Жил-был старик со старушкой. У них было три сына: большой был Миколенька, а второй сынок Петинька, а третий — Иванушка-дурачок. Занимались они хлебопашеством; посеяли в поле пашенички десятинку, при большой дороге…
15 мин, 35 сек 327
Пристигла их на дороге темная ночь. Вот им нужно ночевать; говорят между собой: «Надо бы, братцы, нам огонька поискать!» Смотрят на все четыре стороны — от дороги в стороне огонек виднеется. Ванюшка и говорит:«Поезжай, Миколай, за огнем! Хоть кашицу сварим». Тот сел и поехал. Ездил, ездил — назад приехал, огня не нашел. Второй брат поехал, и этот не нашел. Ванюшка сел на конька и поехал сам за огнем. Подъезжает к огоньку, а тут не огонь горит, а жар-птицы перо лежит. Ванюшка слез с маленького коня, берет перо и кладет в пазуху. Конек-горбунок говорит Ване: «Не бери это перо: от этого пера велика будет беда!» «Ванюшке перо больно показалось — он взял его и поехал; на то место приехал, да хвать — место знать! Братья опять уехали, крадучи. Он сел и полетел за ними в погонь. Догнал их в Китай-городе. Они видят — дело плохо, думают себе:«Это ведь город — он, дурак, нас свяжет и в кутузку посадит». Вывели коней на базар; человек за человека, Ванюшку бросали, а сами убежали. Ванюшка маненького коня отвел на квартиру, а этих вывел на базар продавать.
Подходят к нему покупатели, спрашивают его: «Что, молодец, кони твои?» — «Мои». — «Ты что за них просишь?» — «Семь коробов обнов». Они думают, думают: каких обнов? Если хороших, так ведь много надо. Никто не мог этих коней оценить и никто не мог купить. Пошли, доложили Китайскому царю, что вот у нас, на конной площади, вывел молодец пару коней, не может что за них взять, а мы не можем чего дать. Царь велел кучеру лошадушку заложить; кучер заложил, батюшка-царь оболокся, на конную площадь понесся. Ванюшка стоит с конями, отпрукивает и кнутиком похлопывает. Подъезжает к нему царь: «Что, молодец, кони твои?» — «Мои, сударь». — «Что за них просишь?» У него была худенька шлычонка; он в деньгах счету не знал, одно сказал, поставил, знашь, на землю, в ямочку, худеньку свою шлычонку:«А вот, царское величество, насыпьте мне ее полну золота». Царь приказал насыпать; Ванюшка денежки брал, коней царю отдавал.
Ванюшка в письмо денежки положил, на свою сторону к батюшке услал. Вот царь приводит коней, отдает конюхам. Они и конюхов не принимают: кусают, и лягают, и близко к себе не подпускают.
Ну, это скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается — прошло день и два. Кони воды не пивали и корму не едали. Докладывают царю конюхи его: «Ваше царское величество, кони корму не едают и нас к себе не подпускают». Царь и говорит им: «Как же с этим делом быть? Надо старого хозяина искать и спросить, чем нам их кормить».
Пошли, старого хозяина в кабачке нашли: винцо попивает — и каблучок на бочок. Взяли его, за руки подхватили, во дворец к царю потащили. Вышел царь к нему на лицо, спрашивает: «А чем же нам, Ванюшка, будет ваших коней кормить? Они нас не знают и близко пас не подпускают». Ванюшка встал и в конюшенку пошел. Взошел — они громким голосом заржали, потому что Ванюшку увидали. Ванюшка погладил их, и попоил, и корму дал. Они так корм едят, а ни на кого вовсе не глядят. Ванюшка около них ходит тихохочко, и гладит, и чистит их, и так они скорым временем переменились.
Вот царь призывает своих старинных конюхов: «Что же вы, братцы, не умеете так Ванюшкиных коней кормить, не умеете за ними ходить?» Вот царь Ванюшку призвал и все ему рассказал:«Будешь ты, Ванюшка, у меня за всеми конями ходить и за старыми конюхами глядеть».
