Компьютеры. Системники цвета слоновой кости. Они длинными рядами стоят друг на друге вдоль стен; у одних не хватает боковой стенки, и луч фонаря выхватывает жёлтые платы и серые шлейфы внутри. Другие лишены передней панели — из корпуса торчат два тонких проводка для включения, а то и просто тумблер на 220, если компьютер постарше.
12 мин, 3 сек 4165
Во мне просыпается профессиональный интерес. Обхожу помещения — на мониторах в двух других комнатах всё так же идёт поток логов. Быстро идёт, я даже ничего прочитать не успеваю. Пожимаю плечами, возвращаюсь в дальнее помещение и разбираю «тумбочку», ставя системники на место. Едва контакты кабеля питания и разъёма на БП-шнике касаются друг друга, компьютеры начинают гудеть. Их даже включать не приходится, достаточно только подать питание. Подключаю сетевые кабели, оборачиваюсь на писк — на экране ранее ругавшегося компа снова поток логов, а поставленные мною на место системники начали весело трещать хардами.
Странно всё это, но жуть как интересно — это что, такая дедушкина серверная? Или бабкин суперкластер? Кто его здесь собрал, зачем? Почему именно здесь? Ведь по меркам девяностых это целый вычислительный центр, по меркам первой половины двухтысячных — неплохой дата-центр. Осматриваю, как этот зоопарк устроен. Ну так и есть — три комнаты, три кластера. В каждом компьютеры объединены длинным кабелем, с кучей ответвлений — кажется, такой способ подключения именовался «общая шина»? Так, а эти компы с мониками, видимо, централизующие сервера… И они между собой соединены ещё одним проводом. Забавно, значит работают они сообща.
Заглядываю в системники — первые, вторые пентиумы. Хлам. Но если взять 32 первых пентиума и повесить на них распределённую задачу… Что же они считают? Внезапно меня осеняет мысль — у меня же в соседнем помещении склад. А там — жк-моники, я могу посмотреть, даже не заморачиваясь с ЭЛТ-мониторами. Дважды преодолев завал из коробок на переходе между «сегментами» бункера, притаскиваю старый жк-монитор. Блоки питания в системниках старые, от таких раньше ещё напрямик мониторы запитывались, чтобы розетки не занимать. Подрубаю заранее подобранным кабелем монитор, пихаю VGA-кабель в разъём позади системника… И меня накрывает.
По монитору снизу вверх ползёт лог — даже не лог, а какая-то последовательность символов. Цифры и буквы, не имеющие никакой смысловой нагрузки. Знаков препинания и пробелов нет, но нет и смысла в этом бреде… Нет… Почему бреде? Это… Эти знаки. Они прекрасны. Эти буквы их идеально дополняют! Как, как, чёрт возьми, я мог не знать, не думать об этом? Ведь всё так очевидно. Ноль идёт за единицей и венчает их прекрасная W. А после — две тройки, девятка и aa5q. И ещё qmnqkl34lrq323qjq5l5l4354j52klj̼͙͖̥̖̰͙̆̊t͕̲̣͓͚̔ͣ̃ͨͤ͑ͫͥ̑͟͡2̥̘̖̅͒͘t̡͚̮̥̟̞͖͎͖̎ͥͅwe9t9.
Прихожу в себя от холода. Голова болит… Боже, где я? Почему так шумно? Ах, да.
Я понятия не имею, что это было, но теперь мне действительно страшно. Может быть, виной всему нервное перенапряжение? Чёрт… Я помню все эти символы до единого. Какого хрена….!?
Я встаю и краем взгляда задеваю ЖК-мониор. А там всё так же ползут по экр jfdsngjk4386722hjklnr2͖͇̺̙͖̻̤͂ͧ͒̽̍̐̎͟m̶̶͖͇͎ͣ͊ͦͪ̅̂̏́̆͘x̵ͬͯͧ͂͌̚͟͏͇̙̞̟̞̗͓ͅz̶͔̓ͩ̽ͯ̇͜
«НЕТ!» — слышу я собственный крик, заглушаемый звуком падающего на пол монитора.
«Мне придётся платить за него из зарплаты», — вяло заполняет измученное сознание супер-уместная мыслишка. Ковыляю к крану с водой. Жадно пью. А потом меня тошнит прямо на пол. Смываю рвоту водой из крана. Снова пью. Мерзко.
