Лорэйн Чарин Аллен всегда знала цену красоте. Автомобильная авария отняла у Лары ноги, но подарила нечто большее — возможность увидеть мир без прикрас. Мир, где жалость прилипчивее грязи. Её новое хобби — создавать идеальные вещи. Как хорошо, что даже неидеальных людей можно превратить во что-то стоящее.
Добавить в моё избранное
25 мин, 22 сек 378
Стояли гниющие картонные коробки с каким-то хламом, было сильно, от чего Лара неловко чихнула. Она достает из карманов куртки Харриса, которого всё это время тащила за собой следом, спички и зажигалку, боясь обжечь пальцы, она нажала на кнопку у зажигалки, поднесла к ней промокшую от валяния в сырой земле спичку, держа ту ноготками за соломинку, а после поднося горящую головку к масляной лампе на столе. Оконное стекло покрыто таким толстым слоем грязи и пыли, что с трудом пробиваются и без того редкие солнечные лучики. Табун мурашек, подобно копошащимся в стенах затхлой лачуги крысам, бегут по её нежной коже.
Она положила тело на гниющий матрас, не без усилий стянула с мужчины ткань одежды, сбросила окровавленное платье, а после натянула на себя черную рубашку и грязные брюки. Глубоко дыша, Лара принялась массировать основные группы мышц у бездыханного тела, начала двигать суставы, пытаясь снизить сосудистое давление. Чтение медицинских справочников вместо бульварных романчиков для засаженных в цветастом фартуке домохозяйек ей определённо помогло.
Через сутки она подготовила всё.
В первые дни после смерти при благоприятной температуре воздуха гниение идет чрезвычайно быстро, и мягкие, рыхлые, богатые кровью паренхиматозные органы колликвацируются, превращаются в жидкую массу, но холод на улице смог помочь Доктору Харрису оставаться свежим, пока Лара разбиралась со своими делами.
Стоя всё в той же хижине, пусть и уже не будучи похожей на жертву кровавого месива, девица достала из сумки небольшой скальпель. Сталь с легкостью оставила красную полосу раны около грудной мышцы и ключицы, она ввела в тело смесь формальдегида и воды, попутно выкачивая кровь из соседней вены.
Используя для блокировки артерии щипцы с помощью зажима, она то останавливала, то лишь замедляла напор текущей в железное ведро артериальный поток крови. Одновременно с этим своими тонкими пальцами, на некоторых из которых были сломанные ноготки, Лара продолжала неспеша массировать мышцы, помогая крови выйти из тела.
Она его презирает. И всей душой жалеет, что он не познает этого в полной мере.
Аллен провела подушечками пальцев по распиленным ребрам и неровно вскрытой грудной клетке. Светлые волосы были в хвост собраны, но даже так пару прядей предательски спачкались мерзкой алой жикостью.
Блядский красный.
Меркзий, до ужаса яркий.
Смотрит она, не отрывая взгляда, берется пальцами обоих рук за края кожи и с тихим, слизисто-чвакающим звуком разъединяет их ещё сильнее, так что на груди зияет червоточина.
Тянет руку, перчатки стерильные ещё сильнее пачкаются в крови красной-красной, ладонь внутрь проталкивает, морщится от дрожи по телу.
Она погрузила в алую жидкость уже обе руки. Осторожно дотронулась до замершего без движений сердца.
Схватила его ногтями, вырывая из тела и попутно обрезая артерии и трубки, о названии которых Лара даже подозревать не намерена.
Специальной иглой она выкачивает лишнюю жидкость из органа. Конечно, пока он был ещё горячим, она могла бы отдать его запчасти на помощь людям, но сама мысль, что от этого ублюдка останется хоть что-то… Заставляла Лорэйн скривить пухлые губы в нескрываемом отвращении.
Она сделала надрезы на шее, помогая себе заточенным лезвием, спустила кожу до пояса, оставив её болтаться, как лепестки у тюльпана.
На его восковой коже уже не проявится живой румянец. Раньше он сиял, как наливчатый анис, но рано или поздно в него вопьются черви. И пигмент винного марсала переживёт неравномерную градацию в глубокий чёрный.
Сидя в полутьме под светом лампы, она делала грубоватые стежки с помощью большой иглы и толстой алой нити, тётя рассказывала, что такое обычно повязывали на запястьях от сглаза. Иногда игла застревала в коже, поэтому приходилось помогать себе, подцепляя и вытаскивая её с помощью плоскогубцов.
Девушка покрутила получившийся абажур на руке, растянула губы в удовлетворённой, сытой улыбке. Огладила пальцами чужую кожу. После одевая его на лампу и наслаждаясь мягким свечением. Аккуратные швы, стижки и строчки на человеческой коже. Изделие собой точно не представляло аналоги из фильмов ужасов или других хоррор-проектов. Аккуратное, почти идеальное, обработанное сверху цветочным маслом.
Чем-то напоминало собой изделие работы Бухенвальдской ведьмы. Возможно, Лара последует её примеру и сошьет ажурное белье, если найдет для этого кандидата попривлекательнее.
