Из материалов Нюрнбергского процесса: «… По рецепту 5 кг человеческого жира с 10 литрами воды и 500-1000 г каустической соды варили 2-3 часа. После остывания мыло всплывало на поверхность. К смеси добавляли соль, соду, свежую воду, и снова варили. … Производственная варка занимала от 3 до 7 дней … в результате которых получилось более 25 килограммов мыла. Для этого было использовано 70-80 килограммов человеческого жира примерно с 40 трупов».
125 мин, 55 сек 16735
В соседнем доме, бешено залаяла собака, захлопали выстрелы. Улица огласилась криками, зазвенело разбитое стекло. Из дома, схватив за волосы, здоровенный мужик тащил женщину в ночной сорочке. Та, обхватив обеими руками его запястье, сучила ногами и кричала. На дорожке, дав задний ход, взревел «уазик», решётка с грохотом вылетела из окна, послышался радостный рёв. Лера, запрокинув канистру, выливала бензин в тазик. Внизу, через проём, лез человек. Он сбросил засовы с входной двери, та широко распахнулась, в гостиную ввалились люди. Среди них была и та самая бичёвка, что кричала через решётку. Вниз по лестнице растопырив руки, в тёмном халате медленно спускалась Лерина мать. Не дойдя несколько ступенек, она остановилась.
— И чо? — с любопытством уставилась на неё бичёвка. Испитая, опухшая, в одном грязном свитере на голое тело. Встав посреди гостиной, натужилась, — по грязным расставленным ногам потекла мутная струя, растекаясь лужей по полу. Резко запахло мочой.
— Ну как хозяйка тебе это? Нравится? — всё так же вглядываясь в Лерину мать, продолжала бичёвка. — У тебя белого рояля нет? Всю жизнь мечтала насрать на белый рояль. Чтобы духом рабочим пахло…
Стоящие рядом с ней такие же испитые подобия людей засмеялись. В распахнутую дверь зашёл шофёр, тот, что выдрал уазиком оконную решётку. — Эй, насекомые. Тут дочку, хозяйскую, никто не видел?
Заметив стоящую на лестнице Лерину мать, заслонявшую собой путь наверх, добавил утвердительно: «Наверху… Ну, ничего, добудем»… Он решительным шагом направился к лестнице. Из своей комнаты на площадку выскочила Валерия с тазиком в руках. Она с размаху опрокинула бензин с тазика на находящихся людей внизу. Больше всего попало бичёвке и поравнявшемуся с ней в этот момент, водителю уазика. Следом полетела горящая бензиновая зажигалка… Пламя вмиг охватило ошарашенно замерших людей. Через мгновение раздались душераздирающие вопли, по гостиной заметались живые горящие факелы, запахло горелым мясом. Валерия стояла и смеялась, мать, обернувшись, изумлённо смотрела на неё снизу. Не добежав до двери, упало тело бичёвки, дымясь, занялся паркет, весело вспыхнули гардины на окнах. Лера устремилась вниз по лестнице к матери…
Выбравшись из подвала, Даша очутилась на заднем дворе дома среди грядок и парников. Туман рассеивался, оседая влагой на зелёных листьях растений. По всей улице слышался шум, крики, кое-где хлопали выстрелы. Не разбирая дороги, Даша прямо по грядкам побежала к огороженному сеткой — рабицей обрыву реки. В одном месте сетка была отогнута и Даша кое-как протиснулась в образовавшуюся щель. Дальше был обрыв, цепляясь руками за торчавшие из земли корни деревьев, стала спускаться. Земля за ночь отсырела, ноги, обутые в сандалии, скользили, жирные куски липли к рукам. На середине, очередной корень, не выдержал, обломился в руках, и Даша сползла вниз, на её счастье не распоров об корни живот. Вся чумазая, со свалявшимися волосами, она миновала узкую полоску песка и с разбегу плюхнулась в речку. Вода освежила её, привела в чувство. Она несколько раз окунулась, чтобы смыть грязь с головы, потом выбрела с речки на запесок, дабы отдышаться. Туман меж тем рассеялся совсем, солнце опять нещадно жгло. Вверху, со стороны Лериного дома, неожиданно дико, по-страшному, закричали. Даше сделалось не по себе. Она подхватилась и побежала что есть мочи прочь, по запеску вдоль обрыва к дороге, что метрах в трёхстах подымалась с реки на улицу, где был бабушкин дом. Уже шагая наверх, она увидела статую вождя, указывающую рукой в сторону Лериного дома. Ещё она увидела столб дыма, клубившийся к небу, как раз в том месте, где за деревьями прятался этот дом.
Возле деревянного продуктового магазина сновало несколько старушек. Дверь магазина была распахнута настежь, рядом, на крылечке, стоял её здешний бойфренд — Мишка, с монтировкой в руках. Увидев Дашу, он призывно помахал ей.
— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Даша подойдя. Из магазина выбежала бабуся, держа в вытянутых руках картонную коробку.
— Жратву бабкам раздаю, хочешь шоколадку?
Из-за поворота выскочил большой чёрный джип. Петляя и оставляя за собой клубы пыли, он быстро приближался. С выбитого окна высунувшись по пояс и обернувшись назад, человек в тёмной футболке, из дробовика стрелял по кому то сзади. Когда джип поравнялся с ними, Мишка увидел застывшее в оскале лицо, мутные, пустые глаза, смотрящие на них с Дашей и помповый дробовик, ствол которого целился в их сторону.
