Липовая нога

Старик-от пошел смотреть репу-то: много нарвано ее да набросано. Старуха-то и говорит: «Кто же это нарвал? Люди? Дак унесли бы! Поди-ка ты, старик, карауль репу-ту!»

Старик и пошел караулить на ночь; лег под зарод. Вот и пришел медведь и рвет репу-ту. Нарвал береме да и потащил за огород. (Репа-та хрушкая была). За огород-от как перескочил, старик-от набежал, бросил топором да и отсек лапу медведю-то. Топор бросил тут, а сам-от убежал, спрятался.

Медведь-от ушел, а старик вылез, взял медвежью-то лапу да и унес домой. Унес домой-то, ободрал ее да и варить поставил — есть хотел. А шерстку-ту отдал старухе: «На, — говорит, — старуха, опреди медвежью-то шерстку — пригодится!»

Вот старуха села прясть. Медведь-от сделал липову ногу да идет; а нога-та поскрипывает: студено было. Вот медведь-от идет да и говорит:

Скрипи, скрипи, нога,

Скрипи, липовая!

Все по селам спят,

По деревням спят;

Одна баба не спит -

На моей коже сидит,

Мою то лапу варит,

Мою шерстку прядет! Старуха-то учула это да и говорит: «Поди-ка ты, старик, запирай двери-те: медведь-от идет». Старик-от вышел на улицу да и говорит медведю-ту: «Медведюшка-братанушка! Ты возьми верх-от ренки-то, а мне отдай исподь-от!» — «Ладно!» — медведь-от говорит: он не знает толку-то в репе, не понимает ничего. Старик стаскал домой репу-ту, а медведю оставил одну нетину.

Вот старик хлеб жать пошел. Медведь-от и пришел к нему на поле-то: «Нет, — говорит, — старик, отдай мне теперь исподь-от, а верх-от себе возьми! Не сладко!» Вот старик и говорит:«Возьми, медведушка! Возьми, братанушка! Да тогда неси исподь-от, как обмолотим».

Как обмолотили, медведь и сносил к себе в берлогу солому-ту, а хлеб-от старик домой привез.