— Остановись, Ника! Сколько ещё нужно смертей для того, чтобы ты успокоилась?
374 мин, 43 сек 4728
— Cruentus subluceo!!! — Повторила я, намереваясь вымотать демона. Не может же он бесконечно отбивать удары, ведь на это требуется энергия.
Я атаковала вновь и вновь, уклоняясь от морозящих энергетических вихрей, а холодный ветерок шептал где-то внутри меня. Нашёптывал о разном, всякий раз находя нужный рычажок воздействия. Но это мы уже проходили, я прекрасно помню и усвоила урок, полученный в аду — персональном аду, который устроили демоны, сокрушившие моё сознание тогда, в горящем здании кондоминиума. Душевные раны — моя слабость, та лазейка, через которую демоны могут манипулировать мною, превратив в смертельно опасное оружие, обращённое против людей. Но нет, у них этого не выйдет! Эти раны — также и моя сила, то, откуда я черпаю волю, то, что позволяет мне раз за разом подниматься и делать очередной вдох. Боль заставляет моё сердце биться и, клянусь памятью о самом дорогом, пока оно бьётся ни одна злобная тварь не сможет сделать Нику Абданк своим оружием.
Я подошла ближе, оказавшись в зоне досягаемости змеедемона. Чёрное крыло коснулось моего плеча и нервы прошил разряд невыносимой боли. Сквозь выступившие на глазах слёзы, я разглядела, как кожа на руке от плеча и до локтя почернела. Обморожение третьей или четвёртой степени. Ничего.
— Преклонись перед силой Господа, мерзкое создание! Cruentus subluceo!— В следующее мгновение то самое крыло прожгло потоком алого пламени, побелевшего при контакте с демонической энергией. Тварь взвыла и змеиная голова с раскрытой пастью устремилась мне прямо в лицо. Порывом ветра меня сшибло с ног, спина болезненно впечаталась в пол. Змеедемон спикировал прямо на меня и, в последнюю долю секунды, правая рука вспыхнула болью, знаменуя призыв карающего меча. Багровое лезвие алой молнией рассекло пространство, нырнув между моим лицом и пастью змея. Быстрое движение вверх под углом, точное приложение силы и вот уже остриё вонзается в чешуйчатую плоть. Мерзкий змеиный запах ударил в ноздри, ослепляя чувства, от сравнимого с ультразвуком вопля демона полопались мелкие сосуды, из ушей потекла горячая кровь. Всё же, тварь успела чуть отклониться и мой удар, который должен был перерубить змеиную шею, лишь пронзил её основание. Очередной выброс энергии вышиб из меня дух.
Когда дыхание вернулось и кислород с болью расправил лёгкие, демон уже исчез в открывшейся воронке.
Дайте мне полежать немного… Часиков восемь, а? Нет? Ладно, от меня никогда не дождёшься отдыха и послаблений. Игнорируя боль в отмороженных тканях руки, я крепче сжала меч и поднялась. Протянутую руку Эроса, равно как и его ищущий, настойчивый взгляд я также проигнорировала — и так сложно было отогнать мысль о том, что оптом истреблять демонов дешевле. С этим я разберусь позже, когда смогу использовать слова, а не рубящие движения. Может, тогда стоит убрать меч? Хорошо. Ещё немного помучив демона сомнениями, я рассеяла меч и правая рука ответила благодарным облегчением.
Златан давно уже перестал кричать, замер и не шевелился в своих цепях, напряжённо наблюдая за мной и демоном. Он был явно вымотан, но физически невредим, что я считаю огромным плюсом — хватит с него больничных коек. Не обращая внимания на неспокойную энергетику брюнета, то и дело окатывающую меня, раздражая нервные окончания, я перешагнула через бессознательную Гожек и, приметив блеснувший металлом ключ на столике, подобрала его.
— Как ты?— спросила я, потому что надо было что-то сказать, — Сейчас я освобожу тебя.
— Ты на меня совсем не смотришь. Почему? — Я ожидала чего угодно, только не этого вопроса от прикованного к шесту обнажённого парня, которого только что пытала голая баба, одержимая инфернальным земноводным. Хм?
— А? — Выдала я гениальный ответ в стиле «мой-интеллектуальный-коэффициент-находится-в-отрицательной-плоскости».
— Я тебе противен? Всё это время ты упорно глядишь мне в лицо, не отводя взгляда и на малость ниже, не смотря в глаза. — Сипло проговорил он, умудряясь выглядеть серьёзно в своём, мягко говоря, необычном положении.
С мыслью о том, что за сегодня меня уж слишком достали навязываемые другими откровения, я подошла ближе и было принялась за наручники, да вот парень оказался гораздо выше меня, так что до скованных над головой рук мне удалось бы добраться только встав на цыпочки и привалившись к нему для опоры. Этого мне хотелось меньше всего, да и боль в плече давала о себе знать. В поле зрения вновь попал столик для закусок, на вид он показался довольно прочным. Парой хороших пинков придвинув его к пилону, я запрыгнула на столешницу и спокойно разомкнула наручники. Всё это проделывалось под напряжённое молчание пленника и нетерпеливые энерговыбросы «фонящего» демона за спиной. А ещё я думала о том, что для снятия кандалов придётся нагнуться и посмотреть вниз. Да уж, и почему я вечно по уши увязаю в самых дерьмовых для себя ситуациях? Явно кто-то там или там неустанно ратует за«разнообразие» и«весёлость» моего существования.