Надо выключить эту дрянь. Это какой-то код, бьющий по мозгам, что-то типа НЛП, только на уровне символов. Боже, как голова болит!…
Дохожу до угла с рубильником. И застываю на месте.
Щитка нет. Есть только облако тьмы, заполнившее угол. Чёрной, чернильной тьмы, как загустевший дым от горящих покрышек, как мрак в дешёвых фильмах ужасов. Я заворожено смотрю на эту тьму, а она — она начинает расползаться по пространству бункера, как чернила в ведре с водой, клубясь и извиваясь вытекает тьма из системников.
И слышу я глас, и глас тот подобен грому и извечно вещае̢̘̱̠̟͈̬̇ͨ̌̎̀т̹͂͠ ͈̲͚ͪ̿̐ͥ̉̀͜о͕̦̦͓̭ͪ̄̈̀н̢̤̥̖͚̩̦͓́̃ͤ͛͊ͮ̐͜ͅ ̛͙̞͇͍̘͛͑̈́ͦ̉̆̓̍h̩̯͕̗ͯ́͢d̤͓͚͆͌ͥ̆͂͜͝ͅ4͎̺̬̊ͨ̂3̛͇̘̮͈͈̫̀́ͣ2͒͊̉ͮ̀̾ͭ̊̾҉͏̛͉͈̠͕͓̪ͅ3̷͔̟̫̊̍͑ͤͮͬ̓̾̃ ͕̫̭͚̗̩̺̏ͦ͆̕͡и̶̵̢̘̠̙͉̱ͥ̉̍ ̴̇͐͛͒͜҉̬̝͙̼н̇ͤͪ̃͒҉͔̟͉͓̭͕͚̦͕е̛̗̪̬͛͟т̖̺̞̠͙̠͈̍̓̍̐́ ̼̞̺̱̩͙͗̆̎̅ͥ̇ͥ̓ͭ͢f̖̤͚̽̍̉ͯ̇̃͒̀́̚͠j́͗̂̀͑̑͏̵͇͕ḽ̨͔̯̩̥̱̫̙͓ͫ̄͗̍̀2̷̵̠̗̙ͨ̐͒ͧ̀̕n̢͙̺͓̭̱͙͕͂͞ͅ ̨̹͊̅͊͒ͩ̅̈к̸̜͔͖ͧ͗̓̊ͧ́ͧр̡͉̭̱ͪ̍ͨͦ̐о͙̲̗ͮ̊͗̓͐͘м̳͓̫̟̜͉̃ͫͯ̈̔̈́ͫ̄е̶̖̝̦͓̺͛̀̋͌̉͡ ̯̺̝ͣ̃͒̄͐̓͘͢͢н̺̭͍͉̈̈̌͋̐͘е̵̼͉͉͍̤̣̋̔̂͢ͅг̵̱̺̱̣̔ͣ͒̃̾̾о̙͗̀ͥ͘̕ ̴̴̫̬͚̳̩͙͍̇ͥ̃ͩ̊ͮ́ͅи̯͍̳̐̓̾̓̔̈́̆͆͝͝ ͎͖̞͔̘ͭ͌͊ͭͩͦ̓̈͞9̦̦͈͙̻ͯ̓͛ͣ̿͌̈́ͥ͂e̦̲̺͙̙̩͖ͩ̔ẘ̬̖̯͕́̀ḑ̯̘̘̻̬̥̭̇̌̇ͫ͂̏ͧ͡0̴̭̼̳̣ͨ̆̐̌̊̕͟f͗̂̒͐̄҉̵͙̥͚ ̲̹̭̭̪̌͐̋̍̈́ͯ͑̈̇f̘̺̼̠̣̞͚̣̓͑̉͌͛̀ú̘͕̞̻͇ͧ̓̌͋̓͂v̤͕̟͋͂̆̎͛̿ͮw̤̱̱̖̻̫̗͕̅f̵̤̦̳̙͚͎̞̦ͣ̔͊ͫ̒
Господи, как страшно.
Бегу.
Прижавшись спиной к стальной двери бункера, я дрожу, в свете зажигалки я вижу, как клубящаяся тьма ползёт по полу в мою сторону.
