Карта для путешественника

— Я искал вас, — тихо ответил Гарри. Внезапно он почувствовал ужасную боль: Снейп был жив, но его все равно что украли. Снейп был жив, но того Снейпа, какого знал Гарри, не существовало вовсе. Он знал, что должен радоваться, должен быть счастлив, но он не мог. Боль переполняла его до краев, и она была гораздо сильнее той боли, которую он испытал какие-нибудь несколько минут назад, она была бесконечной, потому что тогда, когда он знал, что Снейп умер, он по крайней мере знал, что у него, Гарри, было от него что-то, были воспоминания, которые никто не мог отнять. Он прикрыл глаза, чувствуя, как из-под век начинают течь слезы. Сейчас Снейп обсмеет его и будет по-своему прав. Должно быть, это и вправду было всего лишь безумием наркотических снов.

— Откройте глаза, Поттер, — велел Снейп.

Гарри помотал головой.

— Мне нужно понять, в каком вы состоянии, чтобы приготовить правильное зелье.

Снейп будет готовить для него зелье сам… Что ж, даже это не имело какого-то особого значения сейчас. Гарри еще раз отрицательно мотнул головой.

Вдруг слева захрустело выбитое стекло.

— Вообще-то мы собирались просить твоей помощи, — сказал Кингсли. — Северуса, как ты видишь, выписали несколько дней назад. Но, поскольку его дом похож сейчас скорее на эту курильню, чем на что-то, пригодное для жилья, он живет у меня, а вот лабораторию нам для него негде создать. По определенным причинам пока что нужно, чтобы он работал вне аврората, как и ты, собственно, поэтому я и хотел тебя спросить, нельзя ли занять под лабораторию одно из помещений в твоем доме на Гриммо. Помнится, там даже была лаборатория, только заброшенная.

Гарри распахнул глаза.

— Конечно, — воскликнул он. — И жить он тоже может у меня! — И добавил, встретив внимательный взгляд Снейпа: — Так же проще.

— Конечно, так проще! — обрадовался Кингсли.

— Кинг, — сказал Снейп, и что-то в его тоне Гарри очень не понравилось, — ты иди в трактир, а я разберусь с мистером Поттером и тебя догоню.

— Гарри, ты в…

— Ты иди, иди, — перебил его Снейп. — Я скоро буду.

Взгляд его, брошенный на Гарри, не предвещал ничего хорошего.

— Ну ладно, — вздохнул Кингсли, отходя к окну. — Ты и Гарри бери тогда с собой, его надо накормить. Запечатайте тогда здесь все.

Гарри проводил взглядом его широкую спину. Потом с вызовом посмотрел на Снейпа. В конце концов, если Снейп собирается работать у него на Гриммо, черта с два он, Гарри, будет выслушивать нотации. Детское время кончилось, он взрослый человек и имеет право делать со своей жизнью все, что хочет.

— У меня все было под контролем! — сказал он.

Снейп молча сверлил его взглядом.

— Сюда бы никто не сунулся до утра. Я взял кальян, а не трубку, значит, риска пожара не было.

— У вас все под контролем, — обманчиво мягко согласился Снейп. — А еще вам, конечно, в голову не пришло взять под этот самый контроль такие факторы, как стресс и вторую за день дозу.

— И что? — воскликнул Гарри. — Пусть сегодня мне было бы хреново, но я завтра же начал бы курс лечения. Я думал, что вы умерли. Как вы думаете, куда я еще мог с этим пойти?! Может быть, мне надо было пойти к Джинни: «Ты знаешь, дорогая, я тут, на минуточку, влюблен в Снейпа, но он умер»…

Он осекся, но конечно же, было уже поздно. Впрочем, наверное, это стоило сказать хотя бы ради редкого зрелища удивления Снейпа. Тот приоткрыл рот, словно силился что-то сказать, потом закрыл его. Несколько минут они с Гарри таращились друг на друга.

Потом Гарри рассмеялся:

— Что, еще не отпала охота читать мне мораль?

У Снейпа ноздри раздулись от ярости:

— Если вы решили шутить со мной, Поттер!

— Нет, нет, — Гарри поднял руки вверх в примиряющем жесте. Это было так удивительно — то, что он почувствовал. Снейп был в ярости, Снейп был совершенно прежним, но Гарри чувствовал только любовь. Снейп при всем желании не мог навредить ему сейчас.

«Это моя игра и мои правила», — вспомнилось вдруг. Гарри на секунду сделалось страшно, что он опять спит, и он протянул руку и вцепился в руку Снейпа. Снейп, по всем его правилам, наверное, должен был отцепить ее, оттолкнуть, но он только смотрел на Гарри, как будто видел его в первый раз.

— Но почему вы решили, что я умер? — наконец спросил он.

— Наверное, проще показать, — ухмыльнулся Гарри. Он знал, что это может уничтожить все, что у Снейпа еще оставалось к нему, любые зачатки доброго отношения, что, возможно, Снейп будет насмехаться над ним вновь и вновь, где бы они ни встретились, но Гарри чувствовал себя невероятно, невыносимо свободным.

Моя игра — мои правила. Никто не может мне навредить.

— Давайте, — подначил Гарри. — Вы же хотели посмотреть.