Фандом: Ориджиналы. 1997 год. Олег Далев бросает учебу в Англии и возвращается домой в Москву, в дом, где жил когда-то. Там остался его друг детства — и еще что-то очень важное.
68 мин, 29 сек 11032
Олег сморгнул. Вот чего он не ожидал, так это что Женька подумает, будто это Олег требует с него подарок! Нехорошо получалось.
— А я знаю! — в последний момент Олег постарался обернуть неудачно складывающийся разговор на пользу. — Я хочу, чтобы ты встретил со мною Новый год!
Взгляд Женьки стал удивленным.
— Я не пью, — зачем-то предупредил он.
«Еще бы он пил… с такой-то горой таблеток!» — мелькнула у Олега мысль, однако вслух он сказал другое:
— Ну так это и хорошо, ибо я тоже. Давай лучше договоримся так: я тебе сюрприз приготовил — и это мой подарок тебе. А ты его примешь — и это будет твой подарок мне.
На лице Женьки явственно читалось, что в таком заявлении он ощущает логическую несостыковку, однако Олег не дал ему времени на раздумье.
— Пойдем! — позвал он друга. — Тебе понравится.
— Куда пойдем? — Женька сразу насторожился, и Олег с сожалением отметил, что с планами вытаскивать этого затворника хоть иногда дышать свежим воздухом придется все же пока повременить.
— Ко мне, — терпеливо пояснил он и окинул Женькину комнату демонстративно изучающим взглядом. — У тебя тут, увы, слишком сильная «рабочая атмосфера». Расслабиться тут совершенно не получится.
Женька не был похож на человека, которому хочется расслабиться, однако Олег протянул ему руку и казалось, что если Женька не встанет сам, его поднимут. Этого он допустить не мог и все-таки поднялся. Олег поманил его за собой, и Женька, чуть слышно вздохнув, покинул свое убежище.
Свою комнату Олег тоже украсил. Правда, он постарался избежать кухонной пестроты, догадываясь, что Женька вряд ли любит слишком яркие цвета. Олег выбрал зеленую мишуру — ибо почему-то помнил, что Женьке этот цвет всегда нравился больше других — и золотистые шарики, которые приглянулись ему самому. Все вместе выглядело достаточно нарядно и в то же время не аляповато.
Сюда же, в свою комнату, пользуясь отъездом соседей по квартире, Олег утащил с кухни чайник и тарелки. Женька, подойдя ближе к столу, замер, разглядев на нем несколько видов пирожных, коробку с бельгийским шоколадом и в центре всего этого великолепия любимый им с детства торт «Прага».
Олег наблюдал за Женькой, стоя чуть в стороне. Он вообще не был уверен, продолжает ли тот по-прежнему любить сладости — в конце концов, многие, вырастая, перестают. Однако Женька, судя по его взгляду, не перестал. Он слегка дернулся, будто собираясь протянуть руку, но усилием воли остановился. По непроизвольному движению его кадыка, Олег понял, что Женька сглотнул, пытаясь взять себя в руки.
— Жень, ну чего ты встал? — стараясь говорить как можно небрежнее, поинтересовался Олег. — В конце концов, ну что ты не как у себя дома? Садись, выбирай, я сейчас чаю налью…
И Женька сел. И все-таки протянул руку к безе — да, точно, их он из всех пирожных больше всех любил. И взял чашку с горячим чаем.
И Олег понял, что все идет как надо.
Отказаться поиграть Женька уже не мог. Все-таки эта корректная вежливость, похоже, бывшая врожденной частью его характера, ибо воспитывать ее было некому — не позволяла ему так просто встать, поблагодарить за угощение и уйти. Поэтому Женька послушно развернул врученную ему Олегом карту и начал изучать.
— Это ты нарисовал? — спросил он после того, как рассмотрел примерно треть.
Олег кивнул, раскладывая на столе стопки карточек и подпихивая Женьке распечатанную брошюрку с правилами.
— Ты… здорово рисуешь, — констатировал Женька, и у Олега дрогнули руки.
Ему подобное говорили не раз, но от Женьки это слышать было особенно приятно. Все-таки того мало интересовали художественные изыски, и Олег подозревал, что самой красивой картиной для Женьки будет какая-нибудь сложно вычерченная схема.
Кубики Женьке тоже понравились — правда, это было уже предсказуемо. Олег и сам был когда-то очарован этой занятной мелочью, а Женьке они своей аккуратной геометричностью однозначно должны были приглянуться.
Из фигурок Женька выбрал лучника в изумрудно-зеленых одеждах, и Олег, не сдержавшись, фыркнул. Женька поднял на него вопросительный взгляд, и пришлось пояснять:
— Да просто вспомнил, как Олька говорила, что ты похож на эльфийского короля. Тебе бы только одеяние в тон и корону из листьев…
— Мне просто цвет нравится! — попытался защититься Женька, едва не поставив фигурку на место.
