Был Свет и была Тьма. И сошлись посреди Великой Паутины, разделив Мироздание на Светлое и на Темное. И те, что вышли из Света, служили Белому Престолу. И те, что вышли из Тьмы, служили Престолу Черному…
127 мин, 52 сек 20695
Комплекс зданий Московского Авиационного института. Москва. 23 марта.10:01
— Серж, вот скажи — мы похожи на студентов? — спросил Игорь, ухмыляясь.
Сидя на заднем сиденье «БМВ» я внимательно оглядел себя в зеркало заднего вида. Бледный худощавый парень с темной челкой и мрачными зелеными глазами. В тертых черных джинсах и короткой бежевой вельветовой куртке.
Я перевел взгляд на Крюшона. Взъерошенные рыжие волосы и смеющиеся черные глаза, пара сережек в ухе.
Игорь. Худой, высокий и широкоплечий. Короткие темные волосы. Недобро прищуренные глаза.
— Похожи. На плохих студентов. — однозначно заявил я. — Все, парни, начинаем!
Выйдя из машины, синхронно хлопнув дверцами, мы направились к проходной МАИ. Возле нее толпилась пестрая стайка девчонок, что-то бурно обсуждающих и заливисто смеющихся. Я с некоторым сожалением проследовал мимо.
Мы работали. Нам нужно было найти цель. Того типа, что запечатлелся в сознании очкарика. Того типа, что по пока неясной нам причине, решил обратить его, сделав одним из нас.
— Пока все чисто. — Крюшон периодически прикрывал глаза и вертел в пальцах узкий гранатовый цилиндрик. Он сканировал прохожих.
Мы подошли к главному корпусу. На ступенях курила шумная толпа студентов. Я пробежался по ним цепким взглядом, стараясь не упустить и…
Не может быть! Неужели нам сегодня так везет?
— Есть! — тут же пробормотал Крюшон. Цилиндрик, зажатый в его пальцах, заиграл рубиновыми искорками.
— Я его вижу, — сказал я, глядя на спускающегося по ступеням лохматого паренька с бородкой, в серой куртке и с бусинами плеера в ушах. — Игорь, Крюшон, ведем его до выхода. За пределами территории будем брать.
Небрежно шаркая ногами и глядя по сторонам, Цель прошествовала мимо нас.
Чуть отстав друг от друга, дабы не вызывать подозрений, мы последовали за ним.
Миновав проходную, паренек направился к торговой палатке, взял себе бутылку «кока-колы» и пакет сырных чипсов. С хрустом уплетая эту подростковую мерзость и покачивая головой в такт орущей в наушниках музыке, он направился в сторону метро.
Двигаясь неспешным прогулочным шагом, поглощенный своей музыкой, он совсем не замечал медленно движущийся следом черный «БМВ».
— Ну что, пора? — с нетерпением спросил Крюшон, зажимая в зубах сигарету, проверяя обойму в своем «ПМ».
Я не отрывал глаз от Цели.
Сутулая спина в серой куртке, с вместительным спортивным рюкзаком, скрылась за переносным щитом, возвещающем об аварийных работах. Возле него толпились, что-то бурно обсуждая, люди в ярко-оранжевых куртках.
— Слишком много народу. — пробормотал я. — Пусть он войдет в сквер.
Но паренек не успел дойти до сквера.
— Какого…? — Игорь вдавил педаль тормоза.
Строители в оранжевых крутках, завидев паренька, мигом прекратили свой спор. На ходу выхватывая из под курток пистолеты, кинулись ему наперерез.
Взревел мотор припаркованного возле обочины «КАМАЗа», чей кузов тоже был выкрашен в оранжевый.
Сноровисто заломив пареньку руки, «оранжевые» потащили его к машине.
— Это, мля, что еще за стахановцы? — Крюшон оторопело смотрел на происходящее, забыв про зажатую в пальцах тлеющую сигарету.
Не сговариваясь, мы повыскакивали из машины.
«КАМАЗ» начал выруливать на проезжую часть. Сжимая в одной руке удостоверение с закрепленным серебристым знаком Комитета Безопасности, я выбежал прямо перед ним, преграждая выезд.
Из кабины высунулся плечистый короткостриженый субъект.
— Уйди с дороги! — заорал он, перекрывая шум мотора. — Задавлю нах…
— КБСК! Здесь проводится спецоперация! Вы кто такие вообще? — заорал я в ответ, потрясая удостоверением.
— Управление Внутреннего Контроля! — парень неохотно потащил из своей безразмерной оранжевой куртки удостоверение. — Проводим задержание! Будешь мешать — обратимся к твоему начальству!
Сотрудники УВК были нашими единственными соперниками. Холодная война между нашими структурами продолжалась не первый десяток лет. Еще со времен Мятежа, последствия которого так кардинально изменили ситуацию в нашем регионе. С тех пор так мы и работали — плечом к плечу, в состоянии перманентной холодной войны, гоняясь за одними же и теми же преступниками — нарушителями Конвенций, постоянно вставляя друг другу палки в колеса. Мы — заботясь о судьбе Совета Кланов, они — заботясь о судьбе людей.
— Человек, ты что, не понял? — Игорь вынырнул у меня из-за спины. Он уже начал заводиться. — Этот паренек — наш!
Из кузова КАМАЗа попрыгали на тротуар несколько «оранжевых». Глядя с плохо скрываемым раздражением, подошли к нам.
— Чего за беспредел, люди? — Крюшон злобно сплюнул, засовывая руки в карманы олимпийки.
— Это кто бепределит? А, вампир?! — один из «оранжевых курток» сделал шаг вперед. — Хорош под ногами мешаться!
— Чего?! — Крюшон подался вперед, прищуривая черные глаза.
