Жарким августовским вечером один блистательный джентльмен (быть может последний из представителей этой породы, оставшийся в Лондоне), выйдя с Пикадилли-Серкус отправился вдоль широкой и пустынной Пикадилли. Несмотря на безлюдье, он свято соблюдал приличия, свойственные его кругу — его традиционная экипировка и сегодня не изменилась ни на йоту. Красно-желтый цветок в петлице отлично пошитого сюртука сразу выдавал в нем верного сына «Красной Гвоздики»; его цилиндр, туфли и подбородок были отполированы до зеркального блеска; его брюки были аккуратно подвернуты, хотя дождя не было уже несколько недель; а взмахи его трости несли на себе несомненный след гуманитарного образования…
Добавить в моё избранное
9 мин, 59 сек 8141
Я надеюсь, мистер Д» Обиньи проживет еще много лет — его просто спрячут, очень тщательно спрячут. Спокойной ночи; а вот и ваш извозчик«.»
Друзья разъехались по домам в гробовом молчании. Они не виделись три недели; а когда наконец встретились, то каждый из них нашел, что другой выглядит больным и потрясенным. Они уныло брели по Пикадилли, отвернувшись в разные стороны: каждый боялся, что сейчас начнутся воспоминания об ужасном клубе. Внезапно Филиппc остановился, будто громом пораженный. «Смотрите, Остин, — выдавил он из себя, — вон там!» На лотке рядом с тротуаром были разложены вечерние газеты; на одной из них Остин увидел большой синий заголовок:«Таинственное исчезновение джентльмена». Остин купил газету и дрожащими пальцами перебирал страницы до тех пор, пока не нашел короткую заметку: «Мистер Сент-Джон Д» Обиньи, урожденный Д«Обиньи из Сассекса, недавно исчез при загадочных обстоятельствах. Последнее время мистер Д» Oбиньи находился в Стратдоне (Шотландия); установлено, что 16 августа он приезжал в Лондон по делам. Есть сведения, что он благополучно доехал до площади Кингс Кросс и повернул на Пикадилли-Серкус, где вышел из экипажа. Утверждают, что в последний раз его видели на углу Глас Хаус Стрит, ведущей с Регент в Сохо. После вышеупомянутой даты об этом несчастном джентльмене, пользовавшемся значительной симпатией лондонского общества, никто ничего не слышал. Известно, что в сентябре он собирался жениться. Полиция пока молчит«.»
«О, Господи! Остин, это ужасно! Вспомните тот день. Бедняга Д» Обиньи, как ему не повезло!«.»
«Извините, Филиппс, мне нужно вернуться домой. Мне что-то нездоровится».
О Д«Обиньи больше ничего не было слышно. Но самая странная часть нашей истории еще впереди. Двое друзей пришли к Вильямсу и заявили, что он является членом Исчезнувшего Клуба и причастен к исчезновению Д»0биньи. Безмятежный мистер Вильямс сперва недоуменно уставился на их бледные серьезные физиономии, а затем разразился смехом: «Дорогие мои, о чем это вы? Я никогда в жизни не слышал подобной чепухи. Вы утверждаете, Филиппс, что когда-то во время прогулки в Сохо, я показал вам какое-то здание и сказал, что это клуб? Вполне возможно: но это был всего лишь небольшой игорный дом, куда ходят толь ко немцы-официанты. Наверное» кьянти«которое вы пили у Азарио, крепко ударило вам в голову. Но я постараюсь развеять ваши нелепые подозрения.»
Вильямс позвал своего слугу, и тот поклялся, что провел весь август в Каире, вместе со своим хозяином: он даже предъявил гостиничные счета. Филиппс пожал Вильямсу руку, и друзья покинули дом. Следующим их шагом была попытка найти ту арку, где они прятались от дождя; после немалых трудов им это удалось. Дважды свистнув по примеру Вильямса, они постучали в дверь мрачного здания. Им открыл благообразный мастеровой в белом фартуке; он был заметно удивлен свистом и, очевидно, решил, что господа «чуть-чуть навеселе». Здание оказалось фабрикой по производству биллиардных столов; фабрика размешалась здесь (как сказали соседи) уже очень давно, Возможно, что здешние залы когда-то были просторными и большими: но большинство из них сейчас разделялось деревянными перегородками на три-четыре небольших мастерских.
