Фандом: Шерлок BBC. Шерлок Холмс — на больничной койке: взрыв в гостинице не прошёл бесследно. Где-то в Лондоне прячутся снайперы, укрывающие пострадавшего Джима Мориарти. Их необходимо найти. А ещё важнее — разобраться в отношениях с одним военным хирургом, занявшим в жизни Шерлока слишком важное место.
113 мин, 43 сек 9178
— Вот и проводи, — хмыкнул Лестрейд. Злобно пыхтящая Салли снова уставилась в монитор, а Грегори пошёл к себе в кабинет. Говорить с Шерлоком по скайпу лучше всего было там, где сержант Донован не сумеет вставить в разговор свои, несомненно, ценные, замечания.
— Вы их вычислили? — спросил Шерлок вместо приветствия.
Лестрейд кивнул.
— Куда ехать? — детектив подался вперёд, весь внимание.
— Для начала сюда. Если уж я вынужден допустить гражданских к операции задержания, то всё должно быть правильно оформлено. Иначе можешь сидеть дома и ждать результатов.
— Еду! — собеседник уже собрался вскочить, не отключив скайп, но инспектор решил, что неприятные вещи лучше делать заранее. Пусть лучше Шерлок выскажется по поводу предложения Салли сейчас, чем будет выступать при Донован и Андерсоне.
— Секундочку!
Шерлок, уже было приподнявшийся, снова опустился в кресло.
— Как я уже говорил, получить допуск для гражданских к такой операции на самом деле сложно, поэтому я должен приложить все усилия для обеспечения вашей безопасности. Или ты соглашаешься на все условия, или оставайтесь дома, мне даже лучше будет.
— Так… что за сюрприз вы припасли?
— Бронежилеты. Отпущу на задержание только в них. Мистера Уотсона, я уверен, не придётся долго уговаривать, он знает цену этой вещи.
Шерлок на секунду замер, что-то оценивая, кивнул.
— Скоро будем.
На самом деле с Шерлоком не стоило расслабляться. Прикинувшись, что согласен на условия инспектора, он поначалу отмахнулся от бронежилета, сказав, что наденет его потом — какой смысл лишнее время носить на себе эту тяжесть — и принялся выяснять детали. Пересмотрел видеозапись, огорошил окружающих, сдержанно похвалив Донован, и, достигнув желанного эффекта, попытался улизнуть. Скорее всего, его обманный манёвр бы удался — комплимент сержанту обладал слишком сильным эффектом, но детектива перехватил Джон.
Лестрейд не смог расслышать всё, произнесенноё злым шёпотом (хотя подслушать и хотелось), но слова «выбирай: наручники или бронежилет», «не лезь на рожон», «действительно опасно» донеслись до его слуха, и он был полностью с ними солидарен. А главное — Джон добился результата.
Шерлок пару минут скептически одёргивал и поправлял бронежилет, облачиться в который ему помог Джон, а потом сделал вид, что никакой тяжести на нём нет, и продолжал двигаться в своём обычном летящем темпе. Ну а с самим Джоном, как и ожидалось, проблем не было вовсе.
Синева под глазами Джима стала немного бледнее. Сами глаза лихорадочно блестели, но шеф, определённо, был в сознании. Иначе не шипел бы на Шкодрана, пытающегося напоить его бульоном.
Моран вздохнул, привычно подавив очередную вспышку раздражения. Раньше Джим умудрялся одновременно бесить и заводить; сейчас возбуждения не возникало — Себастьян не любил слабых и беспомощных. Оно и к лучшему, наверное. Не стоит отвлекаться на мелочи, когда на кону их жизни.
— Шкодран, возьми ребят, посидите в кафешке внизу. Пива выпейте, орешки пощёлкайте… Асадулла проследит за безопасностью.
Афганец принципиально не пил спиртного, зато спокойно вызывался в это время походить по улице и поглазеть на европейских женщин. В разговоры с ними не вступал — что можно обсуждать со шлюхами? — но разглядывать не отказывался никогда. Особое внимание уделял одетым в бесформенные пуховики: встреча с российской женщиной-спецагентом в Санкт-Петербурге после взрыва тамошнего законодательного собрания произвела на Асадуллу неизгладимое впечатление. Теперь он знал, сколько всего может пронести невысокая крепенькая девица под курткой, и был настороже.
Джака кивнул и ушёл на кухню. Вскоре хлопнула входная дверь: ребята отправились развлекаться. Моран взял полуостывший бульон, сунул туда ложку и строго велел:
— Рот открой.
— Ещё чего… амммм!
— Чем быстрее мы это сделаем, тем раньше сможем нормально поговорить. Тебе надо восстанавливать силы. Так врач сказал. И не стоит прожигать во мне взглядом дыру, ты ещё не поправился для таких упражнений. Хорошо. Глотай. Теперь ещё ложку. Попытаешься выплюнуть — ударю. Это доставит мне удовольствие.
Джим неплохо знал подчинённого, уловил лёгкую хрипотцу на последнем предложении и молча принялся глотать наваристый бульон. Только спустя минуту пожаловался:
— Соли мало.
— Её вообще нет. Врач пока что запретил, не знаю, почему.
— Современные доктора — ублюдочные садисты, вот почему! Идиоты, свихнувшиеся на долбанном здоровом образе жизни!
— Тебе виднее. Ещё ложку, давай, открывай рот.
Наконец процесс кормления был завершён. Моран подумал, затем потянулся к памперсу.
— Стой! — Джим не кричал, скорее, шипел, но глаза стали совершенно безумными. — Пусть этот твой истукан, когда придёт, сделает!
