Love is touching souls (surely you touched mine)

— Очень точно подмечено, — Том на мгновение прикрывает улыбку ладонью, прежде чем берёт Гарри за руку. — Абраксас — верный последователь и хороший источник ресурсов.

— Последователи, — закатывает Гарри глаза и следует за Томом, когда тот тянет его к остальным. — Смешно.

— Не стоит высмеивать Вальпургиевых Рыцарей, — упрекает его Том.

Гарри хохочет, и его громкий смех не может перекрыть даже музыка и разговоры волшебников и волшебниц.

— Каких рыцарей?

— Как будто это более нелепо, чем Пожиратели смерти, — огрызается Том. — А теперь прекрати смеяться и танцуй со мной.

Гарри замирает.

— Ни в коем случае.

— Не нравится танцевать?

— После бала на четвёртом курсе — нет.

Том слегка щурится, словно принимая вызов, и говорит:

— Может, у тебя просто не было подходящего партнёра.

— Том, — возражения Гарри затихают, когда они входят в расступающуюся перед ними толпу.

Ночной зимний воздух приятно холодит кожу, когда Гарри вытаскивает Тома в сад поместья Малфоев. На усыпанном звёздами небе ярко светит луна, наполняя сад голубоватым свечением. Несмотря на снег, в саду не перестают цвести белые розы.

Гарри улыбается, выдыхая клубы пара, когда видит их. Он подходит к ним и кончиками пальцев касается мягких лепестков, наслаждаясь ночным воздухом. Том следует за ним. До них доносятся звуки из поместья, но по мере того как они отходят, музыка и шум толпы затихают.

Пальцы осторожно, еле касаясь, скользят по длинному стеблю и в конце концов ловко срывают бутон. Гарри подносит его к лицу и, вдыхая сладковатый аромат лепестков цвета слоновой кости, бросает на Тома хитрый взгляд зелёных глаз. Огонь в его взгляде словно ответ тому желанию, которое нарастало в глазах Тома во время трапезы, напитков и бесконечных танцев.

Том криво усмехается. Его волосы, обычно аккуратно уложенные, растрепались во время празднования. Его мантия небрежно расстёгнута, и он выглядит коварно и одновременно очаровательно, как какой-нибудь герой из романов Бронте.

Том тоже тянется за розой, но ему не хватает проворства, и шипы впиваются в в кончики пальцев, прежде чем он успевает сорвать бутон. Хмурясь, он отдёргивает руку, которая уже начала кровоточить.

— Это нужно делать быстро, — говорит Гарри. — Они заколдованы.

Том бросает на него взгляд тёмных глаз.

— Как ты мог знать?

— Нарцисса Малфой, мать Драко, — Гарри подходит ближе и берёт руку Тома в свою, держа розу в другой. — Я добился того, что им просто дали испытательный срок после войны, а не отправили в Азкабан. И не позволил сломать их палочки.

Том наблюдает, как Гарри что-то нашёптывает над ранкой и сцеловывает кровь.

— В качестве благодарности меня несколько раз приглашали на чаепития. За шестьдесят лет розы в саду нисколько не изменились. Как и павлины, — он кивает в сторону белых птиц, которые прохаживаются вдоль живой изгороди.

Пальцы Тома обхватывают ладонь Гарри.

— И кто же научил тебя срывать их?

— Рефлексы ловца, — улыбается Гарри и, подняв розу, засовывает её в карман Тома, напротив сердца. — Увидел однажды, как это делает Драко, и сделал так же.

— Ты уверен, что он не твой любовник? — хмуро спрашивает Том.

— Абсолютно, — говорит Гарри, закатывая глаза. — А что? Ревнуешь?

— Сама мысль о том, что кто-то другой прикасается к тебе, заставляет мою кровь кипеть.

— Оу, — не сразу отвечает Гарри.

— Ты удивлён?

— Да, — говорит Гарри, а затем хмурится. — То есть нет. Но…

— Ри-и-и-и-и-иддл! — кричит молодая Вальбурга из поместья в сад. — Скоро начнётся отсчёт!

Том чертыхается и тащит Гарри к живой изгороди. Павлины разбегаются перед ними, и Гарри еле сдерживает смех, когда Вальбурга опять зовёт их. Ухмыляясь, Том накрывает рот Гарри ладонью, чтобы заглушить возможный смех, но ему и самому тяжело сдерживать веселье, когда его бывшие однокурсники, определённо пьяные, зовут их. Том прижимается к Гарри, и они стоят, тяжело дыша.

Где-то вдали слышны раскаты.

— Чёрт! — ругается Абраксас. — Слишком рано! Ещё слишком рано!

Небо взрывается белыми и зелёными огнями. Гарри смеётся в ладонь Тома; его глаза сияют за стёклами очков.

Том качает головой и наклоняется, чтобы их лбы соприкоснулись.

— Они идиоты.

— Это в каком-то смысле замечательно, — говорит Гарри, когда Том убирает руку.

Их пальцы переплетаются.

— Ты замечательный.

— Том, — Гарри пытается сделать укоризненный вид, но у него не получается, — я даже боюсь надеяться, что ты делаешь мне поблажки.

— Так оно и есть, — отвечает Том и убирает чёлку с лица Гарри. — На самом деле я…

Ещё один залп салюта. Ещё один дождь из огней.

Гарри видит, что Том смотрит на него с выражением ужаса на лице. Его брови сведены над тёмными глазами, когда он делает шаг назад, чтобы лучше рассмотреть Гарри. Облизав губы, он ещё внимательнее всматривается в лицо Гарри, словно чтобы навсегда запечатлеть в памяти каждую деталь.