Интерлюдия. Этюд о сломанном запястье

— И, слава богу. Я знаю, какой вы бываете упрямый, мой дорогой. — Он наклонился к самому моему уху. — Майкрофт и правда стесняется чужих. А вы для него уже свой. — Он погладил меня по руке.

— Да полно, я же не против, если он не против, — улыбнулся я.

— Я не просто не против, доктор, — заговорил тут Майкрофт, не открывая глаз, — я вас прошу об этом. Раз вы считаете, что врач необходим, я хотел бы иметь такого, чтобы доверять ему с самого начала. Так что у меня и выбора-то нет. А не иметь врача в таких обстоятельствах — значит, подавать брату не только повод для беспокойства, но и дурной пример? — улыбнулся он.

— Чрезвычайно дурной, — кивнул я.

— Это именно то, чего я избегаю всю жизнь, — подавать дурной пример. Не так ли, Шерлок?

Тот усмехнулся.

— Вы представляете, что вас ждёт, мистер Холмс? — честно предупредил я.

— Не очень, но надеюсь, что вы будете снисходительны ко мне. Меня сложно переспорить, но к доводам разума я всегда прислушиваюсь. И привык полагаться на профессионалов. Но если вам придётся всё мне объяснять, вы ведь не сочтете это за недоверие? Скорее это сродни любознательности. Тут мы с Шерлоком отличаемся друг от друга. Он действительно предпочитает не загружать свою память массой, как он считает, ненужной информации. Я же с жадностью собираю хлам и ловлю все обрывки, и очень люблю раскладывать всё по полочкам и составлять целое из кусочков.

Я налил ему ещё немного коньяка.

Напьётся — и хорошо. Руке станет полегче.

— Вам на эти три недели нужен человек, который будет за вами ухаживать. Вы не сможете сами ни нормально одеться, ни помыться.

Майкрофт с ужасом посмотрел на свою руку, потом на Шерлока.

— У тебя в гостевой широкая кровать, — тот в свою очередь вопросительно взглянул на меня. — Мы с Джоном вполне поместимся. Если тебя это не шокирует.

— Напротив, я буду очень благодарен вам. Я… мне, правда, сложно обращаться с этим к кому-то постороннему. Спасибо, мой мальчик. Карл приходит в полдень по понедельникам, средам, четвергам и воскресеньям. По утрам приходит кухарка, готовит завтрак и уходит ровно в восемь тридцать.

— А твоя… ощипывательница ворон… как поживает?

— Завтра спросишь у неё сам, — усмехнулся Майкрофт. — Она иногда справляется о тебе, ты произвёл на неё в свое время неизгладимое впечатление.

— Это уборщица, — пояснил Шерлок в ответ на мой вопросительный взгляд.

Мы посидели немного, выпили вина, покурили. Я выслушал забавную историю про укрощение невозмутимой Берты.

— Пора в постель, мистер Холмс, — наконец сказал я, посмотрев на часы. — И завтра вам лучше остаться дома. Я понаблюдаю за вашим состоянием и за вашей рукой.

— О, ну хорошо. Но тут я смогу поработать?

— Сможете, если будете меня слушаться и соблюдать режим, — пообещал я.

Эти три недели выдались довольно поучительными. К режиму Майкрофта оказалось привыкнуть не сложно — хотя я понимал, что такая размеренность должна в конце концов надоедать его брату — видимо, поэтому они не смогли жить вместе. Дома Майкрофт пробыл два дня, а потом запросился на службу — по большому счёту, он чаще всего работал в клубе, в личном кабинете, так что я не возражал. Каждый день я заходил туда, проверял его состояние, следил, чтобы он не вздумал ничего делать правой рукой. Шерлок в это время уходил домой — изводить миссис Хадсон химическими ароматами. Иногда он присоединялся ко мне, выполняя небольшие просьбы Майкрофта, — вроде обзора французской прессы с выписками из статей о внешней политике.

Наблюдая за тем, как Шерлок ухаживает за братом, я не переставал удивляться. Я совершенно не узнавал замкнутого, иногда язвительного Холмса — даже от меня некоторые стороны его натуры оставались, оказывается, скрытыми. Он был так терпелив и так нежен с начинавшим уже уставать от болезни Майкрофтом, что я грешным делом даже радовался странностям последнего — иначе когда бы я ещё такое увидел?

За старшим Холмсом нужен был пригляд, как за ребёнком, — стоило расслабиться, как он тут же выкидывал очередной фортель. Однажды я проснулся посреди ночи — непонятно от чего. Дома бы я спал, как сурок, но в чужой квартире поневоле улавливал посторонние звуки и шорохи. Надев халат, я скорее по наитию пошёл в кабинет хозяина и увидел возмутительную картину: Майкрофт сидел за столом и медленно, но упрямо писал что-то левой рукой.

— Мистер Холмс, вы что тут забыли посреди ночи?

— Ох, доктор, — улыбнулся он смущённо, — я не слышал, как вы подошли. А вы почему не спите?

— Да вот, мне был голос свыше, можно сказать. Опять нарушаете режим?

— Совсем чуть-чуть. Не сердитесь. Дело должно завершаться вовремя, разве нет? И потом, честно говоря, работа отвлекает…

— Болит? Сильно? — я встревожился и подошёл к нему.

— Я сам виноват, задел сегодня неловко рукой за кресло.

Простонав, я закрыл лицо ладонью.

— Вы дождётесь — я вас запру дома.