Но разве можно рассчитывать на протекцию, если ты — круглый сирота, и тебя воспитывает дядя, который считает, что всего в жизни нужно добиваться самому…
23 мин, 3 сек 2147
Мертвецы замерли на месте. Один из них протянул свою иссохшую руку к горбуну. «Покажи»… раздался кошмарный хрип. Андрей Иванович протянул мертвецу приказ. Тот внимательно его изучил. «Его подпись… И печать — на месте»… — прохрипел передовик.
«Мы уволены!» — жутко завыли остальные. И внезапно, как будто дуновение ветерка пронеслось по склепу. И я увидел, как рассыпаются в прах двенадцать мертвых передовиков. Несколько мгновений — и лишь двенадцать кучек костей и пыли лежало на полу.«Но где, где вы взяли этот приказ?» — удивленно спросил я горбуна.
«Никакого приказа не было… Просто мне удалось достать бланк с подписью и печатью. А приказ я напечатал сам»… — смущенно ответил Андрей Иванович.
«И это подействовало?!» — воскликнул я.
«Как видите… Я до последнего момента не был уверен… Но, видимо, сыграло свою роль то, что печать и подпись были подлинными. Но не будем терять времени. Нужно взять ключ и уходить отсюда» — и горбун решительно направился вперед. Вскоре мы заметили вбитый в стену ржавый гвоздь, с висевшем на полуистлевшей веревке желтоватым латунным ключом.
«Да, это он!» — торжествующе воскликнул Андрей Иванович. Он взял ключ и протянул его мне.«Теперь вы сможете отсюда выбраться» — с улыбкой произнес горбун.«А вы, неужели вы не пойдете с нами?» — спросил я Андрея Ивановича.«Я? Нет, я слишком стар и слишком привык к этому месту. Я не смогу жить без этого завода. Идите без меня и будьте счастливы». И я увидел, как по щеке горбуна течет слеза.
Мы вышли из склепа. Теперь нужно было как можно быстрее добраться до Последней Двери. Мы прошли через токарный цех и направились в литейку, из которой можно было попасть в подвал. Андрей Иванович шел немного позади. Он решил проводить нас до самого выхода. Внезапно я услышал злобные крики: «Вот они, держи их!» — и тут же несколько пар сильных грубых рук хватают меня. О, ужас! Неужели Ветчинин выследил нас и на этот раз? И, как подтверждение моих страшных догадок, я вижу прямо перед собой зловещую фигуру начальника цеха.
«Тунеядец! Прогульщик! Бездельник!» — орет он, тыча мне в грудь тростью.
«Ты надоел мне! Сейчас я посмотрю, как ты будешь плавать в расплавленном металле. Бросить его в ковш, а с дамочкой можете немного позабавиться!».
И вот мы с Дашей стоим на самом краю ковша, возле пышущей жаром бездны.
«Жаль, что ты не уведешь, как мои ребята забавляются с твоей бабой» — кричит мне Ветчинин и заходится безумным хохотом. И в этот момент я вижу Андрея Ивановича. Он появляется откуда-то сбоку, лицо его светится мрачной решимостью.
«Сегодня умрешь ты, кровавая тварь!» — горбун змеей проскользнул между охранников и зубами вцепился в горло Ветчинину.
Начальник цеха взвыл от боли и вонзил острую заточку в грудь Андрея Ивановича, но было поздно.
Горбун железной хваткой обхватил Ветчинина и они вместе рухнули в бурлящий расплавленный металл.
Воспользовавшись минутным замешательством, я оттолкнул одного из громил и бросился бежать, увлекая за собой Дашу. К счастью, наши тюремщики не сразу опомнились — и лиши спустя некоторое время я услышал сзади топанье десятка ног. Я легко бы убежал от них, но Даша совсем выбилась из сил и мне пришлось взять ее на руки. Наши преследователи были уже совсем близко, я уже слышал их злорадные крики. Кажется, я даже ощущал их зловонное дыхание. Но в этот момент мы достигли спасительного пролома и я бросился вниз по лестнице, осторожно держа на руках Дашу. Но преследователи не отставали. Я понимал, что еще несколько мгновений — и они схватят нас. В этот миг мы оказались в коридоре замурованных рабочих. И вновь до моего слуха донесся зловещий звон цепей. Но на этот раз я был рад этому звуку. Я остановился и обернулся назад. Охранники были всего в нескольких метров от меня. Они тоже остановились в некоторой нерешительности. И тогда я поднял вверх руки и закричал:
«О вы, замурованные заживо, сожженные в печах, погибшие в муках… Вот перед вами ваши мучители, ваши убийцы. Покиньте же свои кошмарные могилы, чтобы отомстить и обрести покой». И когда я произнес эти слова, зловещий леденящий душу гул прокатился по коридору. Охранники стояли на месте, опасливо озираясь по сторонам. И вдруг стены и пол затряслись и я увидел десятки мертвенно-бледных рук, тянущихся к нашим преследователям. Я отвернулся, подхватил Дашу и бросился бежать, стараясь не слышать доносившиеся сзади душераздирающие крики.
Где-то здесь должна быть Последняя дверь. Но я ничего не вижу. Кажется, это — просто тупик. Господи, неужели это — ловушка, из которой мы уже никогда не сумеем выбраться и все наши усилия и гибель Андрея Ивановича были напрасны…
И в этот момент я услышал леденящий, зловещий окрик:
«Куда собрались? Вы еще не выполнили производственную норму!»
