Ловец бабочек

Такие разные взгляды имперца и бретона не предвещали ничего хорошего, и я посчитала за лучшее временно слинять, пока они не остынут. Прихватила остатки вина и, неловко огибая столики, вышла в ночь.

Кто в этом мире царь горы? Почему одни могут класть себе подобных пачками, наслаждаясь жизнью, а другие теряют её, едва пытаясь бороться за справедливость? Дайте мне ответ через три… Две… Одну…

Звёзды молчали. Только старые дубы скрипели от холодного ветра. Так легко представить их голосами демонов, за которыми просто не слышно того, кто важнее всех. Но даже это забрали. Остаётся лишь собственная треснутая голова, эхо мыслей и неясные ночные кошмары. А кто-то смеётся, сидя на пушистом облачке. Для кого-то это прекрасное маленькое действо — приятный аперитив, лишний повод для сатирических разговоров с коллегами и немного хороших воспоминаний… Окутанный светом, поедая виноград из божественных садов, запивая вином из одуванчиков, кто-то, укутанный океаном небесной синевы, просто медленно и торжественно меня убивает. И голос никогда не послышится за ветром. Мне надоело страдать и надеяться, что за следующим поворотом всё обязательно станет хорошо. Нужно просто запастись терпением, ведь в конце всё будет именно так, как надо. Я всегда это знала.

Время жить и время убивать.

Меня бесцеремонно схватили со спины и развернули к себе.

— Ты сегодня очень красивая, — прошептал Сангвин, скалясь белоснежными зубами.

Довольно много времени прошло с нашей последней встречи. Я молча изучала его неуловимо изменившееся человеческое лицо, вливая в себя остатки вина. Затем разбила бутылку о голову даэдра. Без потёков напитка на лбу он смотрелся не так жалко, но не переводить же на это дерьмо хороший продукт. А ещё отчаянно хотелось набраться смелости для чего-то большего, чем словесные перепалки и мелкое членовредительство.

Небо за чёрными холмами пронзила молния. Воздух пах дождём.

— И злая. Мне нравится, но, знаешь ли, не лучшее для тебя сочетание.

Он с интересом рассматривал запачканные в крови пальцы. Красного там было больше от порезов осколками стекла, застрявшими в волосах, чем из небольшой раны на виске.

— Мы давно не виделись, и вот так ты меня встречаешь, Элис? Я обижен.

Простите, я, наверное, заставила вас думать, что происходящее было мне безразлично. Ком в горле, игла под самым сердцем, рвущийся наружу крик и невозможное желание раскрошить его череп голыми руками — ведь это так глупо звучит, пока не почувствуешь сам… А для кого-то обычное дело, хотя и после стольких лет болит не меньше.

До крови раздирая ногтями ладони, я твёрдо взглянула Сангвину в глаза. Все мысли о конспирации, блефе, двойной игре меркли при взгляде в эти бесконечно чёрные угли. Я почти задыхалась от нестерпимого желания, нет, необходимости проорать в лицо этому напыщенному ублюдку о том, с каким превеликим удовольствием я сотру их всех нахрен из этого мира! Всё внутри просто пылало — странно, что под ногами до сих пор не загорелась трава.

— Я всё-всё о тебе знаю, дорогая Элис. Что бы ты не затевала — оставь свои игры и вспомни, наконец, о нашем договоре.

Ты! Смеешь!

Я до крови прикусила губу, пытаясь не закричать. Сукин сын блефует, ни черта он не знает о наших планах, иначе бы я уже давно была мертва; но бесцеремонно забрасывать меня сюда, принуждая к убийству, а затем называть это договором — каким же бесхребетным ничтожеством он меня считает? Ах да, это нормально. Ведь он сраный лорд мать его даэдра.

Нельзя срываться. Нельзя… Ну почему так больно?!

— С тобой всё в порядке?

Сангвин переменился в лице. «Всё было в твоём взгляде»… Мне было уже насрать, что он там увидел. Чёрная смола затопила сознание, выжигая остатки здравого смысла, которые в последние минуты держали меня на плаву. Нет, я не свернула ему шею… Просто упала на траву и разрыдалась. Это не были пьяные слёзы, алкоголь в крови давно испарился. Хриплый вой прожёг себе путь наружу, наконец-то не встретив сопротивления. Несколько его мерзких слов… Я не железная, я просто человек.

Незаметно начался дождь.

Не помню, сколько времени я пролежала в мокрой траве. Звёзды всё так же бездушно висели в небе, ухмыляясь сквозь пелену туч. Что-то внутри затвердело, превращаясь в непробиваемую броню, будто смола, схватив ещё тлеющее в груди тепло. Да и к лучшему.

Когда я поднялась на ноги, рядом уже никого не было.

Раскисла, тряпка… Я максимально привела одежду в порядок и пошла обратно в таверну. Пора было приглашать в наше логово гостей. Что там посох, после такого морального изнасилования магические галлюцинации покажутся мультиками.

Мужчины поджидали меня у главного входа. Молча стояли под навесом, не обращая внимания на протекающую крышу. Плечо имперца уже промокло от невозмутимо падающих капель. Он один решился задать вопрос, хотя удивлёнными выглядели оба:

— Почему Элис выглядит, будто ощипанный цыплёнок?

— Пшёл ты.

Он аж задохнулся от возмущения.

— Что-о?!

— Пошли, говорю. Так и быть, не будем терять времени.