Красавчик

— Черт, я только салатную вилку и знаю, — прошипел Оливер, с ужасом разглядывая весь представленный набор столовых приборов.

— Не знаю, как вас, но меня эти вилки порядком пугают, — тут же отозвался Теодор, широко улыбаясь, и подхватил канапе с тарелки пальцами.

Оливер с благодарностью посмотрел на него и поспешил подтвердить подкинутую ему «отмазку».

— Не то слово. Сколько родители ни бились надо мной с этим столовым этикетом, так ничего и не добились.

Он подцепил канапе с тарелки и сдержанно укусил, хотя эти бутерброды были действительно настолько маленькими, что, на взгляд Оливера, их можно было целиком запихивать в рот. Теодор продолжал смотреть на него, улыбаясь так, словно он очень удачно пошутил только что. Оливер повернул голову чуть в сторону и схватил бокал. Он поспешно сделал глоток и тут заметил, как Маркус на него смотрит: напряженно и тяжело. От этого взгляда Оливер поперхнулся и громко закашлялся. Нотт порывался было подскочить, чтобы помочь, но Флинт уже с силой хлопнул его по спине.

Когда Оливер откашлялся, канапе уже унесли. Прямо возле лица замаячила небольшая вазочка с чем-то зеленым, похожим на мороженое, и Оливер смело зачерпнул ложку с горкой и сунул в рот.

— Что это? — просипел он, скривившись.

— «Это» отбивает вкус предыдущего блюда, — Маркуса явно забавляла его неуклюжесть, да и младшего Нотта, похоже, тоже. Одному Оливеру было не до смеха. Отнюдь не хотелось выглядеть идиотом.

— А-а-а, — протянул он и уткнулся взглядом в принесенную новую тарелку с горячим.

Какое-то время они ели, изредка обмениваясь скупыми репликами. Пока не принесли очередной деликатес.

— Что это? — снова спросил Оливер.

— Эскарго. По-французски означает улитки, — пояснил Маркус, пододвигая к нему нужный прибор. — Попробуй, тебе понравится.

— Ты издеваешься, — пропыхтел Оливер еле слышно и вдруг потянулся в сторону Маркуса, чтобы никто больше не услышал, что в принципе было нарушением правил приличия в такой компании. — Это же афродизиак, — фыркнул он. — Ты уверен, что мне стоит это есть?

— Тебе понравится, — повторил Маркус, громче, чем он, очевидно давая понять остальным присутствующим, что ничего, относящегося к делу, они не обсуждали.

Оливер тут же выпрямился на своем месте и посмотрел на что-то, отдаленно напоминающее щипчики, находящееся рядом с тарелкой.

«И как вообще это есть», — он скосил взгляд в сторону, наблюдая, как Маркус, явно даже не задумываясь о таких мелочах, как поедание улиток, ловко подцепил одну и перенес себе на тарелку.

Они с Ноттом снова вернулись к прерванному разговору, и, судя по тому, как подобрался Маркус, они коснулись «вопроса вечера». Прибор неудобно лежал в руке, и Оливер никак не мог приноровиться. Тот туго раздвигался, потому подцепленная им улитка с громким хлюпаньем выскользнула из захвата и улетела в неизвестном направлении. Когда три пары глаз вопросительно уставились на него, Оливер нервно усмехнулся и пояснил:

— Скользкие, сволочи, — он почувствовал, как щеки и шею заливает краска.

Но, похоже, за этим столом решались вопросы куда более серьезные, чем его неловкое обращение со столовыми приборами. Они тут же вернулись к прерванному разговору, только Нотт-младший смерил его сочувствующим взглядом. Это его чрезмерное внимание начинало порядком надоедать. Отчего-то хотелось, чтобы это Флинт сейчас ободряюще улыбнулся ему, а не равнодушно пожал плечами.

Оливер уткнулся в тарелку, продолжая воевать с ее содержимым, краем уха слушая, о чем они говорят. Понятно было мало, но основную суть Оливер уловил: компания Ноттов разваливалась прямо на глазах, и Маркус предлагал им выкупить ее всю без остатка. Похоже, Нотту-старшему такой расклад абсолютно не нравился, он внимательно слушал Флинта, не перебивал, но брови его хмурились все сильней, а вся поза выдавала напряжение.

Когда за столом повисла пауза, Оливер поднял голову от старательно изучаемой им до этого скатерти и бросил быстрый взгляд на Маркуса. Он хотел спросить, когда они уже смогут уйти отсюда, потому что с каждой проведенной здесь минутой чувствовал себя все больше не к месту, но не считал себя вправе предъявлять что-то. Ресторан был действительно фешенебельным заведением, а их столик вдобавок ко всему находился почти в центре зала. Оливер закрутил головой, изучая посетителей и снующих между столиков официантов, роскошных дамочек, представительных джентльменов, вышколенных сотрудников. Здесь даже музыка была живая. И как раз сейчас музыканты, находящиеся на небольшой сцене в начале зала, начали очередную мелодию. Оливер прислушался и толкнул Маркуса под столом. Тот перевел на него недоуменный взгляд, и Вуд тут же предложил:

— Может, потанцуем? — на лице Флинта отразилось такое явное удивление, что Оливер заподозрил, что снова допустил оплошность. Маркус отрицательно качнул головой и усмехнулся еле заметно:

— Не сейчас.

Зато тут же всполошился молчащий до этого Теодор:

— Думаю, будет не страшно, если я немного развлеку вашего спутника, мистер Флинт. Он явно заскучал.