Как если бы я умер

Мысль об обращении в полицию Артур отмёл решительно и сразу. Он хорошо мог представить удивлённые взгляды поверх монитора, вежливые вопросы, разные «А вы уверены?», «Во сколько вы вышли из офиса» Лорелеи«?» В лицо никто не осмелится даже хмыкнуть, но, выйдя за дверь, эти работяги в дешёвой синтетической форме примутся вовсю чесать языками.«Слышал? У шефа в кабинете» вампир«! Эти богатенькие снобы не знают, чем себя и занять. Да-да, придурок обкололся сывороткой и попал под раздачу… Нет, ты только представь: обернуться в вампира, чтобы получить по башке и лишиться навороченного смартфона и бумажника!» «Ещё бы, такие папенькины сынки не в состоянии за себя постоять». Становиться объектом насмешек или хотя бы снисходительного подтрунивания Артур не хотел. А ещё в комнату без конца будут заходить то один, то другой сержанты и констебли — якобы за скотчем, скрепками или подписью, а на самом деле — попялиться на его клыки и уши. Нет уж, благодарим покорно. Артур решил, что визит в полицейский участок терпит до возвращения в человеческий облик.

Даже на фоне столь неприятных затруднений Артур не мог не восхититься тем, насколько его переполняет бодрость и готовность к действию. Он развернулся и пружинисто зашагал в безошибочно угадывающемся нужном направлении. Конечно, когда придёт время рассказать об инциденте, он преподнесёт случившееся без столь сурового реализма. Например, сделает акцент на молниеносной реакции — как он моментально развернулся, как ловко лягнул нападавшего и как, несмотря на численный перевес грабителей, дал отпор. О том, что сыворотка не дала ему трепыхнуться более одного раза, Артур решил умолчать. Поразмыслив, он отредактировал и версию для приятелей. В конце концов, можно сказал, что забыл смартфон дома. Ну, а отсутствие кредитки вообще никто не заметит, благо вечеринку устраивают в просторном лофте Холлиса, а не в клубе. К чему волновать слушателей драмой. У девушек рассказ наверняка вызвал бы бурную реакцию. Особенно у Тэм. Артур ещё помнил, как, заглянув к нему в гости, она эмоционально восклицала: «Ах, Боже, как мне нравятся эти гардины», «Прелестный палисадник!», «Неужели на портрете твоя мать? Какая красавица!». Впрочем, портрет в полный рост действительно был великолепен. «Да, она до сих пор очень красива. Хотя дед и разочарован, что у него так и не появился сын. Так что весь груз надежд рухнул на меня. Теперь мне приходится торчать всю неделю в Сити. Мама приходит в восторг, представляя себе момент, когда я унаследовать компанию… — А ты? — Это не худший сценарий моей жизни». После этого Тэм стала звонить вдвое чаще, и Артур, повинуясь некому смутному инстинкту, стал отвечать на её звонки и сообщения в два раза реже.

Пешеходная прогулка прервалась достаточно неожиданно.

Новое восприятие услужливо подкинуло сигнал: за углом кто-то есть. Он не заметил бы этой сливающейся с ночными тенью фигуры без помощи сыворотки. Сейчас же в мозгу вспыхнул алый сигнал опасности. Вампир. Господи, настоящий вампир!

На сей раз он среагировал до того, как его заметили. Нырнул вбок, в похожий на куцый отросток проход между домами, за ряд мусорных баков, и постарался слиться со стеной. Однако удача сопутствовала ему только наполовину. Спустя минуту настоящий появился из-за угла — а Артур осознал, что находится в тупике, и путь к отступлению теперь отрезан.

От сгорбленной тени исходила пряная опасность и угроза. Вампир завораживал, как несущийся навстречу грузовик. Он до ужаса напоминал голодного шакала: принюхивался, шнырял между бачками, злобно скалил зубы, издавал угрожающие звуки.

Артур замер. Способность застывать без движения оказалась очередным будоражащим открытием. Он сильно надеялся, что смрад отходов перешибёт его запах. Настоящий может счесть, что Артур вторгся на его территорию. Может решить проучить. Может… чёрт побери, да он может всё что угодно! Это же дикий хищник! Не зря их отлавливают и не пускают в черту города. Внешне похожие на людей, они не страдают ни уважением к чужой собственности, ни благоговением перед чуждой жизнью. Регенерация не даст серьёзно пострадать, но испытывать боль Артур не хотел. Хватит с него унизительного человеческого нападения. Он забился в углубление в стене, мечтая только об одном: чтобы это непредсказуемое существо не заметило его. На пустынных улицах некого просить о подмоге. Кстати, где «Лорелея»? Почему они не вмешались, когда на него напали? Почему никто не страхует его сейчас? Где их хвалёная поддержка?