Филиппе вздохнул. Увы, он ничего больше не мог сделать для своего исчезнувшего друга: однако ни он, ни Остин так и не поверили Вильямсу. К чести последнего следует добавить, что лорд Генри Харкот убеждал Филиппса, будто видел Вильямса в Каире в середине августа, приблизительно шестнадцатого числа; а также что недавние исчезновения из города некоторых весьма известных людей легко объяснить чем угодной и без вмешательства Исчезнувшего Клуба.
Друзья разъехались по домам в гробовом молчании. Они не виделись три недели; а когда наконец встретились, то каждый из них нашел, что другой выглядит больным и потрясенным. Они уныло брели по Пикадилли, отвернувшись в разные стороны: каждый боялся, что сейчас начнутся воспоминания об ужасном клубе. Внезапно Филиппc остановился, будто громом пораженный. «Смотрите, Остин, — выдавил он из себя, — вон там!» На лотке рядом с тротуаром были разложены вечерние газеты; на одной из них Остин увидел большой синий заголовок:«Таинственное исчезновение джентльмена». Остин купил газету и дрожащими пальцами перебирал страницы до тех пор, пока не нашел короткую заметку: «Мистер Сент-Джон Д» Обиньи, урожденный Д«Обиньи из Сассекса, недавно исчез при загадочных обстоятельствах. Последнее время мистер Д» Oбиньи находился в Стратдоне (Шотландия); установлено, что 16 августа он приезжал в Лондон по делам. Есть сведения, что он благополучно доехал до площади Кингс Кросс и повернул на Пикадилли-Серкус, где вышел из экипажа. Утверждают, что в последний раз его видели на углу Глас Хаус Стрит, ведущей с Регент в Сохо. После вышеупомянутой даты об этом несчастном джентльмене, пользовавшемся значительной симпатией лондонского общества, никто ничего не слышал. Известно, что в сентябре он собирался жениться. Полиция пока молчит«.»
«О, Господи! Остин, это ужасно! Вспомните тот день. Бедняга Д» Обиньи, как ему не повезло!«.»
«Извините, Филиппс, мне нужно вернуться домой. Мне что-то нездоровится».
О Д«Обиньи больше ничего не было слышно. Но самая странная часть нашей истории еще впереди. Двое друзей пришли к Вильямсу и заявили, что он является членом Исчезнувшего Клуба и причастен к исчезновению Д»0биньи. Безмятежный мистер Вильямс сперва недоуменно уставился на их бледные серьезные физиономии, а затем разразился смехом: «Дорогие мои, о чем это вы? Я никогда в жизни не слышал подобной чепухи. Вы утверждаете, Филиппс, что когда-то во время прогулки в Сохо, я показал вам какое-то здание и сказал, что это клуб? Вполне возможно: но это был всего лишь небольшой игорный дом, куда ходят толь ко немцы-официанты. Наверное» кьянти«которое вы пили у Азарио, крепко ударило вам в голову. Но я постараюсь развеять ваши нелепые подозрения.»
Вильямс позвал своего слугу, и тот поклялся, что провел весь август в Каире, вместе со своим хозяином: он даже предъявил гостиничные счета. Филиппс пожал Вильямсу руку, и друзья покинули дом. Следующим их шагом была попытка найти ту арку, где они прятались от дождя; после немалых трудов им это удалось. Дважды свистнув по примеру Вильямса, они постучали в дверь мрачного здания. Им открыл благообразный мастеровой в белом фартуке; он был заметно удивлен свистом и, очевидно, решил, что господа «чуть-чуть навеселе». Здание оказалось фабрикой по производству биллиардных столов; фабрика размешалась здесь (как сказали соседи) уже очень давно, Возможно, что здешние залы когда-то были просторными и большими: но большинство из них сейчас разделялось деревянными перегородками на три-четыре небольших мастерских.
Филиппе вздохнул. Увы, он ничего больше не мог сделать для своего исчезнувшего друга: однако ни он, ни Остин так и не поверили Вильямсу. К чести последнего следует добавить, что лорд Генри Харкот убеждал Филиппса, будто видел Вильямса в Каире в середине августа, приблизительно шестнадцатого числа; а также что недавние исчезновения из города некоторых весьма известных людей легко объяснить чем угодной и без вмешательства Исчезнувшего Клуба.
Страница 3 из 3
