Иисус Христос, в христианской религиозно-мифологической системе богочеловек, вмещающий в единстве своей личности всю полноту божественной природы — как бог-сын (второе лицо троицы), «не имеющий начала дней», и всю конкретность конечной человеческой природы — как иудей, выступивший с проповедью в Галилее (Северная Палестина) и распятый около 30 н. э. на кресте.
30 мин, 1 сек 5107
Учение об Иисусе Христе как о богочеловеке соединено в христианстве как «религии спасения» с представлением об искупительной жертве Иисуса Христа — Иисус Христос бог, ибо только кровью бога можно искупить греховность человечества (см.«Грехопадение»), и вместе с тем он человек, ибо точное подобие его смерти и человеческой кончины служит залогом воскрешения умерших (ср. 1 Фесс. 4, 14). В плане учения об искупительной жертве Иисуса Христа переосмысливается и ветхозаветное представление о мессианском царе, мессии: Иисус Христос трактуется как спаситель от «порчи» первородного греха. Все эти положения, содержащие немало элементов более древних религиозно-мифологических представлений, но значительно усложнённых и преобразованных, стали религиозными догматами христианства только после ожесточённых христологических споров 2-7 вв. и победы ортодоксального христианства над многочисленными другими направлениями (докетизм, арианство, несторианство, монофизитство, монофелитство и др.), объявленными ортодоксальной церковью еретическими. Ортодоксально-теологическая точка зрения, предполагающая признание этих догматов и принятие на веру всех новозаветных текстов, говорящих о чудесной биографии «богочеловека» Иисуса Христа, включая его телесное воскресение и вознесение, за подлинную реальность, не оставляет места для постановки вопроса о мифологичности каких-либо евангельских эпизодов. В научной литературе об Иисусе Христе (а она необозрима) сложилось два основных направления — мифологическое и историческое.
Зарождение и того, и другого относится (если не считать единичных попыток более раннего времени) к эпохе Просвещения 18 в., оба подхода (в большей или меньшей степени) противостояли тогда ортодоксально-теологической трактовке образа. Мифологическое направление признаёт Иисуса Христа мифическим образом, созданным на основе тотемических верований или земледельческих культов (особенно культов умирающего и воскресающего бога), подобно культу Осириса, Диониса, Адониса и др., или интерпретирует образ Иисуса Христа с точки зрения солярно-астральных представлений. Все евангельские рассказы о его жизни и чудесных деяниях рассматривались как простые заимствования мифов из древних религий, из ветхозаветной литературы. В Иисуса Христе, как и других аналогичных ему мифологических образах, представители солярно-астральной концепции видели солнечное божество: он рождается 25 декабря (поворот солнца на весну после зимнего солнцестояния), странствует по земле в сопровождении 12 апостолов (годичный путь солнца через 12 зодиакальных созвездий), умирает и воскресает на третий день (трёхдневное новолуние, когда луна не видна, а потом снова «воскресает», и т. д… Некоторые последователи астрально-мифологической концепции пытались дать астральные объяснения чуть ли не каждому эпизоду в евангельских повествованиях (находя им аналогии в движении солнца через созвездия Девы, Льва, Скорпиона и т. д…
В целом эта концепция была наиболее характерна для начальной стадии развития мифологической теории (французские просветители Ш. Ф. Дюпюи, К. Ф. Вольней) и в 20 в. имела (в своём крайнем, «чистом» выражении) лишь немногих сторонников (среди них — польский учёный А. Немоевский, французский — П. Кушу). В числе крупнейших представителей мифологического направления в конце 19-20 вв. — А. Древc, Дж. М. Робертсон, В. Б. Смит и др. Образ Иисуса Христа сравнивается ими с образами«спасителей», божественных «целителей» древневосточных религиозно-мифологических систем, обращается внимание на встречающееся во многих религиях сочетание веры в«спасителя» с представлением об умирающем и