Лара поправила очки на носу, рядом на туристической газовой плите варится человеческий, местами не самый целый череп. Девчушка ещё думает сделать из него миску или запудренную пепельницу. А может, разрисовать акрилом? Она качнула головой, разметав светлые пряди по плечам, не может она позволить себе уйти дальше в этих размышлениях.
Одно Лорэйн Аллен знала точно — если почувствует свою безнаказанность, уже не сможет остановиться.
Она положила тело на гниющий матрас, не без усилий стянула с мужчины ткань одежды, сбросила окровавленное платье, а после натянула на себя черную рубашку и грязные брюки. Глубоко дыша, Лара принялась массировать основные группы мышц у бездыханного тела, начала двигать суставы, пытаясь снизить сосудистое давление. Чтение медицинских справочников вместо бульварных романчиков для засаженных в цветастом фартуке домохозяйек ей определённо помогло.
Через сутки она подготовила всё.
В первые дни после смерти при благоприятной температуре воздуха гниение идет чрезвычайно быстро, и мягкие, рыхлые, богатые кровью паренхиматозные органы колликвацируются, превращаются в жидкую массу, но холод на улице смог помочь Доктору Харрису оставаться свежим, пока Лара разбиралась со своими делами.
Стоя всё в той же хижине, пусть и уже не будучи похожей на жертву кровавого месива, девица достала из сумки небольшой скальпель. Сталь с легкостью оставила красную полосу раны около грудной мышцы и ключицы, она ввела в тело смесь формальдегида и воды, попутно выкачивая кровь из соседней вены.
Используя для блокировки артерии щипцы с помощью зажима, она то останавливала, то лишь замедляла напор текущей в железное ведро артериальный поток крови. Одновременно с этим своими тонкими пальцами, на некоторых из которых были сломанные ноготки, Лара продолжала неспеша массировать мышцы, помогая крови выйти из тела.
Она его презирает. И всей душой жалеет, что он не познает этого в полной мере.
Аллен провела подушечками пальцев по распиленным ребрам и неровно вскрытой грудной клетке. Светлые волосы были в хвост собраны, но даже так пару прядей предательски спачкались мерзкой алой жикостью.
Блядский красный.
Меркзий, до ужаса яркий.
Смотрит она, не отрывая взгляда, берется пальцами обоих рук за края кожи и с тихим, слизисто-чвакающим звуком разъединяет их ещё сильнее, так что на груди зияет червоточина.
Тянет руку, перчатки стерильные ещё сильнее пачкаются в крови красной-красной, ладонь внутрь проталкивает, морщится от дрожи по телу.
Она погрузила в алую жидкость уже обе руки. Осторожно дотронулась до замершего без движений сердца.
Схватила его ногтями, вырывая из тела и попутно обрезая артерии и трубки, о названии которых Лара даже подозревать не намерена.
Специальной иглой она выкачивает лишнюю жидкость из органа. Конечно, пока он был ещё горячим, она могла бы отдать его запчасти на помощь людям, но сама мысль, что от этого ублюдка останется хоть что-то… Заставляла Лорэйн скривить пухлые губы в нескрываемом отвращении.
Она сделала надрезы на шее, помогая себе заточенным лезвием, спустила кожу до пояса, оставив её болтаться, как лепестки у тюльпана.
На его восковой коже уже не проявится живой румянец. Раньше он сиял, как наливчатый анис, но рано или поздно в него вопьются черви. И пигмент винного марсала переживёт неравномерную градацию в глубокий чёрный.
Сидя в полутьме под светом лампы, она делала грубоватые стежки с помощью большой иглы и толстой алой нити, тётя рассказывала, что такое обычно повязывали на запястьях от сглаза. Иногда игла застревала в коже, поэтому приходилось помогать себе, подцепляя и вытаскивая её с помощью плоскогубцов.
Девушка покрутила получившийся абажур на руке, растянула губы в удовлетворённой, сытой улыбке. Огладила пальцами чужую кожу. После одевая его на лампу и наслаждаясь мягким свечением. Аккуратные швы, стижки и строчки на человеческой коже. Изделие собой точно не представляло аналоги из фильмов ужасов или других хоррор-проектов. Аккуратное, почти идеальное, обработанное сверху цветочным маслом.
Чем-то напоминало собой изделие работы Бухенвальдской ведьмы. Возможно, Лара последует её примеру и сошьет ажурное белье, если найдет для этого кандидата попривлекательнее.
Лара поправила очки на носу, рядом на туристической газовой плите варится человеческий, местами не самый целый череп. Девчушка ещё думает сделать из него миску или запудренную пепельницу. А может, разрисовать акрилом? Она качнула головой, разметав светлые пряди по плечам, не может она позволить себе уйти дальше в этих размышлениях.
Одно Лорэйн Аллен знала точно — если почувствует свою безнаказанность, уже не сможет остановиться.
Страница 7 из 8
