Инстинкт

Вернувшись домой, я совершенно забыл о том, что произошло со мной, мне казалось, что это был какой-то сон, не страшный, но просто крайне интересный и запоминающийся. Я не очень хорошо помню то, что происходило дальше, но в моей памяти сохранился отрывок, о котором я до сих пор вспоминаю с содроганием. По всему городу, и, особенно, нашему микрорайону, прокатилась страшная суета, взрослые без конца метались вокруг нас, не выпускали погулять даже на часок, отводили и приводили меня из школы, хотя я уже давно делал это сам. А потом появились высокие мужчины в милицейской форме, и стали расспрашивать моих родителей о чем-то таком, что я не мог услышать из своей комнаты. Потом они зашли ко мне, улыбнулись. Один из них представился, пожал мне руку, спросил, как у меня дела в школе, на что я ответил, что у меня каникулы, и показал мне фотографию той старушки, с которой я повидался на выходе из здания. Они попросили меня внимательно посмотреть на неё, и спросили, видел ли я недавно кого-то, похожего на неё. Я улыбнулся, и ответил, что да, она угостила меня конфетками, и достал гроздь оставшихся леденцов из кармана штанов. Потом я помню, как мне стало страшно, воспоминания о том эпизоде как бы прикрыты в моей памяти полупрозрачным туманом, я на тот момент не помнил ни о ноже, ни о кассете. Все взрослые в комнате мгновенно побледнели, мама громко всхлипнула, а милиционеры, перейдя на громкий бас, стали требовать от меня подробностей произошедшего. Они смутили меня такой резкой переменой настроения, и я ничего не смог им сказать, просто молча стоял, уткнувшись носом в пол.

Со временем, спустя годы, память начала понемногу возвращаться ко мне, как и осознание того, что и по какой причине произошло. В этом возрасте у меня, как и у любого другого мальчика, еще не сформировались черты, определяющие характер и мировоззрение, мне было далеко до понимания того, что такое хорошо, а что плохо, и меня это немного успокаивало все последующие годы моей жизни. Я всерьез заинтересовался подробностями того происшествия, и, спустя некоторое время, потраченное на поиски информации, мне удалось кое-что узнать. В частности, то, что та старушка как раз-таки и была той самой, которая ругала меня и моих сверстников за то, что мы топтались на чердаке. И что её по горячим уликам обвинили в смерти 4 детей, трупы которых были найдены ищейками в том месте, где была землянка цыган. И среди этих трупов четвертым был тот самый мальчишка, смертью которого я любовался. Орудием убийства всех детей был охотничий нож, найденный у старушки в квартире. Места преступления каждый раз были разными, но объединяло их одно— непосредственная близость к дому старушки. В квартире так же была найдена новая камера, которая использовалась для того, чтобы запечатлевать процесс убийства на видеокассеты, найденные там же. Все видеокассеты, вопреки ожиданиям, оказались испорчены и нечитаемы, поэтому сделать определенные выводы было невозможно. Насколько я знаю, старушку до сих пор не поймали.

Но я не остановился на поиске информации из официальных источников. Мой хороший друг, тесно знакомый с некоторыми толковыми ребятами, работающими в полиции, выбил для меня заключение судмедэкспертов по жертвам тех убийств. Там было сказано, что раны были нанесены с усилием и углом наклона лезвия, характерным для человека совсем небольшой комплекции и роста, и небольшой физической силой. В заключении сослались на то, что пожилая женщина может соответствовать такой характеристике, но окончательный вывод по этим наблюдениям так и не был дан.

Я считаю, что детство человека всегда сопряжено с самыми сильными переживаниями и впечатлениями, какие он только может испытать в своей жизни. Хорошие это переживания, или плохие— так или иначе, они навсегда оставят отпечаток на судьбе человека, и на его образе мыслей. Мы все живем в одном и том же, довольно тесном и неуютном мирке, в котором всем нам тяжело ужиться под одной крышей, поэтому мало у кого есть роскошь быть действительно тем, кем он является, чтобы выжить. Необходимо выполнять ту роль, которую возлагает на тебя общество, и, зачастую, навсегда позабыть о своей истинной сущности. И очень немногим людям повезло почувствовать, что означает быть тем, кем создала их природа— поклоняющимися инстинктам совершенными убийцами. И я считаю, что мне повезло. Задумайтесь об этом, и не судите строго тех, кто не скрывает свою истинную личину под маской благодушия и цивилизованности.