Контракты души

— Разумеется, не о чем, — если только его допрашивает не Аластор Хмури.

— Кому и знать об этом, как не вам — ведь вы всегда страдали без вины, лишь потому, что злые люди вас оклеветали, — саркастически заметил Гарри. — Кстати, можете быть спокойны за вашу жену. Аластор Хмури, полагаю, найдет другого кандидата для допроса.

— Вы, случайно, стишки не пописываете втихомолку? — ядовито осведомился Малфой, выслушав тираду Гарри.

Не в бровь, а в глаз.

— А почему вы все еще здесь? — ласково спросил Гарри. — Пока что вы можете быть свободны. В пределах дома, разумеется. Мне нужно осмотреть место преступления.

— Возможно, место происшествия? — внес поправку Снейп.

— Место возможно произошедшего преступления, — не пошел на попятный Гарри.

— Пойдемте, Северус, — Люциус, поднявшись на одну ступеньку, поглядел на Гарри сверху вниз, — воспользуемся свободой, предоставленной нам мистером Поттером. Тем более, что, как мне кажется, в ближайшем времени мистер Поттер намеревается нас ее лишить.

— Не нужно говорить о себе во множественном числе, мистер Малфой, вы вроде не королевских кровей, — бросил ему вслед Гарри, злясь на себя за то, что препирается с Малфоем вместо того, чтобы заниматься делом, и на Люциуса за то, что с ним приходиться препираться. — Эльфов с собой заберите.

Гарри повернулся к пруду. Мерно колышущееся тело в воде не имело ничего общего с живым, смущенно улыбающимся Колином, но вид покинутой трости вызвал у Гарри такой прилив горечи, что он едва не застонал вслух. Он нагнулся, осторожно поднял ее и замер, глядя на рукоять в форме головы дракона. Трость принадлежала Люциусу Малфою.

В кабинете Малфоя Гарри написал короткое послание Аластору Хмури, в котором изложил обстоятельства дела и сообщил, что останется в поместье до прибытия следственной группы. Большой пепельный филин поглядел на Гарри с невыразимым презрением, однако позволил ему привязать послание к лапе.

Потом Гарри прошел в комнату, где должен был ночевать Колин. Уборку еще не делали. Постель была приготовлена, но в нее явно не ложились. Трости здесь не было. Она нашлась в холле. Гарри наложил на нее заклинание невидимости и, сказав «Vingardium Leviosa», направился к выходу. Невидимая трость плыла за ним. Гарри подошел к пруду. Никаких изменений. Гарри огляделся. Никаких свидетелей.

Затем аврор Гарри Поттер совершил должностное преступление. Он снял заклинания с трости Колина и, вынув трость Малфоя из воды, поменял их местами.

Глава 9

Раздался хлопок, и в холле Малфой-Мэнор появились Аластор Хмури, Кингсли Шеклболт и Тонкс в пронзительно оранжевой мантии. Вид у Тонкс был цветущий.

— Здравствуй, Гарри, — проворчал Хмури. — Теперь-то мы прижмем этого ублюдка Малфоя. Теперь ему не отвертеться. Жаль Колина, но он умер не напрасно. Он погиб, как солдат.

Хмури повернулся и пошел в гостиную, откуда доносился высокий голос Нарциссы. Хозяйка дома, наконец, узнала нерадостную весть.

— Не слишком ли высокая плата за то, чтобы прижать ублюдка Малфоя? — вяло сказал Гарри. Его тошнило от собственного лицемерия. — К тому же, война закончилась шесть лет тому назад.

— Для Аластора она не закончится никогда, — ответил Шеклболт. Его широкое темное лицо было спокойно, и Гарри отчаянно позавидовал ему и всем тем, чьи души находятся в тихой гавани. Сам он оказался застигнут бурей, и неудивительно, что он обнаруживал в себе симптомы морской болезни.

Мысль о морской болезни напомнила ему кое о чем.

— Как ты себя чувствуешь, Дора? — спросил он. — Надо было тебе еще полежать.

— Со мной все отлично. И я чувствую себя виноватой — как будто Колин погиб из-за меня. Мы ведь только вчера с ним чай пили, и вот… Я должна была отправиться с тобой, а не он.

— Дора, — мрачно сказал Гарри, — грех так говорить, но если бы на месте Колина оказалась ты, я бы пошел и удавился. Кто и виноват в его смерти — так это я. Мне вообще не следовало брать его с собой. Тем более что он был здесь абсолютно не нужен. Колин погиб в двух шагах от меня, и я ничего не сделал.

Он вспомнил про трость, и его замутило.

— Единственный, кто виноват в смерти Колина — это убийца. Гарри, ты всего лишь хотел опросить Нарциссу Малфой, не так ли? Что в этом может быть опасного? И если бы ты видел, как Колин погибает в двух шагах от тебя, не сомневаюсь, ты сделал бы все, чтобы его спасти.

— Если бы ты родился магглом, Кингсли, то сделался бы психотерапевтом, — вздохнул Гарри. — Врачевал бы расстроенные души невротиков и вправлял им вывихнутые мозги.

— Не могу понять, для чего вообще было убивать Колина, — вступила в разговор Тонкс. — Вы хоть узнали что-нибудь полезное?

— Кое-что я узнал, — хмуро ответил Гарри, — но Колин при этом не присутствовал. Впрочем, он мог услышать или увидеть нечто, стоившее ему жизни. Я заходил в его комнату — он не ложился. Должно быть, решил прогуляться перед сном. Судя по всему, самое интересное в этом поместье происходит после заката.