Кошмарная неделя, или Сага о том, как Дамблдор Флинта и Вуда перевоспитать пытался

— Вуд, мы всё ещё не сдохли? — задал он закономерный вопрос в своей «очаровательной» и такой привычной манере.

— Нет, Флинт, — в тон ему ответил Оливер. — И может, ты уже разуешь как следует глаза и перестанешь задавать кретинские вопросы? А то валяй, спроси: «Где мы?» — он снова не сдержал ухмылки.

— Да пошёл ты, придурок, — на автомате огрызнулся тот, зевая и переворачиваясь на спину, устраиваясь поудобнее.

— Ты что-нибудь помнишь? — поинтересовался у него Оливер.

— Всё я помню, — отозвался тот. — Моему придурковатому декану сильно повезло, что мы такие живучие… Или везучие… — он стащил с тарелки на тумбочке пирожок и откусил сразу половину. Оливер только теперь заметил, что рядом с его кроватью тоже стоит остывший ужин. Или завтрак? Или что там сейчас по расписанию?

— Ты не знаешь, который час? — последовав его примеру и тоже вгрызаясь зубами в кусок пирога, спросил он и опрометчиво ляпнул: — А где моя палочка?

Тут же осознав, какую чушь сморозил, Оливер покраснел и прикусил губу. Марк красноречиво глянул на него:

— Вуд, ты знаешь ответ или мне озвучить?

— «Я — идиот»? — смущённо фыркнув, предположил Оливер и потянулся к стакану с соком.

— Сказал бы я кто ты, да запрет мешает, — тихо заржал Марк, едва не подавившись булочкой с джемом, которую на данный момент уминал. — Ты не просто идиот, ты — редкостный идиот, Вудди, и такой придурок, что я вообще не знаю, как мог с тобой связаться.

— На себя посмотри, кретин, тролль пещерный, — не остался в долгу тот, чувствуя, как настроение стремительно поднимается вверх до отметки «отличное».

Ну что же поделать, если они — два таких специальных придурка, которые без своего, как тогда выразился Флинт, «вселенского срача» ни дня прожить не могут? Что он там ещё говорил:«лучшее, что было в жизни»? И ведь не поспоришь. Оливер вздохнул, откладывая недоеденный кусок обратно на тарелку, и поднялся с кровати, перемещаясь на койку Марка.

— Кто-то мне обещал кое-что отработать, — проникновенно зашептал он, склонившись над ним и проводя рукой от его груди до живота и чуть ниже; слегка подцепил пальцами резинку штанов, оттягивая вверх. — И сверху, и снизу, и стоя, и лёжа… И минет! — каверзно улыбаясь, процитировал он и просунул ладонь Марку в штаны, чуть поглаживая и дразня. — Ответишь за свои слова, Марки?

Марк почувствовал, как у него перехватывает дыхание.

— Отвечу, — хрипло отозвался он. — Не сомневайся, Вудди. Только…

Внезапно дверь в палату начала открываться, и Оливер, заговорщически подмигнув, метнулся обратно на свою кровать.

В комнату вошла мадам Помфри, бодро пожелав им доброго утра.

— Итак, молодые люди, заставили вы нас поволноваться, — сказала она, доставая на ходу палочку. — Несчастный профессор Снейп вне себя от гнева — он требовал вашего исключения, мальчики.

Те, не сговариваясь, вдруг затряслись как в лихорадке, но не успела мадам Помфри удивиться или испугаться, как палату огласил громкий, безудержный и очень дружный ржач. Она непонимающе посмотрела на своих подопечных.

— Бл… чёрт, я сейчас обосс… то есть… сдохну! — вовремя исправившись, провыл сквозь смех Марк.

— Из-звините, м-мадам Помфри, — заикаясь, нашёл в себе силы выдавить Оливер. — Это… нервное, — он обезоруживающе улыбнулся. Та окинула их испытующим взглядом и покачала головой, улыбнувшись в ответ — какие же они ещё балбесы!

— Ну что ж, судя по всему, вы в полном порядке, — заключила она. — Но мне всё равно необходимо осмотреть вас, так что лягте, пожалуйста, прямо.

Кое-как успокоившиеся парни послушно вытянулись на кроватях. Мадам Помфри поводила над ними палочкой, творя диагностические заклинания и, оставшись довольной, сообщила, что они оба здоровы и могут идти восвояси.

Глава 7. После среды, или О пользе мази от мозолей на заднице

Вечером в четверг, едва заклятие перестало действовать, парни выбрались из своих факультетских гостиных и отправились к сараю для мётел, намереваясь полетать немного на квиддичном поле. Раз уж их выставили из команд, то надо хотя бы так поддерживать форму.

— А знаешь, Вудди, я уже как-то привык обходиться и без мата, — задумчиво сказал Марк. Оливер посмотрел на него с интересом.

— Серьёзно? — недоверчиво вздёрнул он бровь.

— Конечно нет, блядь, ты что, правда мог в это поверить? — глумливо заржал тот, сворачивая влево, чтобы обойти стороной теплицы профессора Спраут.

— Думал уже колдомедиков из Мунго вызывать, — идя следом, кивнул Оливер, не без труда сохраняя серьёзность в голосе. — Я только одного не пойму: Дамблдор действительно рассчитывал, что мы «перевоспитаемся» за эту идиотскую неделю? Не поверю, хоть убей: он же самый ушлый интриган во всём нашем чёртовом магическом мире.