— Да все в порядке, — успокоил его Олег. — Это ж ее слова, не мои. Цвет действительно красивый, ты прав.
— А я знаю! — в последний момент Олег постарался обернуть неудачно складывающийся разговор на пользу. — Я хочу, чтобы ты встретил со мною Новый год!
Взгляд Женьки стал удивленным.
— Я не пью, — зачем-то предупредил он.
«Еще бы он пил… с такой-то горой таблеток!» — мелькнула у Олега мысль, однако вслух он сказал другое:
— Ну так это и хорошо, ибо я тоже. Давай лучше договоримся так: я тебе сюрприз приготовил — и это мой подарок тебе. А ты его примешь — и это будет твой подарок мне.
На лице Женьки явственно читалось, что в таком заявлении он ощущает логическую несостыковку, однако Олег не дал ему времени на раздумье.
— Пойдем! — позвал он друга. — Тебе понравится.
— Куда пойдем? — Женька сразу насторожился, и Олег с сожалением отметил, что с планами вытаскивать этого затворника хоть иногда дышать свежим воздухом придется все же пока повременить.
— Ко мне, — терпеливо пояснил он и окинул Женькину комнату демонстративно изучающим взглядом. — У тебя тут, увы, слишком сильная «рабочая атмосфера». Расслабиться тут совершенно не получится.
Женька не был похож на человека, которому хочется расслабиться, однако Олег протянул ему руку и казалось, что если Женька не встанет сам, его поднимут. Этого он допустить не мог и все-таки поднялся. Олег поманил его за собой, и Женька, чуть слышно вздохнув, покинул свое убежище.
Свою комнату Олег тоже украсил. Правда, он постарался избежать кухонной пестроты, догадываясь, что Женька вряд ли любит слишком яркие цвета. Олег выбрал зеленую мишуру — ибо почему-то помнил, что Женьке этот цвет всегда нравился больше других — и золотистые шарики, которые приглянулись ему самому. Все вместе выглядело достаточно нарядно и в то же время не аляповато.
Сюда же, в свою комнату, пользуясь отъездом соседей по квартире, Олег утащил с кухни чайник и тарелки. Женька, подойдя ближе к столу, замер, разглядев на нем несколько видов пирожных, коробку с бельгийским шоколадом и в центре всего этого великолепия любимый им с детства торт «Прага».
Олег наблюдал за Женькой, стоя чуть в стороне. Он вообще не был уверен, продолжает ли тот по-прежнему любить сладости — в конце концов, многие, вырастая, перестают. Однако Женька, судя по его взгляду, не перестал. Он слегка дернулся, будто собираясь протянуть руку, но усилием воли остановился. По непроизвольному движению его кадыка, Олег понял, что Женька сглотнул, пытаясь взять себя в руки.
— Жень, ну чего ты встал? — стараясь говорить как можно небрежнее, поинтересовался Олег. — В конце концов, ну что ты не как у себя дома? Садись, выбирай, я сейчас чаю налью…
И Женька сел. И все-таки протянул руку к безе — да, точно, их он из всех пирожных больше всех любил. И взял чашку с горячим чаем.
И Олег понял, что все идет как надо.
Отказаться поиграть Женька уже не мог. Все-таки эта корректная вежливость, похоже, бывшая врожденной частью его характера, ибо воспитывать ее было некому — не позволяла ему так просто встать, поблагодарить за угощение и уйти. Поэтому Женька послушно развернул врученную ему Олегом карту и начал изучать.
— Это ты нарисовал? — спросил он после того, как рассмотрел примерно треть.
Олег кивнул, раскладывая на столе стопки карточек и подпихивая Женьке распечатанную брошюрку с правилами.
— Ты… здорово рисуешь, — констатировал Женька, и у Олега дрогнули руки.
Ему подобное говорили не раз, но от Женьки это слышать было особенно приятно. Все-таки того мало интересовали художественные изыски, и Олег подозревал, что самой красивой картиной для Женьки будет какая-нибудь сложно вычерченная схема.
Кубики Женьке тоже понравились — правда, это было уже предсказуемо. Олег и сам был когда-то очарован этой занятной мелочью, а Женьке они своей аккуратной геометричностью однозначно должны были приглянуться.
Из фигурок Женька выбрал лучника в изумрудно-зеленых одеждах, и Олег, не сдержавшись, фыркнул. Женька поднял на него вопросительный взгляд, и пришлось пояснять:
— Да просто вспомнил, как Олька говорила, что ты похож на эльфийского короля. Тебе бы только одеяние в тон и корону из листьев…
— Мне просто цвет нравится! — попытался защититься Женька, едва не поставив фигурку на место.
— Да все в порядке, — успокоил его Олег. — Это ж ее слова, не мои. Цвет действительно красивый, ты прав.
Страница 17 из 19
