Карлик Нос (Zwerg Nase)

Возвращение Якоба было очень долгим. Сам он ещё не понимал, что в сущности с ним произошло. Он возвращался очень медленно, еле-еле двигая ноги, согнувшись. Казалось, что это возвращение никогда не закончится. Он шел по странной местности, выцветшей на солнце. Искусственные декорации придавали какую-то неестественность ландшафту, было в этом что-то иррациональное. А на каком-то отрезке пути возникло ощущение коридора. От дома колдуньи до самого города Карлику никто не встретился на пути. Местность, по которой он шел была абсолютно безжизненной. Чтобы вы смогли почувствовать этот эпизод, приведу кадры из фильма «Лабиринт», которые напоминают возвращение Карлика и отражают суть момента. Только цвета были несколько иные. Для пущего сходства в этих скринах надо убрать оранжевый цвет.

Карлик ковылял в растерянности, озирался, как будто видел всё впервые, и что-то бормотал при этом. Появившись в городе, Якоб идёт по улице, и мы видим не его самого, а то что видит он сам, т. е. смотрим его глазами, и именно снизу вверх. Якоб не понимает избыточного внимания людей к нему. Перед тем как войти на рынок, он прошел мимо плетеного забора. На рынке на прежнем месте за прилавком сидит очень опечаленная мать Якоба, и когда он, заколдованный в страшного карлика, подошел к ней, она, отпрянула с криком ужаса, еще сильнее расстроилась после его слов, будто он её сын, и прогнала его, ругая за то, что он издевается над ее горем. Он в непонимании и отчаянии идёт к отцу. Этот момент помнится, как он идёт улицей в какое-то здание, на котором, возможно, висел сапог-вывеска. Поднявшись по ступенькам, Якоб проходит в небольшое помещение, где разговаривает с отцом. И там он, получив от отца зеркало, смотрится в него, и с этого момента начинает понимать, что же всё-таки с ним произошло. На улице он садится на мостовую, прижавшись к стенам, раздавленный и полностью поглощенный этим событием.

Потом Якоб неоднократно, когда станет поваром герцога, будет приходить на рынок за продуктами. У него там будет «свой» уголок, из которого он украдкой, на некотором расстоянии, будет смотреть на маму очень грустными взглядом, сидя прямо на земле.

Саспенс фильма заключался в том, что колдунья не простила Якобу его побег, она решила во чтобы то ни стало вернуть его. Запомнилось, что исходила постоянная угроза, что она вернется, она это так не оставит, судьба карлика решена, была в этом какая-то неотвратимость. Даже если карлику неимоверными усилиями удастся расколдоваться, она непременно заколдует его вновь и заберет обратно в свое логово, и никто не спасет, даже родители. Это безысходность, бесполезно бороться. Вот такие были ощущения, переживания и постоянный страх за карлика, старуха идет по пятам, эта угроза все время каким-то образом присутствовала. Это давило невероятно. Если память не изменяет, кажется, по ходу фильма колдунья возвращалась за Якобом на рынок, но найти его не могла. Ему как-то удавалось укрыться. В моменты, когда на рынке появлялась старуха, накал ужаса у тех, кто смотрел фильм, был максимальным. Вот тогда я цепенел от страха.

Довольно большая часть сюжета связана была с рынком. Там же Якоб купил гусей. Принесли их в деревянной клетушке на кухню, и в тот момент когда Якоб остался на кухне один, гусыня начала с ним разговаривать. И именно заколдованную гусыню из числа прочих, купленных на рынке, Якоб потом забрал к себе в комнату, где он жил. Очень чётко проходила линия о том, что гусыня Мими рассказывала о своей судьбе и судьбе своего отца. С гусыней Якоб очень часто ходил на рынок в поисках волшебной травы, которая помогла бы им обоим вернуть себе прежний вид. Они искали её долго и мучительно, на протяжении многих дней. Нашли только когда уже отчаялись.

Я вынес из фильма мораль: если бы Якоб не посмеялся над колдуньей, тогда избежал бы последующих мучительных страданий, т. е. он пострадал по своей вине. При просмотре ГДР-овской версии у меня такой мысли не возникало. Почему? Потому что в ГДР-овском фильме Якоб не слишком страдал, там нет этого драматизма.