Jolt

— Ты забыл?! Он обвиняемый. Кстати, я тут подумал… ну, насчёт обвиняемых. Ты ведь и мне не обязан верить. Проанализировав свои слова, я понял, будь я следователем, первым бы заподозрил в преступлении самого себя. Я знаю о наркотиках всё, я их сам и изготовляю, разумеется, у меня постоянно открыт к ним доступ, я тут насочинял басней, не забыв очернить всех приближённых к Инститорисам людей, которых ты знаешь. Сложив всё до кучи, меня в два счёта можно припереть к стенке и допытать, вытянув мотив отравления лапочки Энджи, — Хэлл с грохотом бросил инструменты. — Рекомендую арестовать меня.

— Нет, — Кобальт встал с дивана и обнял маленького инженера за голову. — Свои выводы я обычно записываю в тетрадь, но теперешние умозаключения могу высказать тебе вслух. Солнечный Мальчик, ты безумно любишь своих крестников. Особенно Ангела. Ты до сих пор не пережил то, что с ним произошло, и винишь во всём себя. Оставайся и дальше таким солнечным — тёплым, заботливым и жизнерадостным балаболом. Я вижу, что ты гениальный учёный. Но детектив из тебя паршивый. Предоставь расследование мне. Клянусь, что приведу тебе настоящего…

— Лучше умертви его. Прикончи урода сразу, не медли. А если он будет одним из бессмертных, я подскажу тебе способ лишить его жизни, — Хэлл шаркнул ножкой. — Что… я что-то интересное сказал? — он улыбнулся признательности, засиявшей в глазах Питера. — Да брось. Выкладывай лучше, что тебе ещё осталось узнать.

— М-м… вот что — я могу тайно поприсутствовать при передаче очередной партии героина посреднику?

— Исключено. Заказы отменились, когда Ангел исчез.

— Я ожидал подобный ответ. Хэлл, ещё одно… Покажи мне шприцы, которые брал Ангел.

— Все они в точности такие, как этот, — ответствовал Тэйт, вынимая из кармашка на груди пластмассовый блистер и подавая киллеру. — Я в некотором недоумении…

Питер вскрыл упаковку, осмотрел содержимое, удовлетворённо хмыкнул, а потом вручил Хэллу поршенёк от пистолетного шприца Инститориса.

— Полюбуйся-ка. Чьё художество?

— Святые лептоны! Мы такую графику не наносим! Ты хоть незаметно его спёр?

— Надеюсь на это. Он, должно быть, страшно залапан, но я всё же попрошу тебя определить, отпечатки чьих пальчиков побывали на нём. Свои тебе сейчас оставлю и, наверное, пойду уже. Позвони, когда закончишь. И, Хэлл… — он в волнении стиснул кулаки, потом обнял мальчика-мага. — Ты золото.

— Я знаю, — инженер вздохнул. — Я постараюсь понять истинное значение надписи. Если получится, скажу тебе, кем должен быть автор. А сейчас вот тебе щека и фломик, рисуй мне автограф, пока я не вымазал твои грабли в печатных чернилах.

XIII — горько-полынный

— Меня вызвали на задание. Я не успею отвезти тебя домой, Питер.

— Тогда, может, подбросишь до школы Ману? Вечером и так будет чем заняться, а его экзамен наверняка уже закончился.

— Тебе нужно на соседнюю улицу. Мэйв проводит.

— Мэйв?

Демон знакомо поднял бровь и вытащил из-за уха микрофон. Проговорив что-то на одних шипящих согласных, он глянул на часы:

— Я заберу вас на машине в полдень.

— Юлиус…

— Он троюродный брат Кси. Старше на пару лет. Только не вздумай его допрашивать.

— Мистер, вы в курсе, как выглядит Мануэль?

За всю дорогу они не проронили ни слова, и Мэйв первым нарушил молчание.

— Нет. Мне кажется, я смогу узнать его. А ты хочешь уйти?

— Мне необходимо вернуться в редакцию. Но Ману, скорее всего, перепугается, вас надо представить. Вы же не думаете, что он заговорит с незнакомцем?

Питер опустил глаза. Если бы он заметил меня, то не пропустил бы ни за что. Но вслух не сказал, и Мэйв вёл его дальше по школьному двору. Ученики обтекали их, как морские волны — флагманский корабль.

— Вы не чувствуете себя немного странно?

— Да. Ужасно старым и большим. Громоздким, — он повернулся, провожая взглядом девушку, зачем-то дёргавшую его только что за ремень. Ростом она вряд ли доходила ему даже до груди. — В каком классе учится Мануэль?

— Выпускном. Не волнуйтесь, он будет повыше этих недомерков. Настоящий Санктери, — в его голосе зазвучала гордость. Стил и на этот раз решил промолчать.

Когда они притормозили на ступенях крыльца, кто-то скромно кашлянул, отделяясь от стены, и уткнулся Кобальту в плечо.

— Приветик, — развязно произнёс юный искатель приключений. — Я тебя не знаю, но уже хочу, — и потёрся для убедительности об его ногу бедром, туго обтянутым чёрной кожей. Весь его странный нешкольный наряд включал рокерские штаны и шёлковую рубашку навыпуск.

— Что за… — киллер поражённо посмотрел, как Мэйв прикладывает палец к губам и скрывается за углом здания. Тотчас же трезвонит телефон, — … чёрт!