Индивидуалист. Пятый курс

В Хогвартсе сразу же начались неприятные сюрпризы. Новый преподаватель по защите оказалась… как бы так сказать, чтобы без оскорблений? Некомпетентной, предвзятой, не блещущей умом дамой. На первом же занятии она ни с того, ни с чего накинулась на Поттера с какими-то непонятными претензиями, откровенно спровоцировала его и назначила отработку — просто на ровном месте! Уж насколько я плохо относился к Поттеру, тут даже мне стало неприятно — уж слишком несправедливы были обвинения.

Уже традиционно заниматься защитой от Тёмных искусств нам пришлось самостоятельно.

Как я и предсказывал, Розье с первого же дня в школе стала преследовать Гринграсс, пытаясь заставить ту сказать больше о Тёмном Лорде. Дафна пока держалась, но Летиция была одним из самых целеустремлённых и упрямых людей, что я знал, так что Дафне можно было только посочувствовать.

Так же с самого начала учёбы стало очевидно, что отношение к Поттеру заметно охладело. Причём мы, слизеринцы, почти не обращали на него внимания, занятые собственными делами и сложностями, а вот обычно доброжелательные или нейтральные факультеты и даже сами же гриффиндорцы…

— «Пророк» почитай — поймёшь, — отмахнулся Гойл, когда я озвучил вопрос.

— А что, в «Пророке» пишут о Поттере? — не поверил я.

Грэг вздохнул и нехотя отложил учебник по чарам.

— Фадж со всех углов кричит, что Поттер лжец, поскольку Тот-Кого-Нельзя-Называть мёртв и никуда возвращаться не собирается.

Я растерянно моргнул.

— Так Поттер же подобного и не утверждает?

— Рон, мы сами без понятия, что происходит.

— Дамблдор снова мутит воду, а крайним выбрали Поттера, — ехидно прокомментировал Малфой. — Сам подумай, Уизли, Фаджу старик не по зубам, а Дамблдор слетел со всех своих постов и теперь опасается тявкать на министра. Однако они оба гнут свою линию, и им обоим нужен гиппогриф отпущения. А кто лучше Поттера подходит на эту роль? Амбридж лишь подтверждает мою теорию. Я написал отцу, спрашивал насчёт неё, так он… — Драко вдруг запнулся и закончил явно не так, как собирался: — Отец сказал, что она на хорошем счету у министра и ссориться с ней не стоит.

— К нам она вроде ровно относится, — подал голос Теодор. — Не будем её злить, и нас все эти интриги не коснутся. А Поттер… Противно, если честно, наблюдать, как она к нему цепляется вообще без повода, но это точно не наши проблемы.

Но это мы так по наивности думали — проблемы Амбридж создавала для всех. Началось всё с её назначения генеральным инспектором и проверки профессоров на соответствие занимаемой должности. Казалось бы, отличная идея, ведь тот же Хагрид — кто угодно, но не преподаватель, да и вечно пьяная Трелони не является образцом для подражания. Но нет той идеи, что человек не смог бы изгадить.

Амбридж пыталась влезть во все сферы жизни Хогвартса. Она придиралась к ученикам, навязывалась с непрошенными советами к профессорам, устанавливала глупые правила и запреты и вообще активно совала нос в чужие дела. Причём сама она даже не пыталась стать профессором, на её уроках мы вообще ничего не изучали, лишь читали учебник. «Пособие для начинающих» — это пятикурсники-то начинающие?

Недовольство зрело медленно, но неотвратимо. В отличие от неспособных держать себя в руках гриффиндорцем, мы не пытались саботировать декреты от образовании, однако за разворачивающими событиями следили с неусыпным вниманием — развлечений в школе было не так уж много. Дамблдор прямо не говорил, что Лорд вернулся, но всем были понятны его прозрачные намёки.

Поняв, что старосты не горят желанием следить за соблюдением её приказов, Амбридж организовала Инспекционную дружину, в которую принимала всех желающих послужить укреплению позиций Министерства, но только при условии их надлежащего происхождения. Меня, к слову, она не пригласила.

— Повезло! — фыркнул Малфой, вернувшись с первого собрания. — Дожили, я завидую Уизли.

Я снисходительно похлопал его по плечу и улыбнулся: впервые незавидное положение семьи Уизли стало для меня плюсом.

Глава 6

Амбридж старательно подминала под себя все сферы жизни школы, и теперь уже недовольство проявляли все: от первокурсников до привидений. Инспекционная дружина всё чаще прикрывала младшекурсников и лояльных Слизерину студентов, выводя их из-под гнева генерального инспектора, но отыгрывалась на остальных, иногда злоупотребляя своей властью. Малфой, с которым вполне можно было нормально поговорить, за пределами гостиной превращался в крайне неприятного типа, а при виде Поттера в его кровь, казалось, впрыскивалась двойная доза зелья злости, и он становился неуправляем, оскорбляя всех подряд.

Неудивительно, что это привело к взрыву.

Началось всё с банального нарушения правил — колдовства в коридорах. Малфой, Теодор и я шли на завтрак, когда наткнулись на Финнигана и Томаса, стоявших посреди коридора с палочками в руках.

— Минус десять баллов с Гриффиндора! — тут же выдал Драко.