошли гулять вместе. Неделю так гуляли. Никаких «таких» мыслей у меня не возникало. На мальчика я смотрела только как на парня подруги, да и старше я его на 7 лет. на кой мне, почти 30-летней женщине с ребёнком, двадцатилетний сопляк? За мной тогда бурно ухаживал этакий лайт-олигарх Андрюша. Владелец заводов-газет-пароходов. Дело принимало серьёзный оборот. Я готовилась впервые в жизни выйти замуж по расчёту. Поймите меня правильно: в первый раз я вышла замуж в 17 лет, через год родила сына, а ещё через год меня бросил муж. И я с 19-ти лет одна поднимала ребёнка, работала на трёх работах, да ещё училась. Денег вечно не хватало, жили впроголодь, много денег уходило на детский сад и содержание ребёнка: дети ж растут не по дням, а по часам… После того как овдовела — я долго болела и не могла работать. Мы с сыном подъели последние сбережения. А тут подвернулся обеспеченный мужик: симпатичный, не старый — 32 года, подарки-цветы-финансовая поддержка… Не для себя хотела такой жизни — для ребёнка. Чтобы у него было ВСЁ. В общем, суть в том, что Олин Артём мне даром не был нужен. мы просто гуляли с собаками. Гуляли, трепались обо всём, со смехом выяснили, что, оказывается, мы с ним знакомились уже четыре раза: это он был тем тринадцатилетним вежливым мальчиком, с которым я застряла в лифте восемь лет назад, это с ним я в прошлом году танцевала медляк на дискотеке, только совершенно этого не помню, ну и ещё пару раз он мне помогал донести сумки до дома, а я вежливо говорила ему спасибо, даже не глядя на его лицо. В общем, время мы с ним провели интересно.
Вернулась Оля с Украины. Снова с блестящими глазами, и красными щеками. И снова фонтанирующая рассказом о том, с каким чудесным мальчиком она познакомилась у себя на родине. Что поделать? Семнадцать лет — это семнадцать лет… На мой вопрос: «А как же Артём?» — она отмахнулась:«А на кой он мне? Его мама костьми ляжет, но жениться на мне не позволит, а тот мальчик уже сделал мне предложение. Сейчас оформлю документы на собаку, и уеду домой с концами». Сказано — сделано. Она уехала домой, а я по привычке стала вечерами гулять с собакой вместе с Артёмом. Мы подружились. Подружились до такой степени, что Артём стал моей правой рукой: я уезжала со своим лайт-олигархом в дом отдыха — и оставляла Артёму ключи от своей квартиры, чтобы он гулял с собакой и поливал цветы. Когда мне было лень выходить на улицу — я звонила ему, и просила сбегать для меня в магазин. Когда я болела — Артём носился по всем аптекам, вызывал мне врача, и варил куриный бульон. Разумеется, у него была своя личная жизнь, какие-то девушки, но я не вникала. Мы дружили — и всё. Артём потихоньку стал для меня незаменимым: ремонтировал мне электропроводку, когда я устроила короткое замыкание, чинил телевизор и стиральную машину, когда мой пёс перегрыз повсюду все провода, вешал полки, вбивал гвозди, в общем, этакий «муж на час».
Когда я возвращалась домой после отдыха со своим олигархом — в моём доме всегда было чисто, цветы политы, собака выгуляна, накормлена и помыта. Идеальный и бесплатный домработник. И меня устраивало абсолютно всё. До моего двадцать девятого дня рождения.
В этот день ко мне приехал мой «жених», подарил огромный букет цветов (29 роз, и в каждый бутон были засунуты свёрнутые в трубочку сто долларов. Он любил понты), пожелал мне щастья-успехов, и уехал по делам. Сказать, что я расстроилась — это не сказать ничего. В голове ясно вырисовалась картина нашей с ним будущей жизни: он будет всегда откупаться от меня деньгами, будет относиться ко мне как к покупке, и свои дни рождения я буду проводить без него. Потому что у него вечно дела…
Я разревелась.
И в этот момент у меня зазвонил телефон. Звонил он, мой Андрей. Я подумала, что он хочет сказать, что сейчас вернётся, что наплевал на все свои дела — ведь у меня же день рождения, но он загадочно и как-то зло сказал в трубку: «Выйди на балкон. тут тебя ещё один подарочек ждёт».
Вернулась Оля с Украины. Снова с блестящими глазами, и красными щеками. И снова фонтанирующая рассказом о том, с каким чудесным мальчиком она познакомилась у себя на родине. Что поделать? Семнадцать лет — это семнадцать лет… На мой вопрос: «А как же Артём?» — она отмахнулась:«А на кой он мне? Его мама костьми ляжет, но жениться на мне не позволит, а тот мальчик уже сделал мне предложение. Сейчас оформлю документы на собаку, и уеду домой с концами». Сказано — сделано. Она уехала домой, а я по привычке стала вечерами гулять с собакой вместе с Артёмом. Мы подружились. Подружились до такой степени, что Артём стал моей правой рукой: я уезжала со своим лайт-олигархом в дом отдыха — и оставляла Артёму ключи от своей квартиры, чтобы он гулял с собакой и поливал цветы. Когда мне было лень выходить на улицу — я звонила ему, и просила сбегать для меня в магазин. Когда я болела — Артём носился по всем аптекам, вызывал мне врача, и варил куриный бульон. Разумеется, у него была своя личная жизнь, какие-то девушки, но я не вникала. Мы дружили — и всё. Артём потихоньку стал для меня незаменимым: ремонтировал мне электропроводку, когда я устроила короткое замыкание, чинил телевизор и стиральную машину, когда мой пёс перегрыз повсюду все провода, вешал полки, вбивал гвозди, в общем, этакий «муж на час».
Когда я возвращалась домой после отдыха со своим олигархом — в моём доме всегда было чисто, цветы политы, собака выгуляна, накормлена и помыта. Идеальный и бесплатный домработник. И меня устраивало абсолютно всё. До моего двадцать девятого дня рождения.
В этот день ко мне приехал мой «жених», подарил огромный букет цветов (29 роз, и в каждый бутон были засунуты свёрнутые в трубочку сто долларов. Он любил понты), пожелал мне щастья-успехов, и уехал по делам. Сказать, что я расстроилась — это не сказать ничего. В голове ясно вырисовалась картина нашей с ним будущей жизни: он будет всегда откупаться от меня деньгами, будет относиться ко мне как к покупке, и свои дни рождения я буду проводить без него. Потому что у него вечно дела…
Я разревелась.
И в этот момент у меня зазвонил телефон. Звонил он, мой Андрей. Я подумала, что он хочет сказать, что сейчас вернётся, что наплевал на все свои дела — ведь у меня же день рождения, но он загадочно и как-то зло сказал в трубку: «Выйди на балкон. тут тебя ещё один подарочек ждёт».
Страница 2 из 3
