Из материалов Нюрнбергского процесса: «… По рецепту 5 кг человеческого жира с 10 литрами воды и 500-1000 г каустической соды варили 2-3 часа. После остывания мыло всплывало на поверхность. К смеси добавляли соль, соду, свежую воду, и снова варили. … Производственная варка занимала от 3 до 7 дней … в результате которых получилось более 25 килограммов мыла. Для этого было использовано 70-80 килограммов человеческого жира примерно с 40 трупов».
125 мин, 55 сек 16718
— Вы что, хотите, чтобы он всё крушить начал? — удивлённо спросил Игорь.
— Да уж хоть делал бы что-нибудь, либо валил отсюда восвояси, ждать уже замучились!
— Ну-ну, — покачал головой Игорь.
Дождались… Не прошло и минуты, как объект задрожал и начал менять цвет. Из чёрного он сделался пурпурным, далее окрас сменился на ярко красный, потом светло жёлтый, ослепительная вспышка, — и объект исчез. Буквально через мгновение он возник возле бензозаправочной станции, метрах в ста над ней. Игорь почувствовал, как Вероника крепко вцепилась в его руку, бабушка Люба охнула и перекрестилась. Люди, наблюдавшие внизу, побежали к машинам. Из здания заправочной выскочило несколько человек, остановились, задрав вверх головы. Нижняя часть диска начала вращаться, постепенно убыстряясь, по краям засверкали голубоватые молнии.
— Убегайте скорее! — возбуждённо закричал Игорь, словно люди возле заправочной, могли услышать его. — Скорее! Сейчас шарахнет лучом!
Видимо это осознали те, кто был возле станции. Люди бросились врассыпную прочь: — кто под гору, не разбирая дороги, — кто устремился вверх по улице. Было видно, как машины, стоящие возле бензоколонок, резко выворачивая, срываются с места. Вращение нижней части диска всё набирало обороты, молнии по краям вспыхивали беспрестанно, раздался свист, объект выбросил луч. Всё это происходило, в каком-то полукилометре от них. В том месте, где только что была бензозаправка, вздулся большой огненный шар. До них донеслись раскатистые звуки взрыва, дохнуло горячим.
— Господи, царица небесная, матерь божия! — истово крестясь, запричитала баба Люба. Вероника, широко распахнув глаза, наблюдала за тарелкой. Та уже сместилась на километр левее, к городской котельне, с высоко торчавшей ввысь железной трубой. Из объекта вырвался ярко-голубой пучок пламени. Железная труба раскалилась добела и, через миг, расплавившись, осела вниз. Последовал удар лучам по зданию котельни, её закрыло облаком пыли, повалил густой чёрный дым. Диск, на бреющем, устремился между холмами, вдоль ручья, в их сторону. Он бесшумно пронёсся мимо, резко ушёл вверх, стремительно вернулся, и завис над коровами, бестолково мечущимися возле ручья. Остолбенело наблюдавшие люди, услышали шипение, увидели, как из днища тарелки на коров опустилось полупрозрачное зеленоватое облако, полностью накрыв всё стадо. Животные замерли внутри этого почти прозрачного покрывала. Шипение усилилось, облако стало втягиваться внутрь тарелки. Было видно, как животные отрывались от земли, медленно вращаясь по часовой стрелке, поднимались всё выше и выше. Ещё чуть-чуть, и они вместе с облаком исчезнут в жерле чёрного диска. Но в метрах тридцати над землёй движение их вверх прекратилось. Зеленоватое облако убыстрило вращение, сделалось похожим на смерч. Из этого смерча один за другим стали вылетать бедные рогатые. Стоило любому из них покинуть зелёную зону, как прямо в воздухе животное моментально раздувалось и взрывалось, разлетаясь на части. На землю падали окровавленные куски мяса. Когда из смерча вылетела и разорвалась в клочья последняя корова, тарелка с шипением вобрала в себя остатки зелёного вихря, после чего стремительно взмыла вверх и исчезла высоко в небе. Ошарашенные, все молча стояли некоторое время. Горела, потрескивая, заправочная станция, клубы дыма столбом поднимались вверх с того места, где находилась котельная, внизу неподвижно замерли, так и не успевшие уехать легковушки. Но вот ступор схлынул с людей, вдали послышался рёв сирен, тронулись одна за другой машины возле ручья. Люди, убежавшие с заправочной станции, потихоньку побрели кто куда. Некоторые торопливо направились к тому месту, где разбросало останки коров.
— Ну что, дождались? — хрипло спросил Игорь.
Глава 8
— Миша, Михаил! Слышь, пошли до ручья, глянем, что с моей коровой Маруськой эта чума небесная сотворила! — Бабушка Поля стояла возле калитки, опёршись рукой о суковатую палку. Покрытое морщинами худое лицо было печально.
— Сейчас, баба Поля, дом только прикрою! — Мишка, высокий крепкий паренёк лет 17, не мог отказать старухе, как-никак его подружка Даша, приходилась ей внучкой. Мишка уже неделю как хозяйничал в доме один. Родители его уехали в гости к родственникам, оставив на попечение Мишке огород, который нужно было ежедневно поливать, да зловредную козу, которую утром нужно было выпускать пастись, а вечером доить. За паскудность Мишка дал ей имя — Чупакабра. Родителям это прозвище неожиданно понравилось, привыкли и соседи и с тех пор некто не звал её иначе. Даша, узнав, имя козы пришла в полный восторг. Чупакабра была самостоятельная: — шлялась, где ей заблагорассудится, но никак не там, куда её выгоняли на выпас. Застать вечером её — проблема, покуда не набьёт пузо, домой не явится, одно хорошо, доилась без капризов.