— Успокойтесь все! — я поднял вверх указательный палец и вежливо продолжил. — Господа, произошло недоразумение. Надеюсь, вы согласитесь на компромисс?
— Серж, вот скажи — мы похожи на студентов? — спросил Игорь, ухмыляясь.
Сидя на заднем сиденье «БМВ» я внимательно оглядел себя в зеркало заднего вида. Бледный худощавый парень с темной челкой и мрачными зелеными глазами. В тертых черных джинсах и короткой бежевой вельветовой куртке.
Я перевел взгляд на Крюшона. Взъерошенные рыжие волосы и смеющиеся черные глаза, пара сережек в ухе.
Игорь. Худой, высокий и широкоплечий. Короткие темные волосы. Недобро прищуренные глаза.
— Похожи. На плохих студентов. — однозначно заявил я. — Все, парни, начинаем!
Выйдя из машины, синхронно хлопнув дверцами, мы направились к проходной МАИ. Возле нее толпилась пестрая стайка девчонок, что-то бурно обсуждающих и заливисто смеющихся. Я с некоторым сожалением проследовал мимо.
Мы работали. Нам нужно было найти цель. Того типа, что запечатлелся в сознании очкарика. Того типа, что по пока неясной нам причине, решил обратить его, сделав одним из нас.
— Пока все чисто. — Крюшон периодически прикрывал глаза и вертел в пальцах узкий гранатовый цилиндрик. Он сканировал прохожих.
Мы подошли к главному корпусу. На ступенях курила шумная толпа студентов. Я пробежался по ним цепким взглядом, стараясь не упустить и…
Не может быть! Неужели нам сегодня так везет?
— Есть! — тут же пробормотал Крюшон. Цилиндрик, зажатый в его пальцах, заиграл рубиновыми искорками.
— Я его вижу, — сказал я, глядя на спускающегося по ступеням лохматого паренька с бородкой, в серой куртке и с бусинами плеера в ушах. — Игорь, Крюшон, ведем его до выхода. За пределами территории будем брать.
Небрежно шаркая ногами и глядя по сторонам, Цель прошествовала мимо нас.
Чуть отстав друг от друга, дабы не вызывать подозрений, мы последовали за ним.
Миновав проходную, паренек направился к торговой палатке, взял себе бутылку «кока-колы» и пакет сырных чипсов. С хрустом уплетая эту подростковую мерзость и покачивая головой в такт орущей в наушниках музыке, он направился в сторону метро.
Двигаясь неспешным прогулочным шагом, поглощенный своей музыкой, он совсем не замечал медленно движущийся следом черный «БМВ».
— Ну что, пора? — с нетерпением спросил Крюшон, зажимая в зубах сигарету, проверяя обойму в своем «ПМ».
Я не отрывал глаз от Цели.
Сутулая спина в серой куртке, с вместительным спортивным рюкзаком, скрылась за переносным щитом, возвещающем об аварийных работах. Возле него толпились, что-то бурно обсуждая, люди в ярко-оранжевых куртках.
— Слишком много народу. — пробормотал я. — Пусть он войдет в сквер.
Но паренек не успел дойти до сквера.
— Какого…? — Игорь вдавил педаль тормоза.
Строители в оранжевых крутках, завидев паренька, мигом прекратили свой спор. На ходу выхватывая из под курток пистолеты, кинулись ему наперерез.
Взревел мотор припаркованного возле обочины «КАМАЗа», чей кузов тоже был выкрашен в оранжевый.
Сноровисто заломив пареньку руки, «оранжевые» потащили его к машине.
— Это, мля, что еще за стахановцы? — Крюшон оторопело смотрел на происходящее, забыв про зажатую в пальцах тлеющую сигарету.
Не сговариваясь, мы повыскакивали из машины.
«КАМАЗ» начал выруливать на проезжую часть. Сжимая в одной руке удостоверение с закрепленным серебристым знаком Комитета Безопасности, я выбежал прямо перед ним, преграждая выезд.
Из кабины высунулся плечистый короткостриженый субъект.
— Уйди с дороги! — заорал он, перекрывая шум мотора. — Задавлю нах…
— КБСК! Здесь проводится спецоперация! Вы кто такие вообще? — заорал я в ответ, потрясая удостоверением.
— Управление Внутреннего Контроля! — парень неохотно потащил из своей безразмерной оранжевой куртки удостоверение. — Проводим задержание! Будешь мешать — обратимся к твоему начальству!
Сотрудники УВК были нашими единственными соперниками. Холодная война между нашими структурами продолжалась не первый десяток лет. Еще со времен Мятежа, последствия которого так кардинально изменили ситуацию в нашем регионе. С тех пор так мы и работали — плечом к плечу, в состоянии перманентной холодной войны, гоняясь за одними же и теми же преступниками — нарушителями Конвенций, постоянно вставляя друг другу палки в колеса. Мы — заботясь о судьбе Совета Кланов, они — заботясь о судьбе людей.
— Человек, ты что, не понял? — Игорь вынырнул у меня из-за спины. Он уже начал заводиться. — Этот паренек — наш!
Из кузова КАМАЗа попрыгали на тротуар несколько «оранжевых». Глядя с плохо скрываемым раздражением, подошли к нам.
— Чего за беспредел, люди? — Крюшон злобно сплюнул, засовывая руки в карманы олимпийки.
— Это кто бепределит? А, вампир?! — один из «оранжевых курток» сделал шаг вперед. — Хорош под ногами мешаться!
— Чего?! — Крюшон подался вперед, прищуривая черные глаза.
— Успокойтесь все! — я поднял вверх указательный палец и вежливо продолжил. — Господа, произошло недоразумение. Надеюсь, вы согласитесь на компромисс?
Страница 5 из 37
