Считается, что шутить над мертвыми неуважительно и попахивает бестактностью и плохими манерами, но только не в румынском городке Сапанта. Местные жители научились относиться к смерти с юмором, и особенно хорошо это выражается в ярких красочных надгробиях на здешнем кладбище. А эпитафии на них могут содержать смешные стишки, адресованные покойному.
0 мин, 57 сек 3193
Порой здесь даже можно вычитать чьи-нибудь секреты и тайны… Правда, мертвым уже все равно. Эту традицию начал местный плотник Стэн Иоанн Патраш, который делал кресты и надгробия из дуба. После традиционных похорон, которые длятся три дня, местные жители собираются вместе, чтобы выпить и поделиться историями о покойном. Патраш начал превращать эти истории в короткие стишки, а затем вырезать их на дубовых дощечках. Зачастую его стихи — истинное воплощение черного юмора; в них много бестактности, богохульства и любви к алкоголю… Вот один из примеров эпитафии на надгробии, посвященной чьей-то теще: «Здесь лежит моя теща. Если бы она прожила еще год, то здесь лежал бы я»….
Или вот наставление: «Водка — это чистый яд. Она приносит слезы и мучения. И мне она поставила подножку — принесла смерть. Кому водка нравится, с тем случится то же самое. Я пил водку, с ней в руках и умер».
На старости лет сам Стан Петраш, почувствовав свою близкую кончину, собственноручно изготовил надгробие для себя. Эпитафия на нём гласит: «За всю свою жизнь я никому не желал зла. Сколько мог, я делал добро всем, кто в этом нуждался. О, бедный мой мир! Нелегко было жить в нём»…
Или вот наставление: «Водка — это чистый яд. Она приносит слезы и мучения. И мне она поставила подножку — принесла смерть. Кому водка нравится, с тем случится то же самое. Я пил водку, с ней в руках и умер».
На старости лет сам Стан Петраш, почувствовав свою близкую кончину, собственноручно изготовил надгробие для себя. Эпитафия на нём гласит: «За всю свою жизнь я никому не желал зла. Сколько мог, я делал добро всем, кто в этом нуждался. О, бедный мой мир! Нелегко было жить в нём»…
