Кукольная Лара

— Может, посидеть на каше и огурцах месяц? — предложила Лара скорее самой себе, попутно поправляя выбившиеся из косы пряди.

— Так и запишу, пациент намеренно пытается навязать себе образ более хрупкой и болезненной особи, чтобы соответствовать образу и получить желаемую защиту от окружающих. Всё верно? — с некоторой усмешкой произнесла доктор Харрис, запуская пальцы в свои рыжие пряди и откидывая их назад.

— Доктор Харрис, вы такой смешной. Дальше скажете, что я должна перестать романтизировать себя, ведь я живой человек с эмоциями и чувствами? — произнесла с усмешкой Лорэйн, попутно крутя в пальцах очки на тонкой оправе, зрение от чтения книг по ночам и чрезмерного злоупотребления соцсетями совсем испортилось.

— Ты так любишь предугадывать мои действия. — произнес мужчина, качнув головой.

Было приятно видеть изменения в пациентке, вот она уже не забитая малютка, чьи фото продавались примерзкой прослойки общества, а подрастающая женщина, хотел бы он соврать про её уверенность, но как, если на столе уже лежат такие яркие диагнозы, как расстройство пищевого поведения, телесное дисморфическое расстройство, нестабильная самооценка, хроническое деперсонализационно-дереализационное расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство, пограничное расстройство личности, а ещё возможное посттравматическое стрессовое расстройство. По-хорошему, он как врач мог бы помочь, но как чинить то, что не хочет функционировать? В Ларе есть все шестерёнки, достаточно поставить их на места, смазать, и она начнет работать, но девица сама этого не хочет. Она не опасна для общества, как казалось тогда Харрису, но для себя самой — более чем. Хотелось бы помочь, наставить на путь истинный, но врач — это не волшебная фея, которая вылечит все недуги взмахом ручки и несколькими штрихами на бумаге, главное, чтобы пациент захотел измениться.

Но Лара меняться не хотела.

Поэтому он, скрипя сердцем, пытался сгладить углы. Вот она уже полгода трещит про операцию, после того как в тренд вошли объемные формы, подчеркнутая талия, округлые бедра и ягодицы? Что ж, если уж на то пошло, то держи номер знакомого пластического хирурга, он хоть не испортит тебе здоровье, если решишься.

И Лара решилась.

И высмеивала же её в социальных сетях собственная аудитория за сначала ринопластику носа, а после и за удаление нижних ребер. Смешное время, пока одни во всю рекламировали и восхваляли косметологов с пластическими хирургами, то других было хлебом не корми, выразить свое мнение, написав под фотографиями очередной «ботоксной куклы» какая она неестественная и мерзкая.

Тогда-то идея и ударила её в блондинистую макушку.

Она начала выкладывать фотосессии в амплуа «сломанной куклы».

Было и всегда будет множество красивых девочек, что фотографируются в милых нарядах на красивых локациях, у них идеальна каждая прядь, каждый слой макияжа, но Лара устала от всеобщего перфекционизма. Локации — это леса, заброшенные здания, самая чаща, куда не сунется человек неподготовленный, и сделаны снимки на мыльницу. Идеальный белый кружевной образ на фоне разрухи.

Основная идея — совместить то, что совмещать не принято. Игра на контрастах, а не акцентах, как в медиа. Она совмещает под линейку высеченную идеальность с гнилью реального мира.

— Знаете, есть ощущение, что мы живем в век популярности всего паранормального. Слышали историю, как мужчина, узнав, что в доме, который он выставил на продажу, водится призрак, сразу повысил цену втрое? — задумчиво произнесла Лорэйн, неторопливо ходя по кабинету и стуча длинными ноготками по книжным переплётам.

— То есть, пользуешься страхом людей перед куклами, специально создавая нужный образ и привлекая внимание? — лениво проворчал мужчина, выводя завитушки на листке бумаги ручкой.

— Вроде того. А вы любитель криминалистики, который хотел бы работать с настоящими преступниками, а не глупой неуравновешенной девочкой.

— Как всегда безупречно, Лара. Не думала стать психоаналитиком? — произнес доктор Харрис, поднимая на девушку взгляд своих карамельных глаз.

— Думаю, убийцы — это жалкие люди.

— Она откровенно проигнорировала вопрос врача, конечно, интересно ведь рассуждать о чужих жизнях, а не думать о собственном будущем.

— Думаю, Жестокость — это превосходство сильного над слабым. Дети, что были подверглись жестокости, однажды будут подвергать этому уже других в будущем.

— То есть?

— Глупо романтизировать маньяков и убийц. Думаю, они те, кого я по-настоящему презираю.

Но доктор Харрис, конечно же, знал, что это правда лишь наполовину. Лара людей на дух не переносила в принципе. В душе её играл флажолет, завёрнутый диссонансными обертонами, и под его ритм она покачивалась из стороны в сторону ржавым маятником, когда пыталась взрастить в себе подобие сочувствия к очередному идиоту, проигравшему всё, поддавшись слепому азарту, или глупой разукрашенной курице, которая в соцсетях пишет слезливые истории о том, как ей плохо, что сломала наманикюренный ноготок, конечно же не забыв прикрепить ссылку на очередной донатный сервис.