Пребывающий утренним рейсом поезд не довёз всего одного пассажира, которого удалось-таки выбросить после четырёхчасовой схватки шести откормленным и натренированным контролёршам. Пассажир этот точно рассчитал место приземления, пока трое контролёрш и несколько присоединившихся к ним пассажиров пытались открыть дверь этого несущегося поезда, чтоб высадить безбилетного пассажира, пока у остальных троих контролёрш, десятерых милиционеров и двенадцати морально поддерживающих пассажирш что-то получалось с этим упрямым безбилетником.
41 мин, 7 сек 9033
«Откуда тут взялся этот люк? — размышлял он, прикуривая тринадцатую сигарету, — его ж по-моему и не было никогда!» Может быть, люка и не было никогда, но сейчас он был донельзя реален и мозолил этому парню глаза, и… в нём бесследно исчезла его сегодняшняя (он на Это надеялся) любовь. И даже, когда из гостиной комнаты загрохотал«хэви-металл», Тим не отвёл взгляд от люка. Припёрся с тусовки его ненормальный братишка и врубил свой «Вулкан» (марка муз-центра) на всю катушку. Но Тиму никогда не составляло труда общаться под этот грохот с братом, и на этот раз он очень легко попросил его выйти на балкон.
— Смотри, чтоб, пока я не выйду на улицу, из этого люка никто не вылез, — предупредил брата Тим, объяснив ему прежде по-своему ситуацию. Тот, получив аванс, послушно кивал головой, сам про себя думая, «по-моему, он от десяти пачек» бонда«балдеет круче, чем я от героина: подумать только, чтоб у пацана мяч улетел в люк и он за ним полез!» Поскольку брат Тима был накачан приличной дозой наркотика, то его запросто могла взвеселить до чёртиков или свести с ума даже самая тоскливая и никчёмная ситуация. Но данное старшему брату обещание не сводить глаз с люка, он нарушать не намеревался. И так и простоял, вылупившись на люк своим пустым и безразличным (безразличным к подобным вещам) взглядом, пока Тим не появился на улице.
— Вы с ним разминулись, — тут же заорал брат Тиму. — Пока ты спускался, этот пацан вылез из люка и ушёл за гаражи.
— Я тебе наврал, — ответил ему на это Тим, — то был не пацан, а девчонка. И если б ты был хоть чуть-чуть посообразительнее, — говорил он, залезая в люк, — то давно бы уже выкинул к чертям свою кислоту, перестал бы каждый день слушать это дерьмо, что орёт из твоей комнаты, и завёл бы наконец-то себе девушку, вместо того, чтоб сорок раз в месяц отдаваться венерологу.
— А тебе не мешало бы начать выкуривать хотя бы пять пачек в день, вместо пяти блоков, — постарался отпарировать ему брат.
— А я с сегодняшнего дня бросаю курить, — заметила ему исчезающая во тьме люка голова Тима. «И начинаю заниматься спортом», — еле различимо донеслось до него, но Мэнди Холл решил, что у него начались наркотические галлюцинации и слышится что попало.
«Откуда здесь взялся этот люк?! — размышлял Мэнди, вытащив грохочущий» металлом вулкан«на лоджию, и многие из окон в его доме тут же позакрывались наглухо, несмотря на июльский солнцепёк. Просто ему интересно было, донесутся ли из люка стоны ломающейся» целки«. Но пока из люка доносился только запах; это был не канализационный смрад, а… какая-то смесь из дохлых собак, кошек, некоего ядовитого дымка тлеющей мусорки и запаха разлагающегося человеческого тела. — Ну и ВОНЬ! Кому расскажи, так не поверят: посреди самодельного теннисного корта — канализационный люк… да ещё и открытый; с такой ВОНЬЮ!»…
Мэнди ещё полчаса простоял на лоджии и пробалдел под «металл», но… ему почему-то захотелось подойти к люку; не для того, чтоб его старший брат по-братски поделился с ним своей добычей, а совсем по другой причине… Может быть, что-то в этой отвратительной и разъедающей нос смеси показалось ему знакомым; может, он почувствовал, что где-то глубоко под землёй скрывается некая заброшенная подпольная «фармацевтическая фабрика» и ему теперь запросто можно стать каким-нибудь Наркотическим Королём? И Мэнди Холл, даже не выключив свой, изрыгающий«хэви-металл», «вулкан», сломя голову рванул на улицу, даже не заперев за собой входную дверь.
«Хоть из этого люка и воняет дай бог как, — размышлял пятнадцатилетний Мэнди, спускаясь по крепким стальным скобам в бесконечную тьму люка, — но… Что-то там всё-таки есть! — уверял он себя. — Много чего… Нет, много КОГО там есть! Может даже быть, что там открывает начало какой-то новый Мир»…
Именно в это время музыкальный центр Мэнди замолк, словно «зажевал» плёнку.
