Май-июнь 1998. На профессионального киллера Павла Тумасова после очередного выполненного «заказа» начинается охота. Скрываясь от преследователей, Павел уезжает в родной Баку. Там он узнает, что его племянница, с которой он разговаривал пару дней назад по телефону, на самом деле уже год как погибла в автокатастрофе. Расследуя причины ее гибели, Павел погружается в криминальную жизнь города и сталкивается с каннибалами…
238 мин, 43 сек 7452
После обеда пришли гости. Гостей было несколько, и одного из них Павел знал: Хамид-ака!
— Я что, ранен? — спросил Павел.
— Молодец! — откликнулся Гасанов и сел рядом на кровать. — Только пришел в себя, а уже разбираться начинает. Лежи-лежи. Рано. Лечись. В ногу тебя ранило.
— В ногу?
— Да, ты много крови потерял, но кость не задета. Поправляйся.
— Как вы меня нашли?
— В скорую звонила какая-то девушка, — вмешался один из пришедших с Хамидом, судя по солидному внешнему виду — врач. — назвала ваш адрес, сказала, что человек лежит при смерти. Мы приехали, входная дверь была открыта, а вы лежали на диване без сознания. У вас нога была сильно задета, опоздай мы минут на пятнадцать — вы бы кровью истекли.
— Какая девушка? — встрепенулся Павел. — Она назвала себя?
— Да, она представилась Натальей, сказала, ваша племянница.
— Как?
— Так и сказала, племянница. Мы вас сюда и привезли, пулю вытащили, а потом ваши друзья приехали.
Павел выразительно посмотрел на Хамида. Тот кивнул и все остальные покинули палату, в том числе врач.
— Эх, Паша, Паша, бедовая еврейская голова. — сокрушенно покачал головой Гасанов. -Таких дел натворил и сам чуть не погиб…
— А почему еврейская, Хамид-ака? У меня же отец осетин!
— Не осетин, а тат, Паша! То есть горский еврей. А девичья фамилия твоей мамы кстати, — Бердичевская. Вот и выходит по всем данным, что ты у нас гордый еврейский парень. Мы планировали средней руки провокацию, просто чтобы стравить две банды — но тут дилетант вмешался, все напортачил, моего помощника и себя под пули подставил. Знаешь этого дилетанта? Тумасов фамилия… Ну-ну-ну, не взбрыкивай, ведь все правильно, Ивану ты теперь по гроб жизни обязан… В общем, почестей от меня не жди.
— Наталья жива! Она ко мне приходила сама.
— Ты уверен в этом, Паша?
— Да. Она же разговаривала с врачом.
— Ну тогда я вообще ничего не понимаю.
— Мне нужно найти ее. Обязательно нужно найти. Помогите мне в этом, Хамид-ака.
Интересно, когда и кто открыл дверь и оттащил шкаф, — мелькнуло в голове у Павла.
— Но где я тебе ее возьму? — удивился Гасанов. — Где мы будем ее искать?
— Где, где, где! — нервно передразнил его Павел.
Гасанов недоуменно уставился на него.
— Хамид-ака, мне очень нужна машина. — смягчив голос, подал назад Павел. — Она ушла сегодня утром, значит она где-то рядом и ее надо найти, понимаете, обязательно надо найти!
— Успокойся, Паша, — спокойно излагал Хамид Вахидович. — я скажу своим людям, чтобы они поискали ее.
— Спасибо. Кстати, как вы меня нашли-то?
— Мне мои люди сообщили о перестрелке у кинотеатра Ашхабад, я сразу понял, что это с вашей парочкой связано. Более ценные сведения я получил от своих старых знакомых в главном управлении. Тебя не оказалось среди убитых, поэтому мы прошерстили все морги, все больницы в городе и нашли тебя. Вот еще, Паша, — доверительно сообщил Хамид Вахидович, — тебя в этой больнице как-бы официально нет. Это я сделал для того, чтобы тебя не донимали расспросами по поводу твоего огнестрельного ранения. Поправляйся, Паша.
— Я бы хотел уже сегодня выписаться.
— Не стоит Паша. Тем более, что тебя могут искать. Отлежись здесь пару дней, мои люди поищут твою Наталью.
— А я что, под охраной?
— Расул присмотрит, чтобы никакие посторонние люди к тебе не сунулись, мало ли.
Прошло еще два долгих, наполненных ожиданиями дня. Павел коршуном кружил по палате, не находя себе места. Визит Хамида Вахидовича не привнес успокоения.
— Мы не обнаружили никаких следов твоей сестры. Она словно растворилась в воздухе.
— Спасибо, Хамид-ака, я ее сам буду искать.
— Как твоя нога?
— Да заживает вроде, хожу без проблем.
— Не хочешь проконсультироваться у специалиста? Это Эрик Белявский, классный хирург, я тебе скажу…
— Хамид-ака, я хочу долеживаться дома. Муторно мне тут.
— Ну, Паша! Я покажу тебя все-таки ему.
Гасанов вышел из палаты и через несколько минут вернулся с блондином средних лет, правильные черты лица которого немного портил шрам на губе, уходящий в подбородок. Блондин первым делом нахмурился, оглядев Павла, и командно потребовал всем посторонним выйти из палаты — здесь врач распоряжается, а не кто-то там, пусть даже такие авторитетные люди. Можно, конечно, усмехаться, но даже Хамид Вахидович степенно покинул палату. Блондин усмехнулся и велел Павлу показать больную ногу. После чего достал из широкого кармана халата тонкую книжку, похожую на историю болезни и пролистав ее, невозмутимо скомандовал:
— Против выписки не возражаю. Долечиваться будете дома. — и развернувшись, скрылся в дверях.
