Ледышка для оборотня, или 101 способ ублажить старшего мужа

На месте останешься — умрешь, налево пойдешь — мужа потеряешь, а направо не ходи — все равно там ничего нет!

Прошло два дня с того замечательного момента, когда Рон нашел Анджея. Эти дни, все еще испытывая опасения за его здоровье и благополучие детей, маг не позволял раненому вставать даже для справления естественных нужд. Анджей злился, смущался, но переубедить озабоченного здоровьем нечаянного пациента мага было невозможно.

— Я поухаживаю за тобой. Что тут такого? Я мужчина, ты мужчина — наше строение совершенно схоже. Не стоит стесняться.

Кормили Анджея очень плотно, постоянно поили настойками разных трав, от которых тело приобретало былую силу и легкость и отступала даже мучительная тупая головная боль. Этим Рон немного напоминал Марику. Имя само собой всплыло у Анджея в голове, а вместе с ним пришел и образ удивительно знакомой женщины средних лет. Рон старался не надоедать юноше, но к исходу второго дня самочувствие Анджея настолько улучшилось, что просто лежать, разглядывая скромную обстановку хижины или пытаясь вспомнить хоть что-то о себе и своем прошлом, стало совершенно невыносимо, да и просто скучно. Рон не уходил надолго, отлучаясь только за тем, чтобы принести воды из ближайшего родника или дрова для растопки очага. Все разговоры сводились к обсуждению самочувствия и погоды. К концу второго дня Анджей не выдержал:

— Рон! Я так больше не могу. Я не хочу больше лежать. Мне скучно.

— Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь?

— Опять! Я уже только сегодня четыре раза говорил тебе, что у меня замечательное самочувствие.

— Я должен в этом убедиться. Ты разрешишь мне произвести магическое обследование?

— Это как? — удивился Анджей.

— Это несложно. Я просто осмотрю тебя магическим зрением.

— Это детям не повредит?

— Нисколько! — улыбнулся Рон. Ему очень нравилась забота Анджея о детях. Сам он детей очень любил, только судьба так повернулась, что своих ребятишек он так и не нажил, а ведь пятый десяток идет.

— Осматривай! — решился Анджей.

Рон отнесся к обследованию очень серьезно и был нимало удивлен результатами — юноша был практически здоров. Даже серьезная травма головы теперь не внушала опасений, гематома спала, ссадины практически зажили.

— Да на тебе, паренек, как на оборотне все зарастает! — удивился маг.

— Ну что ты, я человек! — улыбнулся Анджей.

— В этом-то я не сомневаюсь. Наверное, это у тебя индивидуальная особенность организма. Я, конечно, раньше с таким не встречался, но опытные лекари чего только не описывали. Что же, можешь, пожалуй, вставать, — разрешил он.

Анджея не нужно было упрашивать. Належавшееся вдоволь тело требовало движения. К тому же, очень хотелось помыться. Рон только головой покачал на эту просьбу.

— Извини, но я пока не разрешаю. Сам я моюсь под водопадом, тут недалеко. Но вода там горная, а стало быть, холодная. Ты же совсем недавно был ослаблен болезнью. Рано. Потерпи.

— А как же ты в холода моешься?

— А так же. Просто если каждый день водичкой той обливаться, то перехода к холодам не замечаешь. Даже чувствовать себя лучше начинаешь, я ведь почти не простужался все время. Но от совместной прогулки не откажусь.

Они бродили по окрестностям почти четыре терции. По дороге собирали полезные травки, Рон скупо рассказывал о себе — все больше о времени, проведенном в горах. Как-то зашел разговор о другой, «догорной» жизни, да только маг тут же стал неразговорчивым и замкнутым, отвечал односложно, и Анджею быстро стало неинтересно.

К вечеру Анджей не чувствовал под собой ног от усталости, но был страшно доволен. Прошли даже головные боли. На ужин Рон подал хорошо прожаренное над костром мясо горной серны. Но, несмотря на длительное движение на свежем воздухе, аппетита у Анджея совсем не было. Он вяло поотщипывал микроскопические кусочки от своей порции и отставил ее в сторону.

— Ты почему не ешь? — встревожился Рон. — Я пересолил?

— Нет, просто не хочется, и зябко как-то к вечеру, — Анджей пододвинулся поближе к огню.

Рон тревожно смотрел на нахохлившегося молодого человека. Может, рано он разрешил ему подняться с постели? Вроде, нет. С ним все было в порядке. Рон тихонько, не спрашивая разрешения, еще раз просканировал Анджея и удивленно нахмурил брови. Яркая еще утром аура юноши теперь пестрела вмятинами и разрывами, свет ее немного потускнел. Складывалось впечатление, что перед ним недомогающий, например, простуженный человек. Вот только Анджей был совершенно здоров.

— Скажи мне, как ты сейчас себя чувствуешь? — попросил Рон.

— Немного странно, — охотно ответил тот. — Спать хочется, холодно. Сил нет.

— Сил нет? Дай-ка мне свой амулет!