Фандом: Ориджиналы. Молодая девушка, мечтающая о большой любви и идеальном мире ее мечты, борется за свое место в мире и делает судьбоносный выбор.
86 мин, 36 сек 13211
— По их желанию, — тихо ответила Элиза. — Я смогу с ними говорить?
— Они будут получать ответы на свои вопросы, — ответил Алекс. — Читай договор.
От изучения договора Элизу отвлек громкий стук извне.
В реальности что-то шумело, и она завертела головой в очках, стараясь сообразить, кто же его издает.
— Что-то случилось? — поинтересовался Алекс.
— Кажется, кто-то пришел, — ответила Элиза. — Подожди меня. Я сейчас.
В дверь колотили так, словно от того, откроет ли Элиза, зависела чья-то жизнь. Элиза, прихрамывая, прошла к дверям, и едва она повернула блестящий винт замка, как в ее квартиру ввалилась, ворвалась как вихрь Венера.
— Где они? — кричала она, оглядываясь по сторонам. — Где очки? Где Сеть? Мне рассказали о твоем объявлении в Сети! Ты что, совсем с ума сошла?
Она заметила киберочки, оставленные Элизой на столе, и рванула к ним, но Элиза заступила сестре дорогу. Ее тонкие бледные пальцы вцепились в одежду Венеры так, что побелели костяшки, она в исступлении навалилась на Венеру всем своим тоненьким телом, не подпуская ее к Сети.
— Не тронь, — яростно прорычала Элиза, пыхтя, отпихивая сестру прочь, выталкивая ее из комнаты обратно в полутемную прихожую с непонятно откуда взявшейся силой. — Ты сама мне их отдала!
От толчка Венера упала на пол, больно ударившись, как падала сотни раз на лед, и Элиза грозно нависла над ней, стискивая кулачки.
— Не смей! — рычала она, яростно сверкая глазами. — Я всего лишь хочу поступить так, как этого хочется мне, ясно?! Не как надо и не как нравится всем вам, а как нравится мне! И я сделаю это! А если ты мне помешаешь, я спущу тебя с лестницы, я возненавижу тебя, я!
Испуганные глаза Венеры быстро наполнились слезами, и Элиза каким-то обострившимся, почти звериным чутьем поняла, чего боится Венера.
— Я скажу отцу, — мстительно произнесла Элиза, усмехаясь и торжествуя победу, — что это ты мне дала Сеть! Это из-за тебя! Все из-за тебя! И он тебе! Он со свету тебя тогда сживет! Только посмей меня тронуть!
Венера, рыдая, поднялась с пола. Молча утирая мокрое лицо, она быстро прошла к распахнутым дверям, вышла и аккуратно закрыла их за собой.
Элиза, запыхавшаяся, распаленная, осталась в тишине одна — на отвоеванном поле боя.
Ничуть не изменившись в лице, все так же решительно и отчаянно Элиза прошла обратно в комнату и, взяв со стола киберочки, надела их.
Алекс ждал ее на том же месте, где они закончили обсуждать контракт, и Элиза, нервно сглотнув ком, вставший вдруг в горле, сухо произнесла:
— Продолжим, пожалуй.
Только не думать. Ни о ком и ни о чем не думать.
— Какие-то проблемы? Что-то не так?
Интересно, осмелится ли Венера признаться отцу в том, что дала сестре Сеть? Осмелится ли сказать ему, что есть доля и ее вины в том, что Элиза вдруг взбунтовалась и вздумала уйти в виртуал? Осмелится ли сказать, что из-за ее подарка семья Элизу… потеряет?
Осмелится ли?
— Нам надо спешить, — нервно ответила Элиза. — Приходила Венера, хотела забрать у меня Сеть. Она может рассказать отцу о моем решении, и тогда…
— Что тогда?
— Он не пустит меня. Физически. Он может это устроить.
Алекс помолчал. Опустив глаза, он словно рассматривал свои кроссовки, и на его лице не отражалось никаких эмоций.
Никаких.
— Значит, ты решила очень твердо, — задумчиво произнес он. — Хорошо. Собери вещи, которые пригодятся тебе на первое время, и приезжай к центральному офису. Тебя там встретят, предоставят временную палату и будут готовить… Там и перекантуешься. Пополнения счета довольно хорошие, стабильные, думаю, дней двух нам будет достаточно. Эти два дня будешь изучать контракт и общаться с юристами.
Но если твой отец успеет до начала операции… Мы не имеем никакого права его задерживать, и с ним разбираться ты будешь сама.
— Хорошо, — ответила Элиза коротко.
… Интересно, осмелится Венера рассказать или нет?
Часы ожидания тянулись медленно и тревожно, постепенно пополняющийся счет вспыхивал новыми цифрами, сумма увеличивалась. Эти цифры словно отмеряли отпущенное Элизе время — время в реале.
Обследование заняло совсем немного времени, и было совершенно понятно, что операции — быть.
Приветливые доктора — все женщины, как и прописано в контракте, — переодели Элизу в специальное белье, обтягивающее тело. Оно было невесомо и незаметно на коже. Немного позже ей обрили голову и надели шапочку — чтобы она не видела себя такой.
Цифры менялись, сумма на счету росла, время капало — так же часто, как слезы матери и Венеры.
Венера была смелой девочкой. Она призналась; она не смогла бы умолчать о таком, и обе женщины — мать и дочь, — рыдая, безуспешно пытались дозвониться до отца.
Он мог помешать Элизе совершить задуманное. Он мог нажать на все рычаги и отыскать ее, он мог силой уволочь ее домой, но… Его рядом не было.