Если Тим и полагал, что, кроме него, эту исчезающую в жерле канализационного люка девушку мог увидеть кто-нибудь ещё, то он глубоко ошибался; не девушку, не его, не Мэнди в этот день никто не видел, словно их вообще не существовало; словно они вместе с этим мифическим люком появились и вместе с люком исчезли.
Даже Шейла Ричардсон (последняя, кому довелось общаться с Тимом Холлом) ни за что не станет давать никаких показаний, если дело дойдёт до полиции, как бы на неё ни давили.
— Смотри, чтоб, пока я не выйду на улицу, из этого люка никто не вылез, — предупредил брата Тим, объяснив ему прежде по-своему ситуацию. Тот, получив аванс, послушно кивал головой, сам про себя думая, «по-моему, он от десяти пачек» бонда«балдеет круче, чем я от героина: подумать только, чтоб у пацана мяч улетел в люк и он за ним полез!» Поскольку брат Тима был накачан приличной дозой наркотика, то его запросто могла взвеселить до чёртиков или свести с ума даже самая тоскливая и никчёмная ситуация. Но данное старшему брату обещание не сводить глаз с люка, он нарушать не намеревался. И так и простоял, вылупившись на люк своим пустым и безразличным (безразличным к подобным вещам) взглядом, пока Тим не появился на улице.
— Вы с ним разминулись, — тут же заорал брат Тиму. — Пока ты спускался, этот пацан вылез из люка и ушёл за гаражи.
— Я тебе наврал, — ответил ему на это Тим, — то был не пацан, а девчонка. И если б ты был хоть чуть-чуть посообразительнее, — говорил он, залезая в люк, — то давно бы уже выкинул к чертям свою кислоту, перестал бы каждый день слушать это дерьмо, что орёт из твоей комнаты, и завёл бы наконец-то себе девушку, вместо того, чтоб сорок раз в месяц отдаваться венерологу.
— А тебе не мешало бы начать выкуривать хотя бы пять пачек в день, вместо пяти блоков, — постарался отпарировать ему брат.
— А я с сегодняшнего дня бросаю курить, — заметила ему исчезающая во тьме люка голова Тима. «И начинаю заниматься спортом», — еле различимо донеслось до него, но Мэнди Холл решил, что у него начались наркотические галлюцинации и слышится что попало.
«Откуда здесь взялся этот люк?! — размышлял Мэнди, вытащив грохочущий» металлом вулкан«на лоджию, и многие из окон в его доме тут же позакрывались наглухо, несмотря на июльский солнцепёк. Просто ему интересно было, донесутся ли из люка стоны ломающейся» целки«. Но пока из люка доносился только запах; это был не канализационный смрад, а… какая-то смесь из дохлых собак, кошек, некоего ядовитого дымка тлеющей мусорки и запаха разлагающегося человеческого тела. — Ну и ВОНЬ! Кому расскажи, так не поверят: посреди самодельного теннисного корта — канализационный люк… да ещё и открытый; с такой ВОНЬЮ!»…
Мэнди ещё полчаса простоял на лоджии и пробалдел под «металл», но… ему почему-то захотелось подойти к люку; не для того, чтоб его старший брат по-братски поделился с ним своей добычей, а совсем по другой причине… Может быть, что-то в этой отвратительной и разъедающей нос смеси показалось ему знакомым; может, он почувствовал, что где-то глубоко под землёй скрывается некая заброшенная подпольная «фармацевтическая фабрика» и ему теперь запросто можно стать каким-нибудь Наркотическим Королём? И Мэнди Холл, даже не выключив свой, изрыгающий«хэви-металл», «вулкан», сломя голову рванул на улицу, даже не заперев за собой входную дверь.
«Хоть из этого люка и воняет дай бог как, — размышлял пятнадцатилетний Мэнди, спускаясь по крепким стальным скобам в бесконечную тьму люка, — но… Что-то там всё-таки есть! — уверял он себя. — Много чего… Нет, много КОГО там есть! Может даже быть, что там открывает начало какой-то новый Мир»…
Именно в это время музыкальный центр Мэнди замолк, словно «зажевал» плёнку.
Если Тим и полагал, что, кроме него, эту исчезающую в жерле канализационного люка девушку мог увидеть кто-нибудь ещё, то он глубоко ошибался; не девушку, не его, не Мэнди в этот день никто не видел, словно их вообще не существовало; словно они вместе с этим мифическим люком появились и вместе с люком исчезли.
Даже Шейла Ричардсон (последняя, кому довелось общаться с Тимом Холлом) ни за что не станет давать никаких показаний, если дело дойдёт до полиции, как бы на неё ни давили.
Страница 4 из 12