Я верил в бога, когда был маленьким. Потом эта вера ушла, как когда-то и вера в Деда Мороза — я просто повзрослел. Я никогда не помнил молитв наизусть. И начал молиться, как умел. Но вместо «Отче наш» из моей глотки начал раздаваться трубный глас, вещающий устами ужаса о.
Внезапно — боль в затылке. Чьи-то сильные руки тащат меня по бетонному полу. Звук закрывающейся на гермозасов стальной двери.
Тишина. Темнота.
Странно всё это, но жуть как интересно — это что, такая дедушкина серверная? Или бабкин суперкластер? Кто его здесь собрал, зачем? Почему именно здесь? Ведь по меркам девяностых это целый вычислительный центр, по меркам первой половины двухтысячных — неплохой дата-центр. Осматриваю, как этот зоопарк устроен. Ну так и есть — три комнаты, три кластера. В каждом компьютеры объединены длинным кабелем, с кучей ответвлений — кажется, такой способ подключения именовался «общая шина»? Так, а эти компы с мониками, видимо, централизующие сервера… И они между собой соединены ещё одним проводом. Забавно, значит работают они сообща.
Заглядываю в системники — первые, вторые пентиумы. Хлам. Но если взять 32 первых пентиума и повесить на них распределённую задачу… Что же они считают? Внезапно меня осеняет мысль — у меня же в соседнем помещении склад. А там — жк-моники, я могу посмотреть, даже не заморачиваясь с ЭЛТ-мониторами. Дважды преодолев завал из коробок на переходе между «сегментами» бункера, притаскиваю старый жк-монитор. Блоки питания в системниках старые, от таких раньше ещё напрямик мониторы запитывались, чтобы розетки не занимать. Подрубаю заранее подобранным кабелем монитор, пихаю VGA-кабель в разъём позади системника… И меня накрывает.
По монитору снизу вверх ползёт лог — даже не лог, а какая-то последовательность символов. Цифры и буквы, не имеющие никакой смысловой нагрузки. Знаков препинания и пробелов нет, но нет и смысла в этом бреде… Нет… Почему бреде? Это… Эти знаки. Они прекрасны. Эти буквы их идеально дополняют! Как, как, чёрт возьми, я мог не знать, не думать об этом? Ведь всё так очевидно. Ноль идёт за единицей и венчает их прекрасная W. А после — две тройки, девятка и aa5q. И ещё qmnqkl34lrq323qjq5l5l4354j52klj̼͙͖̥̖̰͙̆̊t͕̲̣͓͚̔ͣ̃ͨͤ͑ͫͥ̑͟͡2̥̘̖̅͒͘t̡͚̮̥̟̞͖͎͖̎ͥͅwe9t9.
Прихожу в себя от холода. Голова болит… Боже, где я? Почему так шумно? Ах, да.
Я понятия не имею, что это было, но теперь мне действительно страшно. Может быть, виной всему нервное перенапряжение? Чёрт… Я помню все эти символы до единого. Какого хрена….!?
Я встаю и краем взгляда задеваю ЖК-мониор. А там всё так же ползут по экр jfdsngjk4386722hjklnr2͖͇̺̙͖̻̤͂ͧ͒̽̍̐̎͟m̶̶͖͇͎ͣ͊ͦͪ̅̂̏́̆͘x̵ͬͯͧ͂͌̚͟͏͇̙̞̟̞̗͓ͅz̶͔̓ͩ̽ͯ̇͜
«НЕТ!» — слышу я собственный крик, заглушаемый звуком падающего на пол монитора.
«Мне придётся платить за него из зарплаты», — вяло заполняет измученное сознание супер-уместная мыслишка. Ковыляю к крану с водой. Жадно пью. А потом меня тошнит прямо на пол. Смываю рвоту водой из крана. Снова пью. Мерзко.
Надо выключить эту дрянь. Это какой-то код, бьющий по мозгам, что-то типа НЛП, только на уровне символов. Боже, как голова болит!…
Дохожу до угла с рубильником. И застываю на месте.
Щитка нет. Есть только облако тьмы, заполнившее угол. Чёрной, чернильной тьмы, как загустевший дым от горящих покрышек, как мрак в дешёвых фильмах ужасов. Я заворожено смотрю на эту тьму, а она — она начинает расползаться по пространству бункера, как чернила в ведре с водой, клубясь и извиваясь вытекает тьма из системников.