воскресающем боге, прослеживается связь большинства эпизодов биографии Иисуса Христа с устойчивыми мифологическими сюжетами (рассказ о рождении Иисуса Христа находит аналогии в мифах о чудесном рождении божественного дитяти, эпизод бегства в Египет — в рассказах о преследовании чудесного младенца и его чудесном спасении — напр., египетский миф о Горе и Сете, ассирийский — о царе Саргоне, иудаистический — о Моисее, индийский о Кришне, и т. д… Прослеживается связь христианских легенд с представлениями о самопожертвовании божеств во многих культах (с Иисусом Христом сопоставляются образы Агни, Кришны, Митры, Гайомарта и др.) и связь христианской символики с символикой дохристианской («рыба» как символ многих божеств огня и др., крест как символ воскресения и новой жизни задолго до христианства, усматривается связь представления о смерти Иисуса Христа, на кресте с общемифологическим образом древа мирового и т. д…
Зарождение и того, и другого относится (если не считать единичных попыток более раннего времени) к эпохе Просвещения 18 в., оба подхода (в большей или меньшей степени) противостояли тогда ортодоксально-теологической трактовке образа. Мифологическое направление признаёт Иисуса Христа мифическим образом, созданным на основе тотемических верований или земледельческих культов (особенно культов умирающего и воскресающего бога), подобно культу Осириса, Диониса, Адониса и др., или интерпретирует образ Иисуса Христа с точки зрения солярно-астральных представлений. Все евангельские рассказы о его жизни и чудесных деяниях рассматривались как простые заимствования мифов из древних религий, из ветхозаветной литературы. В Иисуса Христе, как и других аналогичных ему мифологических образах, представители солярно-астральной концепции видели солнечное божество: он рождается 25 декабря (поворот солнца на весну после зимнего солнцестояния), странствует по земле в сопровождении 12 апостолов (годичный путь солнца через 12 зодиакальных созвездий), умирает и воскресает на третий день (трёхдневное новолуние, когда луна не видна, а потом снова «воскресает», и т. д… Некоторые последователи астрально-мифологической концепции пытались дать астральные объяснения чуть ли не каждому эпизоду в евангельских повествованиях (находя им аналогии в движении солнца через созвездия Девы, Льва, Скорпиона и т. д…
В целом эта концепция была наиболее характерна для начальной стадии развития мифологической теории (французские просветители Ш. Ф. Дюпюи, К. Ф. Вольней) и в 20 в. имела (в своём крайнем, «чистом» выражении) лишь немногих сторонников (среди них — польский учёный А. Немоевский, французский — П. Кушу). В числе крупнейших представителей мифологического направления в конце 19-20 вв. — А. Древc, Дж. М. Робертсон, В. Б. Смит и др. Образ Иисуса Христа сравнивается ими с образами«спасителей», божественных «целителей» древневосточных религиозно-мифологических систем, обращается внимание на встречающееся во многих религиях сочетание веры в«спасителя» с представлением об умирающем и воскресающем боге, прослеживается связь большинства эпизодов биографии Иисуса Христа с устойчивыми мифологическими сюжетами (рассказ о рождении Иисуса Христа находит аналогии в мифах о чудесном рождении божественного дитяти, эпизод бегства в Египет — в рассказах о преследовании чудесного младенца и его чудесном спасении — напр., египетский миф о Горе и Сете, ассирийский — о царе Саргоне, иудаистический — о Моисее, индийский о Кришне, и т. д… Прослеживается связь христианских легенд с представлениями о самопожертвовании божеств во многих культах (с Иисусом Христом сопоставляются образы Агни, Кришны, Митры, Гайомарта и др.) и связь христианской символики с символикой дохристианской («рыба» как символ многих божеств огня и др., крест как символ воскресения и новой жизни задолго до христианства, усматривается связь представления о смерти Иисуса Христа, на кресте с общемифологическим образом древа мирового и т. д…
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 6 из 11
