Индивидуалист. Пятый курс

— Посмотрим. С места в карьер кидаться в братские объятия я не собираюсь точно. Но мы уже не маленькие, Рон, пора смотреть на жизнь по-взрослому. Семья — это семья.

Очень хотелось съязвить и спросить, где была та семья, когда я нуждался в поддержке, но не стал. Хочет Джинни вернуть в свою жизнь близнецов — пусть попробует, мешать я не стану. А там — кто знает, вдруг и вправду из этого что-то получится?

Глава 7

Последних пострадавших в драке наконец выпустили из Больничного крыла, и в Хогвартсе наступило затишье. Хаффлпафф опасливо косился, Равенкло стойко хранил нейтралитет, а мы молчали, игнорируя бурчание Гриффиндора. Уж не знаю, что их вынудило притихнуть, как-то сомнительно, что педагогические методы вот так вдруг возымели эффект, но в Хогвартсе было тихо.

Близнецы начали с нами здороваться. На глухое недовольство сокурсников они во весь голос посреди Большого зала заявили, что это внутрисемейное дело, и если кто имеет что-то против — они с радостью оголят палочки для доходчивого объяснения. Желающих не нашлось. Хоть и выглядело это подкупающе, отпускать Джинни с ними ни я, ни Теодор не спешили, слишком свежи в памяти были оскорбления.

— Рон? На пару слов, — окликнул один из близнецов после обеда.

Дело было перед входом в Большой зал, вокруг было полно народа, так что если они что-то замышляют… Решив, что не слишком рискую, я сменил направление и подошёл к нему.

— Мы тут подумали…

— Амбридж же ужасна…

— Мы занимаемся защитой самостоятельно…

— И вы с Джинни можете присоединиться к нам.

Признаться, я был удивлён. Даже не тем, насколько доброжелательно они на меня смотрели, а тем фактом, что их предложение было не очередной попыткой втянуть младшего в неприятности, а действительно чем-то полезным для нас.

— Спасибо, конечно, но у нас с этим нет проблем, — ничуть не покривив душой отказался я.

— Уверен? — посмурнел один из них, но уговаривать не стал: — Ну ладно, если передумаете…

Неожиданно. Близнецы махнули мне и ушли, а я так и стоял посреди коридора, гадая, можно ли верить их искренним словам.

— Чего он хотел? — я и не заметил, как рядом оказался Грэг.

— Занятия защитой предлагал, — честно ответил я. — Идём на травологию?

Ближе к Рождеству близнецы предприняли ещё одну попытку сблизиться, просто и без прикрас предложив наконец-то поговорить откровенно:

— Вы обижены, понятно, но мы действительно хотим помириться. Приходите с Ноттом, мы не будем возражать. Если вам так будет спокойнее.

— Ого! — выслушав пересказ, воскликнул Теодор. — Кажется, они настроены решительно.

Ну да, я и сам это понял — иначе зачем бы им соглашаться на присутствие Теодора? А вот как жест доброй воли это подкупало сильнее, чем любые слова, что они могли бы придумать.

— Рон! Давай поговорим, а? — Джинни сложила руки перед грудью и умоляюще взглянула на меня.

— Ладно, — огорчать сестру мне совершенно не хотелось, так что пришлось нехотя уступить.

О нашем общем решении я сообщил близнецам перед обедом.

— Восьмой этаж. Портрет Варнавы Вздрюченного. Там ещё тролли учатся балету. Знаешь?

— Нет. Но найдём.

— Будем ждать, — улыбнулся… Фред, кажется, и унёсся к своему столу.

Надеюсь, мы не совершаем ошибку.

Аппетит не то чтобы пропал, но волнение присутствовало, так что вместо того, чтобы нормально поесть, мы немного поковырялись в тарелках и, едва близнецы покинули Большой зал, двинулись за ними. Искать портрет не пришлось, один из близнецом обнаружился посреди коридора, а прямо за его спиной была открытая дверь.

Он широко улыбнулся и сделал приглашающий жест. Переглянувшись, мы настороженно вошли в комнату: разожжённый камин, глубокие кресла, столик с чашками и блюдом с печеньем… Хм, парни подготовились.

— Я начну, ладно? Я — Джордж, если что, — он улыбнулся, поклонился и повернулся ко мне. — Рон, мы хотим перед тобой извиниться. Чарли нам надавал по шеям, и мы поняли, что были не правы. Хоть ты и сказал, что это мы виноваты в твоём ослизеринивании, мол, мы над тобой издевались, этого мы не признаём. Мы шутили и вовсе не пытались обидеть тебя специально. А вот что повели себя как кретины — это да. Прости нас.

Я ошарашенно переводил взгляд с Джорджа на Фреда, но не видел и следа насмешки, парни выглядели серьёзно и пристыженно.

— Хм, — многозначительно выдал я, не зная, что сказать, и можно ли вообще им верить.

Кажется, они и не ждали иного ответа, потому что тут же повернулись к сидевшим в одном кресле Джинни и Теодору.

— Нотт, мы не были в восторге от перспективы заполучить такого зятя, — взял слово Фред, — но не потому, что лично ты нам не нравишься. Честно, ты нам почти нравишься… Но твой отец был Пожирателем, сам ты слизеринец, потому мы и восприняли в штыки ваши отношения. Объявление о помолвке… Ты показал себя лучше, чем мы думали. А потом мы поговорили с Чарли и… В общем, Джинни, прости нас за те слова.

Теперь уже Джинни хмыкнула, не зная, что сказать. Но и близнецы замолчали, так что слово взял я:

— Не расскажите, в чём причина столь радикального изменения позиции?