— Коза то где твоя, цела хоть? — спросила баба Поля.
— Шляется, что с ней будет? На лугу ей пастись в лом, ей как собаке лучше по дворам шастать, да по помойкам!
— Да уж хоть делал бы что-нибудь, либо валил отсюда восвояси, ждать уже замучились!
— Ну-ну, — покачал головой Игорь.
Дождались… Не прошло и минуты, как объект задрожал и начал менять цвет. Из чёрного он сделался пурпурным, далее окрас сменился на ярко красный, потом светло жёлтый, ослепительная вспышка, — и объект исчез. Буквально через мгновение он возник возле бензозаправочной станции, метрах в ста над ней. Игорь почувствовал, как Вероника крепко вцепилась в его руку, бабушка Люба охнула и перекрестилась. Люди, наблюдавшие внизу, побежали к машинам. Из здания заправочной выскочило несколько человек, остановились, задрав вверх головы. Нижняя часть диска начала вращаться, постепенно убыстряясь, по краям засверкали голубоватые молнии.
— Убегайте скорее! — возбуждённо закричал Игорь, словно люди возле заправочной, могли услышать его. — Скорее! Сейчас шарахнет лучом!
Видимо это осознали те, кто был возле станции. Люди бросились врассыпную прочь: — кто под гору, не разбирая дороги, — кто устремился вверх по улице. Было видно, как машины, стоящие возле бензоколонок, резко выворачивая, срываются с места. Вращение нижней части диска всё набирало обороты, молнии по краям вспыхивали беспрестанно, раздался свист, объект выбросил луч. Всё это происходило, в каком-то полукилометре от них. В том месте, где только что была бензозаправка, вздулся большой огненный шар. До них донеслись раскатистые звуки взрыва, дохнуло горячим.
— Господи, царица небесная, матерь божия! — истово крестясь, запричитала баба Люба. Вероника, широко распахнув глаза, наблюдала за тарелкой. Та уже сместилась на километр левее, к городской котельне, с высоко торчавшей ввысь железной трубой. Из объекта вырвался ярко-голубой пучок пламени. Железная труба раскалилась добела и, через миг, расплавившись, осела вниз. Последовал удар лучам по зданию котельни, её закрыло облаком пыли, повалил густой чёрный дым. Диск, на бреющем, устремился между холмами, вдоль ручья, в их сторону. Он бесшумно пронёсся мимо, резко ушёл вверх, стремительно вернулся, и завис над коровами, бестолково мечущимися возле ручья. Остолбенело наблюдавшие люди, услышали шипение, увидели, как из днища тарелки на коров опустилось полупрозрачное зеленоватое облако, полностью накрыв всё стадо. Животные замерли внутри этого почти прозрачного покрывала. Шипение усилилось, облако стало втягиваться внутрь тарелки. Было видно, как животные отрывались от земли, медленно вращаясь по часовой стрелке, поднимались всё выше и выше. Ещё чуть-чуть, и они вместе с облаком исчезнут в жерле чёрного диска. Но в метрах тридцати над землёй движение их вверх прекратилось. Зеленоватое облако убыстрило вращение, сделалось похожим на смерч. Из этого смерча один за другим стали вылетать бедные рогатые. Стоило любому из них покинуть зелёную зону, как прямо в воздухе животное моментально раздувалось и взрывалось, разлетаясь на части. На землю падали окровавленные куски мяса. Когда из смерча вылетела и разорвалась в клочья последняя корова, тарелка с шипением вобрала в себя остатки зелёного вихря, после чего стремительно взмыла вверх и исчезла высоко в небе. Ошарашенные, все молча стояли некоторое время. Горела, потрескивая, заправочная станция, клубы дыма столбом поднимались вверх с того места, где находилась котельная, внизу неподвижно замерли, так и не успевшие уехать легковушки. Но вот ступор схлынул с людей, вдали послышался рёв сирен, тронулись одна за другой машины возле ручья. Люди, убежавшие с заправочной станции, потихоньку побрели кто куда. Некоторые торопливо направились к тому месту, где разбросало останки коров.
— Ну что, дождались? — хрипло спросил Игорь.
Глава 8
— Миша, Михаил! Слышь, пошли до ручья, глянем, что с моей коровой Маруськой эта чума небесная сотворила! — Бабушка Поля стояла возле калитки, опёршись рукой о суковатую палку. Покрытое морщинами худое лицо было печально.
— Сейчас, баба Поля, дом только прикрою! — Мишка, высокий крепкий паренёк лет 17, не мог отказать старухе, как-никак его подружка Даша, приходилась ей внучкой. Мишка уже неделю как хозяйничал в доме один. Родители его уехали в гости к родственникам, оставив на попечение Мишке огород, который нужно было ежедневно поливать, да зловредную козу, которую утром нужно было выпускать пастись, а вечером доить. За паскудность Мишка дал ей имя — Чупакабра. Родителям это прозвище неожиданно понравилось, привыкли и соседи и с тех пор некто не звал её иначе. Даша, узнав, имя козы пришла в полный восторг. Чупакабра была самостоятельная: — шлялась, где ей заблагорассудится, но никак не там, куда её выгоняли на выпас. Застать вечером её — проблема, покуда не набьёт пузо, домой не явится, одно хорошо, доилась без капризов.
— Коза то где твоя, цела хоть? — спросила баба Поля.
— Шляется, что с ней будет? На лугу ей пастись в лом, ей как собаке лучше по дворам шастать, да по помойкам!
Страница 14 из 39