Секунда размышлений:
— Хорошо. Ты готов побеседовать?
— Давно уже готов, чёрт тебя подери! Хватит изображать мать Терезу, говори уже, что там у тебя в печёнках засело, и прекратим балаган!
Моран позволил себе холодно улыбнуться:
— Вы их вычислили? — спросил Шерлок вместо приветствия.
Лестрейд кивнул.
— Куда ехать? — детектив подался вперёд, весь внимание.
— Для начала сюда. Если уж я вынужден допустить гражданских к операции задержания, то всё должно быть правильно оформлено. Иначе можешь сидеть дома и ждать результатов.
— Еду! — собеседник уже собрался вскочить, не отключив скайп, но инспектор решил, что неприятные вещи лучше делать заранее. Пусть лучше Шерлок выскажется по поводу предложения Салли сейчас, чем будет выступать при Донован и Андерсоне.
— Секундочку!
Шерлок, уже было приподнявшийся, снова опустился в кресло.
— Как я уже говорил, получить допуск для гражданских к такой операции на самом деле сложно, поэтому я должен приложить все усилия для обеспечения вашей безопасности. Или ты соглашаешься на все условия, или оставайтесь дома, мне даже лучше будет.
— Так… что за сюрприз вы припасли?
— Бронежилеты. Отпущу на задержание только в них. Мистера Уотсона, я уверен, не придётся долго уговаривать, он знает цену этой вещи.
Шерлок на секунду замер, что-то оценивая, кивнул.
— Скоро будем.
На самом деле с Шерлоком не стоило расслабляться. Прикинувшись, что согласен на условия инспектора, он поначалу отмахнулся от бронежилета, сказав, что наденет его потом — какой смысл лишнее время носить на себе эту тяжесть — и принялся выяснять детали. Пересмотрел видеозапись, огорошил окружающих, сдержанно похвалив Донован, и, достигнув желанного эффекта, попытался улизнуть. Скорее всего, его обманный манёвр бы удался — комплимент сержанту обладал слишком сильным эффектом, но детектива перехватил Джон.
Лестрейд не смог расслышать всё, произнесенноё злым шёпотом (хотя подслушать и хотелось), но слова «выбирай: наручники или бронежилет», «не лезь на рожон», «действительно опасно» донеслись до его слуха, и он был полностью с ними солидарен. А главное — Джон добился результата.
Шерлок пару минут скептически одёргивал и поправлял бронежилет, облачиться в который ему помог Джон, а потом сделал вид, что никакой тяжести на нём нет, и продолжал двигаться в своём обычном летящем темпе. Ну а с самим Джоном, как и ожидалось, проблем не было вовсе.
Синева под глазами Джима стала немного бледнее. Сами глаза лихорадочно блестели, но шеф, определённо, был в сознании. Иначе не шипел бы на Шкодрана, пытающегося напоить его бульоном.
Моран вздохнул, привычно подавив очередную вспышку раздражения. Раньше Джим умудрялся одновременно бесить и заводить; сейчас возбуждения не возникало — Себастьян не любил слабых и беспомощных. Оно и к лучшему, наверное. Не стоит отвлекаться на мелочи, когда на кону их жизни.
— Шкодран, возьми ребят, посидите в кафешке внизу. Пива выпейте, орешки пощёлкайте… Асадулла проследит за безопасностью.
Афганец принципиально не пил спиртного, зато спокойно вызывался в это время походить по улице и поглазеть на европейских женщин. В разговоры с ними не вступал — что можно обсуждать со шлюхами? — но разглядывать не отказывался никогда. Особое внимание уделял одетым в бесформенные пуховики: встреча с российской женщиной-спецагентом в Санкт-Петербурге после взрыва тамошнего законодательного собрания произвела на Асадуллу неизгладимое впечатление. Теперь он знал, сколько всего может пронести невысокая крепенькая девица под курткой, и был настороже.
Джака кивнул и ушёл на кухню. Вскоре хлопнула входная дверь: ребята отправились развлекаться. Моран взял полуостывший бульон, сунул туда ложку и строго велел:
— Рот открой.
— Ещё чего… амммм!
— Чем быстрее мы это сделаем, тем раньше сможем нормально поговорить. Тебе надо восстанавливать силы. Так врач сказал. И не стоит прожигать во мне взглядом дыру, ты ещё не поправился для таких упражнений. Хорошо. Глотай. Теперь ещё ложку. Попытаешься выплюнуть — ударю. Это доставит мне удовольствие.
Джим неплохо знал подчинённого, уловил лёгкую хрипотцу на последнем предложении и молча принялся глотать наваристый бульон. Только спустя минуту пожаловался:
— Соли мало.
— Её вообще нет. Врач пока что запретил, не знаю, почему.
— Современные доктора — ублюдочные садисты, вот почему! Идиоты, свихнувшиеся на долбанном здоровом образе жизни!
— Тебе виднее. Ещё ложку, давай, открывай рот.
Наконец процесс кормления был завершён. Моран подумал, затем потянулся к памперсу.
— Стой! — Джим не кричал, скорее, шипел, но глаза стали совершенно безумными. — Пусть этот твой истукан, когда придёт, сделает!
Секунда размышлений:
— Хорошо. Ты готов побеседовать?
— Давно уже готов, чёрт тебя подери! Хватит изображать мать Терезу, говори уже, что там у тебя в печёнках засело, и прекратим балаган!
Моран позволил себе холодно улыбнуться:
Страница 25 из 32
