Фандом: Ориджиналы. Повелитель оборотней Мартин вынужденно заключает династический брак с людьми. Его партнером становится Анджей — совсем молодой парень, который не любит секс. Что может из этого получиться — читаем в этой истории.
444 мин, 55 сек 10843
— Готов, — вздохнул я, вцепившись в шерсть и веревку и пригибаясь к его спине. Первый же мощный прыжок чуть не скинул меня на землю, заставляя вцепиться в своего «скакуна» покрепче.
Они действительно были быстрее лошадей. Легко, играючи, резво бежали по довольно густому лесу, придерживаясь лишь им известного направления. Овраг — легкий прыжок, дерево — увернуться в последний момент, жесткая ветка лишь мазнет по «ртутной» шкуре. Казалось, что усталость им вовсе не знакома. И это при том, что почти каждый из них был ранен. А вот я уже через пару часов не чувствовал судорожно сцепленных рук.
— Привал, — попросил я, и меня тут же услышали. Пол часа на отдых и разминку — и все повторяется снова.
К вечеру я уже сбился со счета чередующихся привалов и сумасшедшего бега через лес, мечтая лишь о ночлеге. Я даже был готов обойтись без ванной, только бы все это закончилось, и можно было бы банально заснуть.
Видимо, Боги услышали мой немой вопль о помощи, потому что деревья расступились, и с невысокого холма в лучах восходящего солнца открылся вид на красивую долину, утопающую в невысоких плодовых деревья с одноэтажными деревянными срубами домов. Из придорожного леса сверкнули чьи-то глаза, раздалось приглушенное рявканье. Один из волков ответил чем-то похожим, и некто из леса так и не показался нам на глаза. Вся стая пошла неторопливым шагом. Значит, прибыли. Я распрямил уставшую от согнутого положения спину и с интересом разглядывал столицу оборотней. Она не казалась мне ни большой, ни шумной. И я совсем не заметил обычной для деревни живности — всяких уток, кур и овец. Только с холма приметил пасшийся чуть левее поселения на широком лугу табун. Дома располагались друг от друга на приличном расстоянии и утопали в кустарнике и деревьях. Казалось, что очередной дом появляется внезапно. Только наличие утоптанных троп говорило об ошибочности этого ощущения. Оборотни, шедшие с нами, по одному отставали и терялись в этих посадках. Вскоре нас оставалось совсем немного.
Мартин остановился у очередного, ничем не примечательного среди других дома и прилег на землю, предлагая мне спуститься. Оставшиеся трое оборотней, не прощаясь, мелькнули хвостами в ближайших кустах. Туда же скакнул и Мартин. Он почему-то упрямо не желал переворачиваться при мне. Через минуту я увидел более привычную мне человеческую ипостась. Было заметно, что он устал, но обращенная ко мне улыбка по-прежнему была доброжелательна.
— Вот мы и дома, Анджей. Не стой на пороге — мой дом — твой дом. Теперь — общий очаг.
Это явно была какая-то ритуальная фраза, но я не знал, как на нее правильно ответить. Потому просто согласился:
— Да, теперь у нас общий очаг, — кажется, почти угадал, потому что Мартин широко распахнул передо мной, как оказалось, совсем не запертые двери. Замка я, кстати, не приметил даже когда вошел. Дом внутри мне понравился. Он был насквозь пропитан запахом смолы, трав и меда. И цвет гладко ошкуренных бревен внутри тоже был каким-то удивительно светлым, почти медовым.
— Мартин! — радостно кинулась ему на встречу женщина лет пятидесяти. — Вы уже вернулись! Был ли удачен ваш поход?
Она с такой тревогой ожидала ответа, что мне стало неуютно и захотелось поторопить Старшего.
— Конечно, Марика, — улыбнулся он. — Все живы, а я вот — с Младшим супругом. Познакомься — это Анджей. Теперь будет со мной все время.
Он был так горд, представляя меня, что мне стало горько и неуютно оттого, что я, по сути, являюсь довольно сомнительным подарком. Можно даже сказать, что с двойным дном, опасным сюрпризом. Кто знает, когда и каких действий потребует от меня Император. А то, что рано или поздно это произойдет, не было никаких сомнений. Лучше всего и правильнее было бы во всем признаться ему, но страх … страх потерять все это приключение, так чудесно похожее на волшебный сон, сковывал меня. Марика ласково улыбнулась, сверкнув удивительно ровными и белыми зубами.
— Какой хорошенький и совсем молоденький. Я вижу, что он ужасно устал. Как же ты так его не берег, Мартин?
Она ухватила меня под локоть и увлекла в соседнее помещение, а оттуда по узкому коридорчику к еще одной двери, распахнув которую, мы оказались в небольшой комнатке с узким окном-бойницей под самым потолком. В центре стояла круглая бадья с высокими бортами, наполненная теплой ароматной водой с плавающими почти у края хлопьями пены.
— Раздевайся, дорогой, полежи пока в водичке, травки в ней заваренные хорошо расслабляют. А я пока подберу тебе что-нибудь на смену подходящего размера. Думаю, средний парнишка у Томы с тобой почти одного росточка будет.
Раздеваться при незнакомой женщине показалось мне верхом невоспитанности, и я смущенно замялся.