Я атаковала вновь и вновь, уклоняясь от морозящих энергетических вихрей, а холодный ветерок шептал где-то внутри меня. Нашёптывал о разном, всякий раз находя нужный рычажок воздействия. Но это мы уже проходили, я прекрасно помню и усвоила урок, полученный в аду — персональном аду, который устроили демоны, сокрушившие моё сознание тогда, в горящем здании кондоминиума. Душевные раны — моя слабость, та лазейка, через которую демоны могут манипулировать мною, превратив в смертельно опасное оружие, обращённое против людей. Но нет, у них этого не выйдет! Эти раны — также и моя сила, то, откуда я черпаю волю, то, что позволяет мне раз за разом подниматься и делать очередной вдох. Боль заставляет моё сердце биться и, клянусь памятью о самом дорогом, пока оно бьётся ни одна злобная тварь не сможет сделать Нику Абданк своим оружием.
Я подошла ближе, оказавшись в зоне досягаемости змеедемона. Чёрное крыло коснулось моего плеча и нервы прошил разряд невыносимой боли. Сквозь выступившие на глазах слёзы, я разглядела, как кожа на руке от плеча и до локтя почернела. Обморожение третьей или четвёртой степени. Ничего.
— Преклонись перед силой Господа, мерзкое создание! Cruentus subluceo!— В следующее мгновение то самое крыло прожгло потоком алого пламени, побелевшего при контакте с демонической энергией. Тварь взвыла и змеиная голова с раскрытой пастью устремилась мне прямо в лицо. Порывом ветра меня сшибло с ног, спина болезненно впечаталась в пол. Змеедемон спикировал прямо на меня и, в последнюю долю секунды, правая рука вспыхнула болью, знаменуя призыв карающего меча. Багровое лезвие алой молнией рассекло пространство, нырнув между моим лицом и пастью змея. Быстрое движение вверх под углом, точное приложение силы и вот уже остриё вонзается в чешуйчатую плоть. Мерзкий змеиный запах ударил в ноздри, ослепляя чувства, от сравнимого с ультразвуком вопля демона полопались мелкие сосуды, из ушей потекла горячая кровь. Всё же, тварь успела чуть отклониться и мой удар, который должен был перерубить змеиную шею, лишь пронзил её основание. Очередной выброс энергии вышиб из меня дух.
Когда дыхание вернулось и кислород с болью расправил лёгкие, демон уже исчез в открывшейся воронке.
Дайте мне полежать немного… Часиков восемь, а? Нет? Ладно, от меня никогда не дождёшься отдыха и послаблений. Игнорируя боль в отмороженных тканях руки, я крепче сжала меч и поднялась. Протянутую руку Эроса, равно как и его ищущий, настойчивый взгляд я также проигнорировала — и так сложно было отогнать мысль о том, что оптом истреблять демонов дешевле. С этим я разберусь позже, когда смогу использовать слова, а не рубящие движения. Может, тогда стоит убрать меч? Хорошо. Ещё немного помучив демона сомнениями, я рассеяла меч и правая рука ответила благодарным облегчением.
Златан давно уже перестал кричать, замер и не шевелился в своих цепях, напряжённо наблюдая за мной и демоном. Он был явно вымотан, но физически невредим, что я считаю огромным плюсом — хватит с него больничных коек. Не обращая внимания на неспокойную энергетику брюнета, то и дело окатывающую меня, раздражая нервные окончания, я перешагнула через бессознательную Гожек и, приметив блеснувший металлом ключ на столике, подобрала его.
— Как ты?— спросила я, потому что надо было что-то сказать, — Сейчас я освобожу тебя.
— Ты на меня совсем не смотришь. Почему? — Я ожидала чего угодно, только не этого вопроса от прикованного к шесту обнажённого парня, которого только что пытала голая баба, одержимая инфернальным земноводным. Хм?
— А? — Выдала я гениальный ответ в стиле «мой-интеллектуальный-коэффициент-находится-в-отрицательной-плоскости».
— Я тебе противен? Всё это время ты упорно глядишь мне в лицо, не отводя взгляда и на малость ниже, не смотря в глаза. — Сипло проговорил он, умудряясь выглядеть серьёзно в своём, мягко говоря, необычном положении.
С мыслью о том, что за сегодня меня уж слишком достали навязываемые другими откровения, я подошла ближе и было принялась за наручники, да вот парень оказался гораздо выше меня, так что до скованных над головой рук мне удалось бы добраться только встав на цыпочки и привалившись к нему для опоры. Этого мне хотелось меньше всего, да и боль в плече давала о себе знать. В поле зрения вновь попал столик для закусок, на вид он показался довольно прочным. Парой хороших пинков придвинув его к пилону, я запрыгнула на столешницу и спокойно разомкнула наручники. Всё это проделывалось под напряжённое молчание пленника и нетерпеливые энерговыбросы «фонящего» демона за спиной. А ещё я думала о том, что для снятия кандалов придётся нагнуться и посмотреть вниз. Да уж, и почему я вечно по уши увязаю в самых дерьмовых для себя ситуациях? Явно кто-то там или там неустанно ратует за«разнообразие» и«весёлость» моего существования.
Страница 96 из 105
