Лес

Вороны с боязливым карканьем улетели из дома. Белки тоже ускакали прочь. Все они сели на поляну перед избушкой. А избушка светилась всеми цветами радуги. Окна её становились то красными, то синим. Труба дымила. Из дома шёл сильный треск, и временами возгласы старухи. Она говорила на неизвестном языке.

Вдруг раздался тонкий, высокий писк. Белки зажали уши: звук этот был не возможен. Лена скорчилась на земле. Звук пробирал до самых костей. Голова рвалась на части. И внезапно всё сменилось тишиной. Животные недоумевали. Они подождали ещё немного, но ничего не происходило. И тогда любопытство взяло вверх. Они осторожно двинулись к избушке. Первыми вошли вороны, переговариваясь на своём, вороньем языке. За ними последовали белки.

На полу лежала распростёртая старуха. Ноги и руки её были неестественно раскинуты. Грудь тяжело вздымалась. Котёл был опрокинут, а по полу бегал маленький рогатый зверёк. Он обследовал пол, потом запрыгнул на стол, потом каким-то образом пробежался по потолку, а потом заскочил в печку, в которой ещё полыхал огонь. И исчез.

Старуха жалобно застонала.

— Ишь, чего хотела узнать… Рано мне ещё до этого… — промямлила она и опять отключилась.

Лена, не теряя зря времени, кинулась к старухе. Она заползла к ней в карман и вытащила от туда заветный мешочек.

Вороны молча смотрели за ней. Они на неё не нападали, будто бы власть старухи над ними ослабла.

— Бежим! — крикнула Лена.

И белки последовали за ней. Они отбежали на большое расстояние, так, что ненавистного домика стало не видно.

— Кто будет пробовать первым? — спросила Лена.

Никто не решался. Все боялись, что зелье превратит их в ещё более худших созданий. Скажем, из белки в гусеницу…

Невдалеке от них раздался лай. Дети обернулись. На них бежал Волчок. Теперь он им казался огромным, хищным и грозным. Им оставалось только молить, что он их узнает… Или… Белки кинулись в рассыпную. Лена отставила заветный мешочек, добытый таким трудом, и залезла на дерево. Дима шмыгнул в гущу кустов, а Слава спрятался за ствол дерева.

Волчок подбежал к мешочку и стал внимательно оглядывать местность. Но он не увидел белок. Пёс не собирался их есть, он узнал своих друзей даже в таком виде, и жалобно заскулил, призывая их не прятаться. Но для белок он казался огромным злобным чудовищем, которое непременно съест их.

Волчок понюхал мешочек. Радость засветилась в его глазах, и он даже подпрыгнул от счастья. «Сейчас он проглотит наш мешок, и мы навсегда останемся белками», — с ужасом подумала Лена. И опасения её начали оправдываться. Пёс наклонился к кулёчку, и осторожно, лапами и зубами стал развязывать его. Это было чрезвычайно сложно, потому что собачьи лапы не созданы для этого. Но, провозившись минут пять, он это сделал.

Лена не могла смотреть, как погибает их единственная надежда. Она спрыгнула с дерева, встала перед псом, и угрожающе, по-беличьи зацокала.

— Это же я — Волчок, — сказал человеческим голосом пёс.

Но белки его не поняли. Только слова ведьмы, да и друг друга они могли слышать. Поэтому Лене показалось, что он на неё залаял, злобно и угрожающе. Лена выставила свои маленькие коготки, готовясь царапаться и кусаться. Пёс сделал попытку приблизиться к мешку, и Лена, маленькая белочка с сердцем льва, кинулась на него.

Но он отбросил её лапой, и схватил зубами мешок. Порошок высыпался. Лена, увидев это, пришла в ещё большее бешенство. Она завизжала, и кинулась опять в атаку. Теперь и Слава с Димой не могли устоять на месте. И они все втроём нападали на собаку. А пёс отбрасывал их, не давая приблизиться к порошку.

— Вот вы где, мои беглецы!

Пока была драка, они не заметили подошедшую к ним ведьму.

— И ты здесь, пёсик! Видать, в тот раз я тебя мало наказала за твоё любопытство!

Все перестали драться и в ужасе уставились на неё. В руках у старухе была плётка — из ужасных живых змей.

Старуха взмахнула ей, и одна из змей, широко раскрыв пасть, удлинилась и схватила Славу. Бельчонок завизжал и попытался вырваться. Но хватка была смертельной.

Лена бросилась наутёк, она перескакивала через пни, бежала прямо через колючий кустарник… А Дима залез на дерево, и, забравшись высоко вверх, наблюдал за происходящим.

Волчок оскалился на старуху. Она взмахнула плёткой, но собака отскочила от смертоносной змеи. Тогда Волчок, пользуясь паузой перед новым ударом, рванулся к просыпавшемуся порошку, и лизнул его.

— Нет! — взревела старуха.

А пёс отбежал от неё на несколько шагов. И тут с ним стали происходить странные изменения. Шесть его стала короче, а потом и вообще исчезла. Лапы приобрели другие очертания. Уши уменьшились. И вот через пару секунд перед старухой стоял взрослый человек. Руки он сжимал в кулаки. А в чёрных глазах бурлила ярость.

— Я тебе отомщу! — взревел он и пошёл на ведьму.

Та испуганно взмахнула плёткой. Змея кинулась на человека, но он схватил её. Мужчина рванул плётку на себя, она выскользнула из рук старухи.