Элиза знала, что он улетел на другой конец Земли на какие-то важные и очень напряженные переговоры. Она словно ощущала кожей эти далекие звонки, вибрацию его телефона, к которому он не подходит, и отсчитывала минуты и часы вместе с пополнением счета.
— Они будут получать ответы на свои вопросы, — ответил Алекс. — Читай договор.
От изучения договора Элизу отвлек громкий стук извне.
В реальности что-то шумело, и она завертела головой в очках, стараясь сообразить, кто же его издает.
— Что-то случилось? — поинтересовался Алекс.
— Кажется, кто-то пришел, — ответила Элиза. — Подожди меня. Я сейчас.
В дверь колотили так, словно от того, откроет ли Элиза, зависела чья-то жизнь. Элиза, прихрамывая, прошла к дверям, и едва она повернула блестящий винт замка, как в ее квартиру ввалилась, ворвалась как вихрь Венера.
— Где они? — кричала она, оглядываясь по сторонам. — Где очки? Где Сеть? Мне рассказали о твоем объявлении в Сети! Ты что, совсем с ума сошла?
Она заметила киберочки, оставленные Элизой на столе, и рванула к ним, но Элиза заступила сестре дорогу. Ее тонкие бледные пальцы вцепились в одежду Венеры так, что побелели костяшки, она в исступлении навалилась на Венеру всем своим тоненьким телом, не подпуская ее к Сети.
— Не тронь, — яростно прорычала Элиза, пыхтя, отпихивая сестру прочь, выталкивая ее из комнаты обратно в полутемную прихожую с непонятно откуда взявшейся силой. — Ты сама мне их отдала!
От толчка Венера упала на пол, больно ударившись, как падала сотни раз на лед, и Элиза грозно нависла над ней, стискивая кулачки.
— Не смей! — рычала она, яростно сверкая глазами. — Я всего лишь хочу поступить так, как этого хочется мне, ясно?! Не как надо и не как нравится всем вам, а как нравится мне! И я сделаю это! А если ты мне помешаешь, я спущу тебя с лестницы, я возненавижу тебя, я!
Испуганные глаза Венеры быстро наполнились слезами, и Элиза каким-то обострившимся, почти звериным чутьем поняла, чего боится Венера.
— Я скажу отцу, — мстительно произнесла Элиза, усмехаясь и торжествуя победу, — что это ты мне дала Сеть! Это из-за тебя! Все из-за тебя! И он тебе! Он со свету тебя тогда сживет! Только посмей меня тронуть!
Венера, рыдая, поднялась с пола. Молча утирая мокрое лицо, она быстро прошла к распахнутым дверям, вышла и аккуратно закрыла их за собой.
Элиза, запыхавшаяся, распаленная, осталась в тишине одна — на отвоеванном поле боя.
Ничуть не изменившись в лице, все так же решительно и отчаянно Элиза прошла обратно в комнату и, взяв со стола киберочки, надела их.
Алекс ждал ее на том же месте, где они закончили обсуждать контракт, и Элиза, нервно сглотнув ком, вставший вдруг в горле, сухо произнесла:
— Продолжим, пожалуй.
Только не думать. Ни о ком и ни о чем не думать.
— Какие-то проблемы? Что-то не так?
Интересно, осмелится ли Венера признаться отцу в том, что дала сестре Сеть? Осмелится ли сказать ему, что есть доля и ее вины в том, что Элиза вдруг взбунтовалась и вздумала уйти в виртуал? Осмелится ли сказать, что из-за ее подарка семья Элизу… потеряет?
Осмелится ли?
— Нам надо спешить, — нервно ответила Элиза. — Приходила Венера, хотела забрать у меня Сеть. Она может рассказать отцу о моем решении, и тогда…
— Что тогда?
— Он не пустит меня. Физически. Он может это устроить.
Алекс помолчал. Опустив глаза, он словно рассматривал свои кроссовки, и на его лице не отражалось никаких эмоций.
Никаких.
— Значит, ты решила очень твердо, — задумчиво произнес он. — Хорошо. Собери вещи, которые пригодятся тебе на первое время, и приезжай к центральному офису. Тебя там встретят, предоставят временную палату и будут готовить… Там и перекантуешься. Пополнения счета довольно хорошие, стабильные, думаю, дней двух нам будет достаточно. Эти два дня будешь изучать контракт и общаться с юристами.
Но если твой отец успеет до начала операции… Мы не имеем никакого права его задерживать, и с ним разбираться ты будешь сама.
— Хорошо, — ответила Элиза коротко.
… Интересно, осмелится Венера рассказать или нет?
Часы ожидания тянулись медленно и тревожно, постепенно пополняющийся счет вспыхивал новыми цифрами, сумма увеличивалась. Эти цифры словно отмеряли отпущенное Элизе время — время в реале.
Обследование заняло совсем немного времени, и было совершенно понятно, что операции — быть.
Приветливые доктора — все женщины, как и прописано в контракте, — переодели Элизу в специальное белье, обтягивающее тело. Оно было невесомо и незаметно на коже. Немного позже ей обрили голову и надели шапочку — чтобы она не видела себя такой.
Цифры менялись, сумма на счету росла, время капало — так же часто, как слезы матери и Венеры.
Венера была смелой девочкой. Она призналась; она не смогла бы умолчать о таком, и обе женщины — мать и дочь, — рыдая, безуспешно пытались дозвониться до отца.
Он мог помешать Элизе совершить задуманное. Он мог нажать на все рычаги и отыскать ее, он мог силой уволочь ее домой, но… Его рядом не было.
Элиза знала, что он улетел на другой конец Земли на какие-то важные и очень напряженные переговоры. Она словно ощущала кожей эти далекие звонки, вибрацию его телефона, к которому он не подходит, и отсчитывала минуты и часы вместе с пополнением счета.
Страница 19 из 25