— Ложись! — заорал Мишка, со всех сил толкнув Дашу и падая на неё сверху. Прогремел выстрел, джип унёсся дальше, исчезнув в облаке пыли, следом пролетела белая «Нексия», и ещё какая-то машина… Стрельба, рёв моторов отдалились, стихая вдали.
— Слезь с меня, задавишь, дурак такой! — Даша отталкивала от себя Мишку пытаясь подняться. — Дай руку!
— И чо? — с любопытством уставилась на неё бичёвка. Испитая, опухшая, в одном грязном свитере на голое тело. Встав посреди гостиной, натужилась, — по грязным расставленным ногам потекла мутная струя, растекаясь лужей по полу. Резко запахло мочой.
— Ну как хозяйка тебе это? Нравится? — всё так же вглядываясь в Лерину мать, продолжала бичёвка. — У тебя белого рояля нет? Всю жизнь мечтала насрать на белый рояль. Чтобы духом рабочим пахло…
Стоящие рядом с ней такие же испитые подобия людей засмеялись. В распахнутую дверь зашёл шофёр, тот, что выдрал уазиком оконную решётку. — Эй, насекомые. Тут дочку, хозяйскую, никто не видел?
Заметив стоящую на лестнице Лерину мать, заслонявшую собой путь наверх, добавил утвердительно: «Наверху… Ну, ничего, добудем»… Он решительным шагом направился к лестнице. Из своей комнаты на площадку выскочила Валерия с тазиком в руках. Она с размаху опрокинула бензин с тазика на находящихся людей внизу. Больше всего попало бичёвке и поравнявшемуся с ней в этот момент, водителю уазика. Следом полетела горящая бензиновая зажигалка… Пламя вмиг охватило ошарашенно замерших людей. Через мгновение раздались душераздирающие вопли, по гостиной заметались живые горящие факелы, запахло горелым мясом. Валерия стояла и смеялась, мать, обернувшись, изумлённо смотрела на неё снизу. Не добежав до двери, упало тело бичёвки, дымясь, занялся паркет, весело вспыхнули гардины на окнах. Лера устремилась вниз по лестнице к матери…
Выбравшись из подвала, Даша очутилась на заднем дворе дома среди грядок и парников. Туман рассеивался, оседая влагой на зелёных листьях растений. По всей улице слышался шум, крики, кое-где хлопали выстрелы. Не разбирая дороги, Даша прямо по грядкам побежала к огороженному сеткой — рабицей обрыву реки. В одном месте сетка была отогнута и Даша кое-как протиснулась в образовавшуюся щель. Дальше был обрыв, цепляясь руками за торчавшие из земли корни деревьев, стала спускаться. Земля за ночь отсырела, ноги, обутые в сандалии, скользили, жирные куски липли к рукам. На середине, очередной корень, не выдержал, обломился в руках, и Даша сползла вниз, на её счастье не распоров об корни живот. Вся чумазая, со свалявшимися волосами, она миновала узкую полоску песка и с разбегу плюхнулась в речку. Вода освежила её, привела в чувство. Она несколько раз окунулась, чтобы смыть грязь с головы, потом выбрела с речки на запесок, дабы отдышаться. Туман меж тем рассеялся совсем, солнце опять нещадно жгло. Вверху, со стороны Лериного дома, неожиданно дико, по-страшному, закричали. Даше сделалось не по себе. Она подхватилась и побежала что есть мочи прочь, по запеску вдоль обрыва к дороге, что метрах в трёхстах подымалась с реки на улицу, где был бабушкин дом. Уже шагая наверх, она увидела статую вождя, указывающую рукой в сторону Лериного дома. Ещё она увидела столб дыма, клубившийся к небу, как раз в том месте, где за деревьями прятался этот дом.
Возле деревянного продуктового магазина сновало несколько старушек. Дверь магазина была распахнута настежь, рядом, на крылечке, стоял её здешний бойфренд — Мишка, с монтировкой в руках. Увидев Дашу, он призывно помахал ей.
— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Даша подойдя. Из магазина выбежала бабуся, держа в вытянутых руках картонную коробку.
— Жратву бабкам раздаю, хочешь шоколадку?
Из-за поворота выскочил большой чёрный джип. Петляя и оставляя за собой клубы пыли, он быстро приближался. С выбитого окна высунувшись по пояс и обернувшись назад, человек в тёмной футболке, из дробовика стрелял по кому то сзади. Когда джип поравнялся с ними, Мишка увидел застывшее в оскале лицо, мутные, пустые глаза, смотрящие на них с Дашей и помповый дробовик, ствол которого целился в их сторону.
— Ложись! — заорал Мишка, со всех сил толкнув Дашу и падая на неё сверху. Прогремел выстрел, джип унёсся дальше, исчезнув в облаке пыли, следом пролетела белая «Нексия», и ещё какая-то машина… Стрельба, рёв моторов отдалились, стихая вдали.
— Слезь с меня, задавишь, дурак такой! — Даша отталкивала от себя Мишку пытаясь подняться. — Дай руку!
Страница 21 из 39