— Не стесняйся, — прозорливо упрекнула она, — я местная знахарка. Считай, почти треть от этого поселения в родах приняла, да еще стольких же по выселкам. Человечье тело, что женское, что мужское — до последнего кусочка знаю. Но уж ладно, молодой ты совсем, ты раздевайся, я отвернусь.
Они действительно были быстрее лошадей. Легко, играючи, резво бежали по довольно густому лесу, придерживаясь лишь им известного направления. Овраг — легкий прыжок, дерево — увернуться в последний момент, жесткая ветка лишь мазнет по «ртутной» шкуре. Казалось, что усталость им вовсе не знакома. И это при том, что почти каждый из них был ранен. А вот я уже через пару часов не чувствовал судорожно сцепленных рук.
— Привал, — попросил я, и меня тут же услышали. Пол часа на отдых и разминку — и все повторяется снова.
К вечеру я уже сбился со счета чередующихся привалов и сумасшедшего бега через лес, мечтая лишь о ночлеге. Я даже был готов обойтись без ванной, только бы все это закончилось, и можно было бы банально заснуть.
Видимо, Боги услышали мой немой вопль о помощи, потому что деревья расступились, и с невысокого холма в лучах восходящего солнца открылся вид на красивую долину, утопающую в невысоких плодовых деревья с одноэтажными деревянными срубами домов. Из придорожного леса сверкнули чьи-то глаза, раздалось приглушенное рявканье. Один из волков ответил чем-то похожим, и некто из леса так и не показался нам на глаза. Вся стая пошла неторопливым шагом. Значит, прибыли. Я распрямил уставшую от согнутого положения спину и с интересом разглядывал столицу оборотней. Она не казалась мне ни большой, ни шумной. И я совсем не заметил обычной для деревни живности — всяких уток, кур и овец. Только с холма приметил пасшийся чуть левее поселения на широком лугу табун. Дома располагались друг от друга на приличном расстоянии и утопали в кустарнике и деревьях. Казалось, что очередной дом появляется внезапно. Только наличие утоптанных троп говорило об ошибочности этого ощущения. Оборотни, шедшие с нами, по одному отставали и терялись в этих посадках. Вскоре нас оставалось совсем немного.
Мартин остановился у очередного, ничем не примечательного среди других дома и прилег на землю, предлагая мне спуститься. Оставшиеся трое оборотней, не прощаясь, мелькнули хвостами в ближайших кустах. Туда же скакнул и Мартин. Он почему-то упрямо не желал переворачиваться при мне. Через минуту я увидел более привычную мне человеческую ипостась. Было заметно, что он устал, но обращенная ко мне улыбка по-прежнему была доброжелательна.
— Вот мы и дома, Анджей. Не стой на пороге — мой дом — твой дом. Теперь — общий очаг.
Это явно была какая-то ритуальная фраза, но я не знал, как на нее правильно ответить. Потому просто согласился:
— Да, теперь у нас общий очаг, — кажется, почти угадал, потому что Мартин широко распахнул передо мной, как оказалось, совсем не запертые двери. Замка я, кстати, не приметил даже когда вошел. Дом внутри мне понравился. Он был насквозь пропитан запахом смолы, трав и меда. И цвет гладко ошкуренных бревен внутри тоже был каким-то удивительно светлым, почти медовым.
— Мартин! — радостно кинулась ему на встречу женщина лет пятидесяти. — Вы уже вернулись! Был ли удачен ваш поход?
Она с такой тревогой ожидала ответа, что мне стало неуютно и захотелось поторопить Старшего.
— Конечно, Марика, — улыбнулся он. — Все живы, а я вот — с Младшим супругом. Познакомься — это Анджей. Теперь будет со мной все время.
Он был так горд, представляя меня, что мне стало горько и неуютно оттого, что я, по сути, являюсь довольно сомнительным подарком. Можно даже сказать, что с двойным дном, опасным сюрпризом. Кто знает, когда и каких действий потребует от меня Император. А то, что рано или поздно это произойдет, не было никаких сомнений. Лучше всего и правильнее было бы во всем признаться ему, но страх … страх потерять все это приключение, так чудесно похожее на волшебный сон, сковывал меня. Марика ласково улыбнулась, сверкнув удивительно ровными и белыми зубами.
— Какой хорошенький и совсем молоденький. Я вижу, что он ужасно устал. Как же ты так его не берег, Мартин?
Она ухватила меня под локоть и увлекла в соседнее помещение, а оттуда по узкому коридорчику к еще одной двери, распахнув которую, мы оказались в небольшой комнатке с узким окном-бойницей под самым потолком. В центре стояла круглая бадья с высокими бортами, наполненная теплой ароматной водой с плавающими почти у края хлопьями пены.
— Раздевайся, дорогой, полежи пока в водичке, травки в ней заваренные хорошо расслабляют. А я пока подберу тебе что-нибудь на смену подходящего размера. Думаю, средний парнишка у Томы с тобой почти одного росточка будет.
Раздеваться при незнакомой женщине показалось мне верхом невоспитанности, и я смущенно замялся.
— Не стесняйся, — прозорливо упрекнула она, — я местная знахарка. Считай, почти треть от этого поселения в родах приняла, да еще стольких же по выселкам. Человечье тело, что женское, что мужское — до последнего кусочка знаю. Но уж ладно, молодой ты совсем, ты раздевайся, я отвернусь.
Страница 30 из 121
