Идеальное оружие

Тогда они и украли эту девушку. Сначала за ней наблюдали: в семье разлады, друзей нет, парня нет, сверстники отзывались о ней как о «странной». Она им подходила. Её звали Луна… Браут помог Кэролу затащить её в погреб и приковать. Тот всё ещё сомневался, но первый укол преградил шаг назад. Сначала всё шло хорошо — они даже установили несколько камер, чтоб наблюдать за ней. После уколов она много спала. Просыпаясь, металась по свое «тюремной камере», в короткие периоды затишья забивалась в угол и немигающими глазами смотрела в черную пустоту. Время от времени они усыпляли её — требовалась лошадиная доза снотворного — чтоб просканировать мозг. Тогда она видела их лица — пять или шесть раз. Потом вдруг все оборвалось: она перестала есть, она перестала спать — просто сидела и смотрела в одну точку, иногда, кажется, плакала.

Поти пять лет, они делали ей инъекции почти пять лет. Потом Браут решил все бросить. Теперь ему казалось, что этот чертов ученый заставил его всё это делать, а он купился как маленький мальчик. И истратил на эту затею почти все мамочкины деньги, которые они ссудила ему после своей смерти. Мамочка всегда видела в своём сыне великого ученого, она привила ему это чувство. Навязала осознанно тягу к науке. Но он не оправдал её надежд — стал обычным финансистом… Но ничего, мамочка его любила и он найдет способ доказать ей, что её сын — не безвольное существо с отсутствием характера.

В конце рабочего дня к Ёхану в кабинет ворвался взмыленный Кэрол. Он тяжело дышал, глаза его были выпучены и кажется он был простужен.

— Я её видел, я спал и она приходила! — ученый был слишком возбужден, чтоб внятно излагать свои мысли вслух.

— Спокойствие, друг мой, спокойствие. Если вас мучает совесть, пойдите и прикуйте себя рядом с ней. Будьте так добры, заприте за мной дверь.

С этими словами Браут вышел из кабинета, а Льюис без сил рухнул на стул. Ему нужно было отдышаться. Проведя полночи и почти весь день под холодным душем, он явно простудился и сейчас лёгкие и горло его горели огнем. Измученный и уставший, он просидел без движения минут сорок — пока сердцебиение и дыхание окончательно не восстановились. Пора было уходить.

— Ах да, запереть дверь.

Кэрол подошел к рабочему столу и начал рыться в ящиках. Тишину опустевшего офиса нарушил телефонный звонок:

— Да… — он снял трубку.

Стоны, хлюпанье и какой-то неприятный запах, казалось, заполнили комнату. В трубке прохрипело:

— Здравствуйте. Может вы поможете мне открыть дверь? — из телефонной трубки веяло могилой и Льюис, бросив её на стол, выскочил из кабинета.

На улице его сбила машина и через несколько часов ученый Льюис Кэрол впал в кому… 6 … Я наверное долго спала. Я их вспомнила — их было двое, их всегда было двое. Один молодой и красивый — он всегда смотрел на меня печальным взглядом. Наверное он тоже меня любит — у меня красивые глаза. Пол в комнате стал совсем белым, как будто его чем-то посыпали. Оказывается мой мох может цвести. Маленькие цветочки с семью белыми лепестками — я их рассматривала, — они мне нравятся.

Старый мне совсем не понравился. Он совсем был грубый. Он заставлял другого делать мне укол — толкал его. У него жуткие глаза, какие-то спокойные… и светятся… но потом молодой перестал сопротивляться, значит я не могу их простить. Они оба хотели чтоб мне было плохо. Но я научилась, а они не заметили. Я хотела их попросить открыть дверь — я позвонила. Они, кажется, всегда так делают, когда им что-то нужно. По-моему он испугался. А потом попал под машину. Бедный. Но мне его совсем не жалко… Наверное теперь я люблю эти белые цветочки. Мне больше не хочется на себя смотреть. Иногда я заплетаю свои длинные волосы, но они такие непослушные и всегда падают мне на глаза. Я люблю ложиться на мох и слушать, как он растет; чувствовать, как он шевелится подо мной. Я не замечаю, как засыпаю, а потом снова вижу сны. В них я свободна. В них я нахожу их. Я хочу, чтоб они узнали, что я умею и они узнают… я им помогу… 7 Вернувшись домой, Браут направился в кабинет. Он убрал документы в стол и сел в мягкое кресло напротив камина. Этот спокойный и рассудительный человек думал, как заткнуть рот этому мелкому ученишке — дилетанту. В его мозгу прокручивались десятки сценариев, но он все же смог выдрать один, на его взгляд самый удачный. Потом жена позвала его к телефону. «Надо же! Судьба все сделала за меня!» — подумалось тогда Ёхану. В кухню он вошел в прекрасном расположении духа.

— Что — то случилось, милый? — Лин озабочено на него посмотрела.

— Да нет, что ты. Просто один из моих подопечных впал в кому, и больница сочла нужным меня уведомить.

— Ёхан подошел к жене и чмокнул её в лоб.

— Мы сегодня ужинать будем? — Лин улыбнулась и сказала, что через пять минут все будет готовою. Как обычно по пятницам она готовила ребрышки и картофель, запеченный в сметане.