Провинциальный промышленно-торговый городок никогда не знал никаких беспокойств, грабежи были мелкими и редкими, а маньяков было максимум двое за год. Но не теперь, когда чудовища выбрали этот энный городок «колизеем» для Игры. Игры, куда они зовут самых сумасшедших, кровавых и ужасных убийц и маньяков, которые убивают лишь потому, что им это нравится, а зовут для того, чтобы они просто убивали друг друга, забавляя чудовищ, а в конце победителя ждёт невозможный приз.
194 мин, 19 сек 4717
Выгнав его, она осела на пол и отёрла лоб от пота:
— Фух… Вот как же с ним сложно.
— Ага, — сказала сонная Грен, — я спать дальше.
Весь следующий день они так и проспали.
— Келли? — спросил он.
Она кротко кивнула, взаимно спросив:
— Кевин?
Он тоже кивнул, сев рядом.
— Надеюсь, тебя не смущает мой наряд? — спросила она.
— Ничуть. Он тебе очень идёт, ты в нём такая… ммм… симпатичная.
— Приятно это слышать.
Они долго говорили, а потом Кевин пригласил её в кино. На последнем ряду было очень удобно целоваться, им повезло — никто, кроме них, там не сидел. Но самое интересное было то, что фильм был кровавым хоррором про убийства.
— Кевин… — выдохнула она. — Пойдём… ко мне домой…
Он чуть странно приулыбнулся:
— Да…
Келли знала, а Кевин не знал. У него не было безумия, и он не мог чувствовать. А Келли чувствовала это желание… убить его! Ни с одним из парней, с которыми она проводила ночи, а потом убивала, такого ещё не было — она ещё никого не желала так убить, как его, и она предвидела, что произойдёт дальше.
Когда звякнул ключ, поворачиваемый в двери, они упали на пол прихожей. Но тут… он ударил её.
Келли очнулась у себя в комнате, наручниками прикованная к кровати. Она улыбнулась. Так вот что значит, «чувствовать Игрока»… Она сказала сладким голосом:
— Кевин! Я жду тебя…
Он услышал это из ванной. Кевин не предполагал, что она так отреагирует. С тех пор, как он попал на то сборище монстров и ему выпала карта Насильника, он начал опасаться многих людей.
— Кевин… — ещё раз позвал голос.
Руки его дрожали. Давай же, сделай это, как ты делал со многими девушками. Одной больше, одной меньше. Просто возьми пистолет и, когда наслаждение кончится, отправь жертву на тот свет, в чём проблема?
Он подошёл к ней.
— Ты ждала меня? Это прекрасно.
Он запустил руки в её волосы и обнял за талию. Она прошептала нежно ему на ухо:
— Кевин… я… Я так хочу…
— Продолжай, — сказал он, целуя её, но затем отпустил, чтобы она договорила.
И тут лицо её исказила безумная улыбка, в ярко сияющих глазах сузились зрачки, и, хотя она просто улыбалась, ему показалось, будто бы она вся в крови:
— … убить тебя!
И тут она быстрым рывком разодрала слабые цепи на наручниках. Из-под подушки она достала что-то блестящее. Это оказался странный кусок арматуры с бантом, привязанным чьей-то безумной рукой.
— Извини, красавчик, но моя единственная любовь — он! Железный Джек так прекрасен, особенно в чьей-то крови, — посмотрела она на свою арматуру.
Кевин достал пистолет. Револьер.
— Пули из моего Карателя тоже красивы только в чьём-то теле.
Келли рассмеялась:
— Так значит, Кевин Насильник? Я Келли Протыкатель, приятно было познакомиться…
Кевин начал стрелять нескончаемыми патронами из Карателя, но Железный Джек легко отбивал их.
— Хм, ты действительно думаешь, что маньяк-насильник может стоять наравне с маньяком-убийцей? — спросила она. — Но не бойся… В твои последние минуты я буду с тобой рядом… Ах, это же так романтично! — улыбнулась мило она и замахнулась загнутым концом арматуры, ударив Кевина по голове. Железный Джек с одного конца окрасился в алый цвет, повествуя о черепно-мозговой травме противника.
— Теперь и другой конец Джека тоже надо покрасить… — сказав это, она воткнула острый конец арматуры в живот Кевина. — Не бойся, милый. Я буду твоим самым близким человеком в последние минуты… — сказала она и села рядом с ним, улыбнувшись, вся в крови. Когда пульс окончательно утих, она опустила одну руку, что была в перчатке, в лужу его крови, и его кровью нарисовала на полу большое сердце. И улыбнулась, когда пришло чудовище, чтобы съесть труп.
— Как ты этого… — сказало оно, чавкая. — Сама-то как?
— Да ничего, как видишь, — осмотрела она себя. — Правда, краски на сердце оказалось маловато, так что оно незакрашенное получилось.
— Знаешь, я тебе скажу честно, что ты пока одна из сильнейших маньяков в Игре. За тебя болеет много моих друзей.
— О-о, так вы там уже ставки делаете? Ну и кто там впереди всех?
— Алисы убили уже двоих, — обгладывал ногу Кевина он, — а Убийца вышел из Игры — вот чего-чего, а этого никто не мог предположить. Он уже в двух Играх побеждал.
— Правда? — поразилась она.
— Фух… Вот как же с ним сложно.
