Люди

Ближе к ночи я отправился в спальню, как и все наши, и еще некоторое время лежал, глядя на темный полог, размышляя о том, что хотел бы тоже быть кем-то другим. Теперь уже не таким, как Дэрек, да и вообще не походить на кого-то известного мне. Мой образ идеала был абстрактным. Я хотел не чувствовать, поступать всегда не по воле сиюминутных желаний, а обосновывая свои выборы лишь логически, убивать и, допустим, исцелять, ничего не чувствуя. Я усмехнулся, поняв, что это близко к определению Бога. Абсолютная справедливость, карающая и поощряющая.

Когда я выбрался в гостиную в час ночи, там уже сидели наши полным составом. Следом подтянулись и Симус с Дином, хоть я и не хотел их будить. Видимо, они тоже не спали.

— В общем это, — Дэрек тоже переживал, вечером, когда еще было полно времени, он был спокойным. — Удачи вам.

Он протянул нам тот самый злополучный флакон Феликс Фелициса, про который я уже успел забыть. На троих там вполне хватало. Мы по очереди выпили зелье с горла флакона. После этого выпили Старящее зелье, сохраненное у Симуса со времен его активной продажи близнецами. Дэрек еще раз нам кивнул, и мы вылетели в окно гостиной на метлах, чтобы залететь в окно коридора третьего этажа. Покидать башню факультета через портрет было палевно.

— Боишься? — спросил я Колина перед проходом, ведущим в Сладкое королевство.

— Да, — честно ответил Криви, и я улыбнулся ему.

Шли по коридору друг за другом, так как узкий проход не позволял иного, а потом молча плелись до станции Хогсмид, где находились общественные камины. Переместились мы, естественно, не в клинику, а в Косой переулок. Оттуда снова полетели на метлах. Не думал, что этой теплой весенней ночью у меня замерзнет жопа, но это произошло. Решил в Мунго спиздить еще и одеяло на обратную дорогу.

План наш был прост и сложен одновременно: Колин пробирается в больницу, мы с Мэттом ждем на улице. Криви находит нужную палату и открывает окно, чтобы я мог туда попасть через него. В Мунго система была такой, что окна открывались с одной стороны в целях безопасности. Я подумал, что с безопасностью тут дела плохи. Дядя Вернон был бы в ужасе.

Главное там Колину не попасться и пробраться на нужный этаж — пятый, а дальше найти нужную палату. Рассчитывать, что ему на пути никто не встретится — глупо, но для этого мы и пили Старящее зелье.

Мы остались смотреть, как Колин, постоянно оглядываясь, сквозь стекло протягивает ужасающему манекену с отклеенными ресницами и какой-то убогой тряпкой вместо одежды, свой пропуск. Манекен, взяв его, поманил пластмассовым пальцем, и Колин прошел сквозь стекло. Все это выглядело жутко, если смотреть со стороны. Так себе способ попасть в больницу, не для слабонервных.

Мимо прошли две девушки, возможно, моего возраста или немного старше. В коротких юбках и на каблуках, ярко накрашенные. И я решился стрельнуть у них сигарету.

— Ты от кашля не помрешь, дедуля? — спросила одна из них, блондинка с сухими от перекиси волосами.

— Нет, внученька, не помру, — улыбнулся я, вспомнив свой внешний вид после Старящего зелья.

Она приподняла брови, состроив брезгливую гримасу, но достала из кармана пачку Винстона.

— И огонька бы.

Девушка поднесла зажигалку, я затянулся. Вообще, это по части Дадли, у них кто-то в школу привозит сигареты. Прошлым летом курили с пацанами в Литлл-Уининге, в Хогвартсе у нас как-то не принято, но сейчас захотелось.

— Спасибо.

— На здоровье, — ехидно ответила белобрысая, и они с подругой удалились, хихикая. Наверняка расскажут подружкам, как только что у них дед сигарету стрельнул. Хотя что в этом забавного?

Время шло, я затянулся в последний раз и потушил окурок об стену здания клиники, а Колина все не было видно. Мне стало боязно, и я начал прикидывать варианты неблагополучного развития событий.

— Эй, — Криви высунулся из окна прямо надо мной, — Взлетайте.

Палата оказалась одноместной и выглядела не так, как в маггловских клиниках. Обычная белая постель, какой-то полупрозрачный кокон вокруг, от которого два воздушных смерча шли прямо в нос Крэббу. А запах все равно тот же — лекарств и хлороформа.

— Это что за хрень?

— Да фиг знает, — Мэтт подошел к кокону и провел по нему рукой, дотронулся до белого покрывала, которым был прикрыт Крэбб. — Он нематериален. Слушайте, вот мы тут, что дальше-то?

— Я стою на стреме у входа в палату, ты, Мэтт, держишь Крэбба, если потребуется. Колин, — я смотрел на Криви, как будто говоря, вот он — твой шанс быть тем, кем ты так иррационально хочешь быть. — Ты душишь его подушкой. Магией пользоваться нельзя, другие способы тоже более палевные.

Колин сглотнул, но кивнул. Я открыл дверь и вгляделся в коридор. Он был пуст и типичен для больницы — светлые стены, стулья и большие окна палат, одни занавешенные, дургие нет.