На твоей кровати умерла девочка

Это было давно. Мы, двенадцать человек из трех групп (численность была 75 человек и пять вольнослушателей), были отправлены на работу в колхоз после первого курса. Ими оказались честные городские — два парня и три девушки, и мы, общежитские. Городские не скрывали, что для них это — романтика (они могли в любое время съездить домой, рейсовые автобусы подбирали всех), которые вырвались отдохнуть от города. Остальные имели справки, «заболели», или «умерли» бабушки, дедушки… Так, из семидесяти пяти человек мы поехали в загородный бывший пионерлагерь. Находился он высоко от трассы. До ворот шли пешком. Устроились Это был один домик и три комнаты. В первой были четыре парня — те городские и два деревенских из дальних районов, как мы, в соседней поселились бойкие девчонки — городские три и их наша общежитская, и нас было четверо.

В первый день мы осматривали территорию, спустились на речку, это дальше лагеря, нужно спускаться по высокой траве, потому что лагерь давно уже был закрыт, и «принимал» только студентов для временных летне-осенних работ. Вечером все пошли на дискотеку. Все спокойно и мило. Деревня — это другой мир.

Познакомились с местными, подружились. Пригласили к нам на ужин.

На следующий день, когда мы проснулись, оказалось, что на улице сыро и мокро. Ночью был дождь. Нас на поле не взяли. Пришлось сидеть в комнатенках.

Вот тут мы и стали на практике применять все наши «знания» из детских лет. Все собрались в нашей комнатенке.

Разные игры, фокусы, какие-то тесты, анекдоты, истории из жизни, в дневное время — это веселые и смешные случаи. На обед мы спустились в столовую, которая недалеко от клуба. Есть хочется, как миленькие, держась за стебли бурьяна, в кедах, скользили до жижистой узкой тропке, по которой ходили коровы. Обратно пошли в обход. Делать нечего, а в комнаты не хочется. К нам присоединились вчерашние девчонки — ровесницы, которые остались после школы в деревне.

Они, хотя и пионерлагерь был в их деревне, ни разу не отдыхали, потому что летом — жаркая пора (сбор ягод, потом грибов, заготовки на зиму, работа дома и на ферме, сенокос).

Но они дружили с «лагерными». Они знали много историй, и до вечера было скучно не было. Конечно, после ужина истории стали переходить на страшилки.

— Кстати, девчат, Тань, на твоей кровати умерла девчонка. Она отравилась, мучилась долго, пока врач из столицы приехал, наша фельдшер на сенокосе была, в другой деревне.

Бедная Таня. Она итак впечатлительная, в жизни она не переживала разные «документальные» реальные истории, не читала Эдгара По (я украдкой читала в старших классах), не смотрела страшные фильмы («Спрут», «Вий», «Степфордские жёны» и некоторые другие), была в шоке. Хотя мы«знали» больше, но пугались одинаково. Каково это спать в комнате, где напротив тебя умерла девочка? А наши«шустрые» начали свои страшилки: почему умерла, каким образом, может, отравили. Да, еще ночь на дворе. Тане стало так плохо, что она стала истерить. А плакать она начала навзрыд, это тоже страшно, успокоить не можем, лекарств у студенток откуда там может быть? Даже странно то, что мы жили в единственном полу жилом домике, а на территории ничего нет, как будто в заброшенном лагере. А мы в первый день ждали руководителя из преподов. Но его не прислали и на второй день. Оказывается, нашими командирами были двое бывших армейцев, доверили нас им.

Тане повезло, вместе с ней и нам. На третий день нас забрали, потому что пошли дожди.

СССР — 22.08.26.