— Ага, — сказала сонная Грен, — я спать дальше.
Весь следующий день они так и проспали.
Глава 6 Параллели
Келли сидела в кафе, ожидая своего нового парня. Она выделялась на фоне общей толпы своим нарядом — фиолетовое платье с корсетом в фиолетово-чёрную полоску, с одним рукавом-фонарём и юбкой из слоистой лёгкой ткани. А на голове — шляпка на ободке. Её лиловые глаза подходили этому платью так же, как и чёрные волосы, коротко постриженные, с неровной чёлкой, удлиняющейся к правому глазу. Вскоре он подошёл. Это был красивый парень с немного длинными чёрными волосами, забранными сзади в хвост. У него были ярко-синие глаза, в которых можно было утонуть, словно в озере. Одет он был более обычно.— Келли? — спросил он.
Она кротко кивнула, взаимно спросив:
— Кевин?
Он тоже кивнул, сев рядом.
— Надеюсь, тебя не смущает мой наряд? — спросила она.
— Ничуть. Он тебе очень идёт, ты в нём такая… ммм… симпатичная.
— Приятно это слышать.
Они долго говорили, а потом Кевин пригласил её в кино. На последнем ряду было очень удобно целоваться, им повезло — никто, кроме них, там не сидел. Но самое интересное было то, что фильм был кровавым хоррором про убийства.
— Кевин… — выдохнула она. — Пойдём… ко мне домой…
Он чуть странно приулыбнулся:
— Да…
Келли знала, а Кевин не знал. У него не было безумия, и он не мог чувствовать. А Келли чувствовала это желание… убить его! Ни с одним из парней, с которыми она проводила ночи, а потом убивала, такого ещё не было — она ещё никого не желала так убить, как его, и она предвидела, что произойдёт дальше.
Когда звякнул ключ, поворачиваемый в двери, они упали на пол прихожей. Но тут… он ударил её.
Келли очнулась у себя в комнате, наручниками прикованная к кровати. Она улыбнулась. Так вот что значит, «чувствовать Игрока»… Она сказала сладким голосом:
— Кевин! Я жду тебя…
Он услышал это из ванной. Кевин не предполагал, что она так отреагирует. С тех пор, как он попал на то сборище монстров и ему выпала карта Насильника, он начал опасаться многих людей.
— Кевин… — ещё раз позвал голос.
Руки его дрожали. Давай же, сделай это, как ты делал со многими девушками. Одной больше, одной меньше. Просто возьми пистолет и, когда наслаждение кончится, отправь жертву на тот свет, в чём проблема?
Он подошёл к ней.
— Ты ждала меня? Это прекрасно.
Он запустил руки в её волосы и обнял за талию. Она прошептала нежно ему на ухо:
— Кевин… я… Я так хочу…
— Продолжай, — сказал он, целуя её, но затем отпустил, чтобы она договорила.
И тут лицо её исказила безумная улыбка, в ярко сияющих глазах сузились зрачки, и, хотя она просто улыбалась, ему показалось, будто бы она вся в крови:
— … убить тебя!
И тут она быстрым рывком разодрала слабые цепи на наручниках. Из-под подушки она достала что-то блестящее. Это оказался странный кусок арматуры с бантом, привязанным чьей-то безумной рукой.
— Извини, красавчик, но моя единственная любовь — он! Железный Джек так прекрасен, особенно в чьей-то крови, — посмотрела она на свою арматуру.
Кевин достал пистолет. Револьер.
— Пули из моего Карателя тоже красивы только в чьём-то теле.
Келли рассмеялась:
— Так значит, Кевин Насильник? Я Келли Протыкатель, приятно было познакомиться…
Кевин начал стрелять нескончаемыми патронами из Карателя, но Железный Джек легко отбивал их.
— Хм, ты действительно думаешь, что маньяк-насильник может стоять наравне с маньяком-убийцей? — спросила она. — Но не бойся… В твои последние минуты я буду с тобой рядом… Ах, это же так романтично! — улыбнулась мило она и замахнулась загнутым концом арматуры, ударив Кевина по голове. Железный Джек с одного конца окрасился в алый цвет, повествуя о черепно-мозговой травме противника.
— Теперь и другой конец Джека тоже надо покрасить… — сказав это, она воткнула острый конец арматуры в живот Кевина. — Не бойся, милый. Я буду твоим самым близким человеком в последние минуты… — сказала она и села рядом с ним, улыбнувшись, вся в крови. Когда пульс окончательно утих, она опустила одну руку, что была в перчатке, в лужу его крови, и его кровью нарисовала на полу большое сердце. И улыбнулась, когда пришло чудовище, чтобы съесть труп.
— Как ты этого… — сказало оно, чавкая. — Сама-то как?
— Да ничего, как видишь, — осмотрела она себя. — Правда, краски на сердце оказалось маловато, так что оно незакрашенное получилось.
— Знаешь, я тебе скажу честно, что ты пока одна из сильнейших маньяков в Игре. За тебя болеет много моих друзей.
— О-о, так вы там уже ставки делаете? Ну и кто там впереди всех?
— Алисы убили уже двоих, — обгладывал ногу Кевина он, — а Убийца вышел из Игры — вот чего-чего, а этого никто не мог предположить. Он уже в двух Играх побеждал.
— Правда? — поразилась она.
Страница 20 из 52