Мы в ужасе обернулись и увидели светящегося голубоватым светом призрака с пузатым портфелем под мышкой. «Директор!» — промелькнула у меня в голове страшная догадка.
Мы хотели бежать, но бежать было некуда. Мы оказались в тупике, в ловушке, в западне.
«Мы уволены!» — жутко завыли остальные. И внезапно, как будто дуновение ветерка пронеслось по склепу. И я увидел, как рассыпаются в прах двенадцать мертвых передовиков. Несколько мгновений — и лишь двенадцать кучек костей и пыли лежало на полу.«Но где, где вы взяли этот приказ?» — удивленно спросил я горбуна.
«Никакого приказа не было… Просто мне удалось достать бланк с подписью и печатью. А приказ я напечатал сам»… — смущенно ответил Андрей Иванович.
«И это подействовало?!» — воскликнул я.
«Как видите… Я до последнего момента не был уверен… Но, видимо, сыграло свою роль то, что печать и подпись были подлинными. Но не будем терять времени. Нужно взять ключ и уходить отсюда» — и горбун решительно направился вперед. Вскоре мы заметили вбитый в стену ржавый гвоздь, с висевшем на полуистлевшей веревке желтоватым латунным ключом.
«Да, это он!» — торжествующе воскликнул Андрей Иванович. Он взял ключ и протянул его мне.«Теперь вы сможете отсюда выбраться» — с улыбкой произнес горбун.«А вы, неужели вы не пойдете с нами?» — спросил я Андрея Ивановича.«Я? Нет, я слишком стар и слишком привык к этому месту. Я не смогу жить без этого завода. Идите без меня и будьте счастливы». И я увидел, как по щеке горбуна течет слеза.
Мы вышли из склепа. Теперь нужно было как можно быстрее добраться до Последней Двери. Мы прошли через токарный цех и направились в литейку, из которой можно было попасть в подвал. Андрей Иванович шел немного позади. Он решил проводить нас до самого выхода. Внезапно я услышал злобные крики: «Вот они, держи их!» — и тут же несколько пар сильных грубых рук хватают меня. О, ужас! Неужели Ветчинин выследил нас и на этот раз? И, как подтверждение моих страшных догадок, я вижу прямо перед собой зловещую фигуру начальника цеха.
«Тунеядец! Прогульщик! Бездельник!» — орет он, тыча мне в грудь тростью.
«Ты надоел мне! Сейчас я посмотрю, как ты будешь плавать в расплавленном металле. Бросить его в ковш, а с дамочкой можете немного позабавиться!».
И вот мы с Дашей стоим на самом краю ковша, возле пышущей жаром бездны.
«Жаль, что ты не уведешь, как мои ребята забавляются с твоей бабой» — кричит мне Ветчинин и заходится безумным хохотом. И в этот момент я вижу Андрея Ивановича. Он появляется откуда-то сбоку, лицо его светится мрачной решимостью.
«Сегодня умрешь ты, кровавая тварь!» — горбун змеей проскользнул между охранников и зубами вцепился в горло Ветчинину.
Начальник цеха взвыл от боли и вонзил острую заточку в грудь Андрея Ивановича, но было поздно.
Горбун железной хваткой обхватил Ветчинина и они вместе рухнули в бурлящий расплавленный металл.
Воспользовавшись минутным замешательством, я оттолкнул одного из громил и бросился бежать, увлекая за собой Дашу. К счастью, наши тюремщики не сразу опомнились — и лиши спустя некоторое время я услышал сзади топанье десятка ног. Я легко бы убежал от них, но Даша совсем выбилась из сил и мне пришлось взять ее на руки. Наши преследователи были уже совсем близко, я уже слышал их злорадные крики. Кажется, я даже ощущал их зловонное дыхание. Но в этот момент мы достигли спасительного пролома и я бросился вниз по лестнице, осторожно держа на руках Дашу. Но преследователи не отставали. Я понимал, что еще несколько мгновений — и они схватят нас. В этот миг мы оказались в коридоре замурованных рабочих. И вновь до моего слуха донесся зловещий звон цепей. Но на этот раз я был рад этому звуку. Я остановился и обернулся назад. Охранники были всего в нескольких метров от меня. Они тоже остановились в некоторой нерешительности. И тогда я поднял вверх руки и закричал:
«О вы, замурованные заживо, сожженные в печах, погибшие в муках… Вот перед вами ваши мучители, ваши убийцы. Покиньте же свои кошмарные могилы, чтобы отомстить и обрести покой». И когда я произнес эти слова, зловещий леденящий душу гул прокатился по коридору. Охранники стояли на месте, опасливо озираясь по сторонам. И вдруг стены и пол затряслись и я увидел десятки мертвенно-бледных рук, тянущихся к нашим преследователям. Я отвернулся, подхватил Дашу и бросился бежать, стараясь не слышать доносившиеся сзади душераздирающие крики.
Где-то здесь должна быть Последняя дверь. Но я ничего не вижу. Кажется, это — просто тупик. Господи, неужели это — ловушка, из которой мы уже никогда не сумеем выбраться и все наши усилия и гибель Андрея Ивановича были напрасны…
И в этот момент я услышал леденящий, зловещий окрик:
«Куда собрались? Вы еще не выполнили производственную норму!»
Мы в ужасе обернулись и увидели светящегося голубоватым светом призрака с пузатым портфелем под мышкой. «Директор!» — промелькнула у меня в голове страшная догадка.
Мы хотели бежать, но бежать было некуда. Мы оказались в тупике, в ловушке, в западне.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 6 из 7