И слышу я глас, и глас тот подобен грому и извечно вещае̢̘̱̠̟͈̬̇ͨ̌̎̀т̹͂͠ ͈̲͚ͪ̿̐ͥ̉̀͜о͕̦̦͓̭ͪ̄̈̀н̢̤̥̖͚̩̦͓́̃ͤ͛͊ͮ̐͜ͅ ̛͙̞͇͍̘͛͑̈́ͦ̉̆̓̍h̩̯͕̗ͯ́͢d̤͓͚͆͌ͥ̆͂͜͝ͅ4͎̺̬̊ͨ̂3̛͇̘̮͈͈̫̀́ͣ2͒͊̉ͮ̀̾ͭ̊̾҉͏̛͉͈̠͕͓̪ͅ3̷͔̟̫̊̍͑ͤͮͬ̓̾̃ ͕̫̭͚̗̩̺̏ͦ͆̕͡и̶̵̢̘̠̙͉̱ͥ̉̍ ̴̇͐͛͒͜҉̬̝͙̼н̇ͤͪ̃͒҉͔̟͉͓̭͕͚̦͕е̛̗̪̬͛͟т̖̺̞̠͙̠͈̍̓̍̐́ ̼̞̺̱̩͙͗̆̎̅ͥ̇ͥ̓ͭ͢f̖̤͚̽̍̉ͯ̇̃͒̀́̚͠j́͗̂̀͑̑͏̵͇͕ḽ̨͔̯̩̥̱̫̙͓ͫ̄͗̍̀2̷̵̠̗̙ͨ̐͒ͧ̀̕n̢͙̺͓̭̱͙͕͂͞ͅ ̨̹͊̅͊͒ͩ̅̈к̸̜͔͖ͧ͗̓̊ͧ́ͧр̡͉̭̱ͪ̍ͨͦ̐о͙̲̗ͮ̊͗̓͐͘м̳͓̫̟̜͉̃ͫͯ̈̔̈́ͫ̄е̶̖̝̦͓̺͛̀̋͌̉͡ ̯̺̝ͣ̃͒̄͐̓͘͢͢н̺̭͍͉̈̈̌͋̐͘е̵̼͉͉͍̤̣̋̔̂͢ͅг̵̱̺̱̣̔ͣ͒̃̾̾о̙͗̀ͥ͘̕ ̴̴̫̬͚̳̩͙͍̇ͥ̃ͩ̊ͮ́ͅи̯͍̳̐̓̾̓̔̈́̆͆͝͝ ͎͖̞͔̘ͭ͌͊ͭͩͦ̓̈͞9̦̦͈͙̻ͯ̓͛ͣ̿͌̈́ͥ͂e̦̲̺͙̙̩͖ͩ̔ẘ̬̖̯͕́̀ḑ̯̘̘̻̬̥̭̇̌̇ͫ͂̏ͧ͡0̴̭̼̳̣ͨ̆̐̌̊̕͟f͗̂̒͐̄҉̵͙̥͚ ̲̹̭̭̪̌͐̋̍̈́ͯ͑̈̇f̘̺̼̠̣̞͚̣̓͑̉͌͛̀ú̘͕̞̻͇ͧ̓̌͋̓͂v̤͕̟͋͂̆̎͛̿ͮw̤̱̱̖̻̫̗͕̅f̵̤̦̳̙͚͎̞̦ͣ̔͊ͫ̒
Господи, как страшно.
Бегу.
Прижавшись спиной к стальной двери бункера, я дрожу, в свете зажигалки я вижу, как клубящаяся тьма ползёт по полу в мою сторону.
Я верил в бога, когда был маленьким. Потом эта вера ушла, как когда-то и вера в Деда Мороза — я просто повзрослел. Я никогда не помнил молитв наизусть. И начал молиться, как умел. Но вместо «Отче наш» из моей глотки начал раздаваться трубный глас, вещающий устами ужаса о.
Внезапно — боль в затылке. Чьи-то сильные руки тащат меня по бетонному полу. Звук закрывающейся на гермозасов стальной двери.
Тишина. Темнота.
Страница 3 из 4
