Как известно, переезд на новую квартиру равен по последствиям землетрясению. Николай Иванович Горлов был согласен и на пять баллов по шкале Рихтера, была бы квартира, куда переезжать, да ордер на вселение. Пятнадцать лет он стоял в заводской очереди на трехкомнатную и был уже десятым…
Новая квартира находилась в западной части города, а это значит, в целых пятнадцати минутах езды от старой, благо масштабы в Лугове не московские и даже не ульяновские. Однако погрузка растянулась на пару часов с лишним, и время уже перевалило за восемь вечера. Солнце начало нехотя клониться к закату, но еще оставалось в силе и продолжало обильно поливать живительными лучами остывшую за зиму землю. Стояла середина мая, лучшее время года и зенит весны. Казалось, сама природа начинала дышать полной грудью, очнувшись, наконец, от зимней спячки.
Николай Иванович сидел за рулем старенького «Москвича» и вез свое семейство на новое место жительства. Он глупо улыбался чему-то и бубнил под нос старую песню Аллы Пугачевой про беднягу Арлекино. Рядом с ним, на соседнем сиденье сидел сын-отличник, позади — любимые супруга с дочкой, чего еще желать в этой жизни, не часто выпадает такое счастье нашему человеку — заселение в новую квартиру. Горлов звучно посигналил зазевавшемуся пешеходу, бородатому старику с соседней улицы, и шутливо погрозил ему кулаком. Тот узнал Горлова и ответил ему тем же.
За «Москвичом», срезая углы на поворотах и оставляя за собой густой шлейф фиолетового дыма, тащился неуклюжий «КАМАЗ», огромный фургон, где вместе с барахлом сидели мужики с работы.
Наконец, импровизированная кавалькада прибыла к месту назначения. Серый пятиэтажный кирпичный дом, каких было построено в великом множестве по стране в незабвенные хрущевские времена. Таким путем советская страна в конце пятидесятых годов решала жилищную проблему. Некомфортные, тесные квартиры, которые в народе прозвали хрущобами. Но после коммуналок получить и такое, главное, отдельное жилье считалось за великое счастье.
Точно в таком же доме-близнеце располагалась старая квартира Горлова, и на мгновение ему показалось, что он никуда и не уезжал. Но, приглядевшись, он увидел, что в новом дворе совсем нет деревьев, а на месте детской песочницы лежит огромная куча мусора. Их старый двор был куда более опрятным и ухоженным.
Николай Иванович уже приходил раз с супругой в новую квартиру, посмотреть качество ремонта и вообще оглядеться на новом месте, но сейчас предстояло въезжать уже окончательно, и следовало соблюсти традиции. Предрассудки, конечно, все это, но зачем рисковать, если народ говорит?
Как хозяйку будущего очага, пустили вперед Нину Евлампиевну, да еще дали ей корзину с котом, который первым, на счастье должен переступить порог заселяемой квартиры. Открыла она ключом дверь, поставила корзину за порог, в квартиру и осторожно так начала приподнимать с нее материю. Но только приоткрыла край, как оттуда раздалось страшное шипение. Она испуганно отдернула руку и оглянулась на мужа. Тот недоуменно пожал плечами, отодвинул супругу в сторону и, протиснувшись в дверь, вытряхнул кота прямо на пол прихожей.
В таком состоянии своего кота им еще не приходилось видеть. Выскочив из корзины, он издал дикий горловой звук — мярррру — и принял оборонительную стойку. Шерсть его поднялась дыбом, спина изогнулась немыслимой дугой, глаза извергали искры. Он исподлобья оглядывал людей, а хвост его в это время отбойным молотком долбил и долбил по полу.
Николай Иванович недоуменно глядел на кота. Домашние животные, кошки или собаки переезд на новое место жительства часто воспринимают в штыки. Они долго не могут привыкнуть к новой квартире, новой обстановке. Вот и Базильке почему-то здесь не понравилось. Но это только на первых порах. Даже люди ко всему привыкают, а уж животные и подавно. Постепенно пообвыкнет и приживется. Но, все-таки, чересчур уж взволнованным выглядел кот, такого никогда с ним не наблюдалось раньше.
Базиль наконец сдвинулся с места и напряженной, скованной походкой на полусогнутых лапах прошел несколько шагов, озираясь по сторонам, и вдруг метнулся прямо в ноги Нине Евлампиевне, заставив ее вздрогнуть и отшатнуться. В последний момент он изменил направление и скачками понесся в одну из комнат, но на полном ходу развернулся и заметался между ног входящих людей.
— Ты чего, Базиль? — Николай Иванович присел на корточки и протянул руку, собираясь погладить кота.
И тут произошло неожиданное. Кот на мгновение замер, а затем сорвался с места и одним прыжком заскочил Горлову на грудь. Он подобрался к самому лицу своего хозяина и замер, уставившись прямо ему в глаза. Николай Иванович почувствовал напряженный кошачий взгляд, которым Базиль как будто хотел сообщить ему нечто важное, поделиться тем, что его так обеспокоило здесь, на пороге нового жилья.