Кадук

Он знает, что в юности я провел два месяца в психушке. У меня был сложный период: постоянный стресс, отсутствие поддержки, неприятие себя… Стандартный набор. Хорошо, что я тогда ничего с собой не сделал.

«Это то, что ты видел во время своих психозов?» — любит спрашивать Кот, рассматривая мои работы в DeviantArt.

Честно говоря, не знаю, что на такое ответить. Я забыл все, что со мной происходило. А после госпитализации меня пичкали таблетками, так что я функционировал в режиме «зомби». Мне до сих пор снятся кошмары, но это только помогает мне в работе — я создаю графику для компьютерной игры в жанре horror.

Кот тоже не без греха. Именно благодаря этому мы и познакомились.

Он до сих пор шутит:

— Из-за тебя меня чуть не поставили на учет в наркодиспансере.

Впрочем, это не шутка. Ему действительно пришлось дать взятку врачу, который его откачивал. Это я вызвал скорую, когда нашел его возле ночного клуба, в котором бываю раз в полгода. Повезло. Только-вот не пойму: мне или ему?

Кот уверял, что то был одноразовый инцидент. Угостил знакомый, все такое.

— Жизнь слишком коротка, чтобы зацикливаться на чем-то одном, — любит говорить он.

Если подумать, смешная история с этим рисунком! Наверняка я нарисовал его задолго до нашей поездки, Кот взял его без моего спроса (он постоянно это делает), засунул в карман и забыл. Но он скорее в лепешку расшибется, чем признает свою ошибку.

Мне даже нравится его упрямство. Нравится, когда он шутит или сердится. В нем так много жизни… Приказываю себе отогнать навязчивые мысли, отвернуться, подумать о чем-нибудь важном и будничном, перебороть унизительную зависимость, но рука невольно тянется к бумаге. Я должен еще раз нарисовать Кота.

Наступает вечер. Стылое солнце умирает за чертой горизонта. Мир окутывает неумолимая темнота.

Кота до сих пор нет.

Чтобы приглушить тревогу, осушаю полбутылки водки, которую захватил с собой в поездку. Кот бы разгневался, если бы узнал об этом. Его отец был алкоголиком, и он до мозга костей ненавидит все, что связано с пьянством.

Прихожая и небольшая жилая комната — вот и вся планировка хижины. Слишком низкий потолок, серые стены, маленькие окна без штор — этот антураж вызывает у меня чувство беспокойства сродни клаустрофобии.

На часах почти восемь, когда я слышу мотор машины Кота.

— Как съездил? — спрашиваю я его, стараясь скрыть свою радость.

Он с жаром принимается рассказывать мне о своей затее. Кот скупает прилегающие земли, чтобы выгодно перепродать их, когда они подорожают. Он уверен, это лишь вопрос времени. Готовится крупный проект, который наверняка получит поддержку в областном совете. Через несколько лет в этих окрестностях начнется крупное строительство, и… — Ты часто выпиваешь? — внезапно спрашивает он меня.

Не то, чтобы я чувствовал себя пьяным, но, оказывается, это заметно. Мне некуда деваться, и я утвердительно киваю головой.

— В чем твоя проблема?

— Ты действительно хочешь, чтобы я ответил на этот вопрос?

— Ты втихаря спиваешься… Думаешь, я не вижу? В чем твоя проблема?

— Рос без отца? — продолжает он.

— Мама недолюбила? Это все пустяки, поверь мне. Детство тю-тю — давно прошло! И ты, слава Богу, уже не ребенок! Но ты все равно сидишь в жопе и ждешь, чтобы кто-то вытащил тебя оттуда! Сформулируй проблему и ищи решение!

— Слушай… я не собираюсь… сейчас… — Тебя устраивает твоя работа?

— Да… — Тебе есть с кем трахаться?

— Отстань от меня!

— Отлично! С удовольствием! Ты, дружок, в полном неадеквате! Но возьми на заметку: если увижу тебя с бутылкой — разобью ее о твою же голову!

Кот больше не говорит со мной. Растопил кафельную печь, примостился возле нее на старой раскладушке и просматривает что-то на своем ноутбуке.

У меня жуткое настроение и болит голова. Кажется, я заболел. Пытаюсь согреться под дырявым пледом. Нужно что-то делать, и я решаю закончить утренний набросок. Затемняю небо над полем, рисую луну… Боковым зрением я отслеживаю каждое движение Кота.

Нужно заточить карандаш. Тянусь к куртке за ножом. Рука шарит внутри кармана и нащупывает шероховатую поверхность бумаги — тот самый эскиз, из-за которого утром разозлился Кот. Разворачиваю его — и поражаюсь тому, насколько он совпадает с тем, что я сейчас рисую. Недостает только одной детали, точней, одного персонажа… Вглядываюсь в фигуру приближающегося человека. Странно, она как будто стала крупнее, обросла новыми деталями: затушеванное лицо под копной черных волос, широкие плечи, тяжелые мускулистые руки. Да он же голый! Я отчетливо вижу навислый живот и темное пятно лобковых волос на фоне бледной кожи. Человек нарисован настолько убедительно, что по моей спине пробегают мурашки.

Интересно, почему Кот не обратил на это внимание?

Чувствую, как широкая улыбка расползается по моему лицу. Вот же засранец! Он меня разыгрывает! Я еще не знаю как, но очевидно, что было два рисунка: утренний и этот. Кто-то подменил первый вторым, и это мог быть только Кот. Понятия не имею, зачем, но мне льстит эта ситуация. Посмотрим, что будет дальше.