Павел последовал за ним. Он увидел как блондин разговаривает с Хамидом Вахидовичем, рядом почтительно держится брюнет с борцовской фигурой, приземистый, с квадратной физиономией и короткой стрижкой — наверняка шестерка Гасанова, как и Болт.
Увидев Павла, блондин ткнул в его сторону карандашом:
— Я что, ранен? — спросил Павел.
— Молодец! — откликнулся Гасанов и сел рядом на кровать. — Только пришел в себя, а уже разбираться начинает. Лежи-лежи. Рано. Лечись. В ногу тебя ранило.
— В ногу?
— Да, ты много крови потерял, но кость не задета. Поправляйся.
— Как вы меня нашли?
— В скорую звонила какая-то девушка, — вмешался один из пришедших с Хамидом, судя по солидному внешнему виду — врач. — назвала ваш адрес, сказала, что человек лежит при смерти. Мы приехали, входная дверь была открыта, а вы лежали на диване без сознания. У вас нога была сильно задета, опоздай мы минут на пятнадцать — вы бы кровью истекли.
— Какая девушка? — встрепенулся Павел. — Она назвала себя?
— Да, она представилась Натальей, сказала, ваша племянница.
— Как?
— Так и сказала, племянница. Мы вас сюда и привезли, пулю вытащили, а потом ваши друзья приехали.
Павел выразительно посмотрел на Хамида. Тот кивнул и все остальные покинули палату, в том числе врач.
— Эх, Паша, Паша, бедовая еврейская голова. — сокрушенно покачал головой Гасанов. -Таких дел натворил и сам чуть не погиб…
— А почему еврейская, Хамид-ака? У меня же отец осетин!
— Не осетин, а тат, Паша! То есть горский еврей. А девичья фамилия твоей мамы кстати, — Бердичевская. Вот и выходит по всем данным, что ты у нас гордый еврейский парень. Мы планировали средней руки провокацию, просто чтобы стравить две банды — но тут дилетант вмешался, все напортачил, моего помощника и себя под пули подставил. Знаешь этого дилетанта? Тумасов фамилия… Ну-ну-ну, не взбрыкивай, ведь все правильно, Ивану ты теперь по гроб жизни обязан… В общем, почестей от меня не жди.
— Наталья жива! Она ко мне приходила сама.
— Ты уверен в этом, Паша?
— Да. Она же разговаривала с врачом.
— Ну тогда я вообще ничего не понимаю.
— Мне нужно найти ее. Обязательно нужно найти. Помогите мне в этом, Хамид-ака.
Интересно, когда и кто открыл дверь и оттащил шкаф, — мелькнуло в голове у Павла.
— Но где я тебе ее возьму? — удивился Гасанов. — Где мы будем ее искать?
— Где, где, где! — нервно передразнил его Павел.
Гасанов недоуменно уставился на него.
— Хамид-ака, мне очень нужна машина. — смягчив голос, подал назад Павел. — Она ушла сегодня утром, значит она где-то рядом и ее надо найти, понимаете, обязательно надо найти!
— Успокойся, Паша, — спокойно излагал Хамид Вахидович. — я скажу своим людям, чтобы они поискали ее.
— Спасибо. Кстати, как вы меня нашли-то?
— Мне мои люди сообщили о перестрелке у кинотеатра Ашхабад, я сразу понял, что это с вашей парочкой связано. Более ценные сведения я получил от своих старых знакомых в главном управлении. Тебя не оказалось среди убитых, поэтому мы прошерстили все морги, все больницы в городе и нашли тебя. Вот еще, Паша, — доверительно сообщил Хамид Вахидович, — тебя в этой больнице как-бы официально нет. Это я сделал для того, чтобы тебя не донимали расспросами по поводу твоего огнестрельного ранения. Поправляйся, Паша.
— Я бы хотел уже сегодня выписаться.
— Не стоит Паша. Тем более, что тебя могут искать. Отлежись здесь пару дней, мои люди поищут твою Наталью.
— А я что, под охраной?
— Расул присмотрит, чтобы никакие посторонние люди к тебе не сунулись, мало ли.
Прошло еще два долгих, наполненных ожиданиями дня. Павел коршуном кружил по палате, не находя себе места. Визит Хамида Вахидовича не привнес успокоения.
— Мы не обнаружили никаких следов твоей сестры. Она словно растворилась в воздухе.
— Спасибо, Хамид-ака, я ее сам буду искать.
— Как твоя нога?
— Да заживает вроде, хожу без проблем.
— Не хочешь проконсультироваться у специалиста? Это Эрик Белявский, классный хирург, я тебе скажу…
— Хамид-ака, я хочу долеживаться дома. Муторно мне тут.
— Ну, Паша! Я покажу тебя все-таки ему.
Гасанов вышел из палаты и через несколько минут вернулся с блондином средних лет, правильные черты лица которого немного портил шрам на губе, уходящий в подбородок. Блондин первым делом нахмурился, оглядев Павла, и командно потребовал всем посторонним выйти из палаты — здесь врач распоряжается, а не кто-то там, пусть даже такие авторитетные люди. Можно, конечно, усмехаться, но даже Хамид Вахидович степенно покинул палату. Блондин усмехнулся и велел Павлу показать больную ногу. После чего достал из широкого кармана халата тонкую книжку, похожую на историю болезни и пролистав ее, невозмутимо скомандовал:
— Против выписки не возражаю. Долечиваться будете дома. — и развернувшись, скрылся в дверях.
Павел последовал за ним. Он увидел как блондин разговаривает с Хамидом Вахидовичем, рядом почтительно держится брюнет с борцовской фигурой, приземистый, с квадратной физиономией и короткой стрижкой — наверняка шестерка Гасанова, как и Болт.
Увидев Павла, блондин ткнул в его сторону карандашом:
Страница 27 из 67
