Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

Просто дождаться! Конечно! Что же тут простого? Я не питал иллюзий относительно всей опасности этой самоубийственной выходки. Смертельно опасной! Шансов выжить у Мартина почти нет. Вся надежда только на то, что помощь будет быстрее, чем он сказал, или что твари по странной случайности обойдут заимку стороной. Боги, я только сейчас понял, что все мои проблемы смешны и надуманы. Подумаешь, пальцем тронули, разнылся, встал в позу… Да ерунда! Пусть еще изобьет, только останется жив, чтобы хоть видеть его можно было каждый день. Пусть даже меня бросит — неважно, только пусть выживет! Пожалуйста! Пожалуйста!

На поляне раздалось угрожающее низкое горловое ворчание. Я метнулся к столу и залез на него, приникнув к тонкой смотровой щели высоко под потолком. Твари все-таки вышли к заимке… Их было очень много. Особей тридцать, не меньше. У меня все не получалось посчитать точно, они постоянно перемещались и казались мне абсолютно похожими друг на друга: эта странная пародия на смесь зверя и человека с нездоровой серой кожей, огромными передними руками и задними ногами-лапами несколько меньшего размера, длинные клыки, выдвинутые за пределы рта, мощные, словно две пары кинжалов, и толщиной в несколько сантиметров когти на передних руках. Глубокие глаза выражали крайнюю злобность и сверкали неожиданной хитростью. Очень опасные противники. И таких много. Одинокая фигура Мартина казалась нелепой насмешкой перед этой совокупной животной мощью. Он стоял неподвижно в обманчиво расслабленной позе, но я знал, что именно из этого положения удобно начинать большую часть боевых связок. Твари застыли, как будто не решаясь нападать. Но вот, словно посовещавшись, они разделились на группы и начали обтекать Мартина со всех сторон. Он чуть сдвинулся к колодцу. Встав таким образом, чтобы не было возможности броситься ему на спину. Еще несколько секунд, которые отсчитывались оглушительным стуком моего сердца, и они кинулись одновременно — справа и слева. Я тихо вскрикнул, тут же зажав себе рот руками. Неуловимые для глаза высверки клинков и в стороны отлетают два окровавленных тела. Но в полете уже новые звери! Снова взмахи рук, отбиты два противника, но еще один успевает вцепиться зубами в бедро. Правая рука точным ударом отсекает голову зверя, зубы твари непроизвольно разжимаются, отрубленная башка со стекленеющим взглядом падает к ногам Мартина. Но я вижу, как по штанине расплывается темное пятно крови. Бой только начался, а он уже ранен! Нет, ему не выстоять половины терции!

А дальше твари кинулись сплошной стеной. Мне показалось, что фигура Мартина просто утонула под серыми телами, страшно вскрикнув, не думая о том, что творю, я кинулся к двери и одним ударом выбил засов из пазов. Распахнул дверь и со всех ног бросился к колодцу, к визжащей серой груде, под которой был мой Мартин. Я напал на них неожиданно, без раздумий и пощады нанося колющие удары со спины. Я выбирал удары, направляя их в сердце, или старался разрубать сонную артерию. Чьи-то зубы сомкнулись на моей ноге, когти исполосовали спину, но я словно обезумел, я не чувствовал боли, я рубил и кромсал, пока вдруг чья-то теплая и явно человеческая ладонь не схватила меня поперек туловища и не отбросила к дому одним мощным рывком.

— Дорин, прикрой мальчишку! — Ральф был страшен — весь в крови. Я увидел, что он тоже ранен, но все еще достаточно быстр и силен, чтобы продолжать бой. Рядом с ним сражался еще один крупный оборотень, раньше я никогда с ним не встречался.

Помощь? Это помощь? Но тогда почему их лишь трое?

— А где остальные? — я дернул за руку оборотня с темными волосами, собранными в хвост, который стоял сейчас передо мной, загораживая от нападений тварей.

Он разрубил бросившегося на него зверя почти пополам одним мощным ударом и не оборачиваясь сказал:

— Марика побежала в город. Скоро будут все, кто способен держать оружие. Большая часть тварей ушла стороной. Тут совсем небольшой отряд. С этими мы можем справится сами.

Сами? А не очень ли они самоуверенны?! Но тут я снова вскрикнул: Ральф отшвырнул очередную зверюгу и рывком вытянул из-под оставшегося клубка Мартина. Он был весь в крови, одного клинка не было, но второй он все еще сжимал в руке, и даже смог отмахнуться от твари, попытавшейся куснуть его за ногу.

— Он жив!

— Вроде да! — согласился мой защитник, ловко отправляя в полет очередного противника.

— Ты лучше помоги им, я сам могу за себя постоять!

— Не решай за меня, что мне лучше делать! Марика нас всех прибьет, если с тобой что-то случится.

— А если с Мартином?

— Тоже прибьет! Пригнись!