Как приходит темная ночь, все конюхи зажигают сальные свечи, в конюшенки идут новы. Ванюшка огня не берет, свету не имеет; взойдет в конюшенку, вынет из карману жар-птицы перо — вся конюшенка в огне горит. Коней напоит, накормит, выгладит и почистит. Поутру на широкое подворье выводит, только его они стеклянеются, а у старых конюхов все кони в грязи заваляются.
Вот выходит батюшка-царь коней посмотреть; Ванюшку благодарит, а старых конюхов по шее колотит: они не стараются. И так старые конюхи на Ваню больно серчали и думают себе: «Огня не берет, свету не имеет. Как он ночью за конями ходит?» В ночное время Ванюшка в конюшенку ночевать забрался, воткнул перышко в стенку — как все равно огонь горит; а старые конюха в дырочку глядят.
Подходят к нему покупатели, спрашивают его: «Что, молодец, кони твои?» — «Мои». — «Ты что за них просишь?» — «Семь коробов обнов». Они думают, думают: каких обнов? Если хороших, так ведь много надо. Никто не мог этих коней оценить и никто не мог купить. Пошли, доложили Китайскому царю, что вот у нас, на конной площади, вывел молодец пару коней, не может что за них взять, а мы не можем чего дать. Царь велел кучеру лошадушку заложить; кучер заложил, батюшка-царь оболокся, на конную площадь понесся. Ванюшка стоит с конями, отпрукивает и кнутиком похлопывает. Подъезжает к нему царь: «Что, молодец, кони твои?» — «Мои, сударь». — «Что за них просишь?» У него была худенька шлычонка; он в деньгах счету не знал, одно сказал, поставил, знашь, на землю, в ямочку, худеньку свою шлычонку:«А вот, царское величество, насыпьте мне ее полну золота». Царь приказал насыпать; Ванюшка денежки брал, коней царю отдавал.
Ванюшка в письмо денежки положил, на свою сторону к батюшке услал. Вот царь приводит коней, отдает конюхам. Они и конюхов не принимают: кусают, и лягают, и близко к себе не подпускают.
Ну, это скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается — прошло день и два. Кони воды не пивали и корму не едали. Докладывают царю конюхи его: «Ваше царское величество, кони корму не едают и нас к себе не подпускают». Царь и говорит им: «Как же с этим делом быть? Надо старого хозяина искать и спросить, чем нам их кормить».
Пошли, старого хозяина в кабачке нашли: винцо попивает — и каблучок на бочок. Взяли его, за руки подхватили, во дворец к царю потащили. Вышел царь к нему на лицо, спрашивает: «А чем же нам, Ванюшка, будет ваших коней кормить? Они нас не знают и близко пас не подпускают». Ванюшка встал и в конюшенку пошел. Взошел — они громким голосом заржали, потому что Ванюшку увидали. Ванюшка погладил их, и попоил, и корму дал. Они так корм едят, а ни на кого вовсе не глядят. Ванюшка около них ходит тихохочко, и гладит, и чистит их, и так они скорым временем переменились.
Вот царь призывает своих старинных конюхов: «Что же вы, братцы, не умеете так Ванюшкиных коней кормить, не умеете за ними ходить?» Вот царь Ванюшку призвал и все ему рассказал:«Будешь ты, Ванюшка, у меня за всеми конями ходить и за старыми конюхами глядеть».
Как приходит темная ночь, все конюхи зажигают сальные свечи, в конюшенки идут новы. Ванюшка огня не берет, свету не имеет; взойдет в конюшенку, вынет из карману жар-птицы перо — вся конюшенка в огне горит. Коней напоит, накормит, выгладит и почистит. Поутру на широкое подворье выводит, только его они стеклянеются, а у старых конюхов все кони в грязи заваляются.
Вот выходит батюшка-царь коней посмотреть; Ванюшку благодарит, а старых конюхов по шее колотит: они не стараются. И так старые конюхи на Ваню больно серчали и думают себе: «Огня не берет, свету не имеет. Как он ночью за конями ходит?» В ночное время Ванюшка в конюшенку ночевать забрался, воткнул перышко в стенку — как все равно огонь горит; а старые конюха в дырочку глядят.
Страница 2 из 5
