Бывают такие люди, что у них в машине работает только одна педаль — педаль газа. Потому что тормоза находятся в голове!
121 мин, 2 сек 3557
— Давай лучше не будем об этом, — предложил ему тот, тем самым, видимо, пытаясь как-то скрыть свою реакцию на это; реакцию, которая совсем неплохо походила на реакцию оборотня, принявшего прежний нормальный человеческий облик, но снегом на голову попрошенного поведать кое-кому из желающих о том, чем он занимался минувшей ночью полной луны (всё дело в том, что оборотень этот знал, чем он обычно занимается по полнолуниям; знал и ничего не мог с собой поделать).
— Не будем? А в чём дело? Что случилось? — удивился Пит, то ли разочарованно, то ли обиженно. Но в душе он просто ликовал.
— Ты что, мне, небось, специально хочешь испортить настроение? — любопытствовал он, кажется, уже начиная о чём-то догадываться (возвращать свои мысли с затянувшейся прогулки, как маленьких детей, да рассаживать по своим местам).
— Ну, зачем же? — ещё более зловеще протянул Питер. — Просто побольше хочу узнать о тех трёх залах. — Но, с другой стороны, он, как будто издевался. — Ты ведь не возражаешь?
— Да нет, ты специально хочешь испортить мне настроение, — обозлился он.
(мысли все возвращались «домой», но, как назло, опять места перепутали, в противном случае хозяин «дома» сею же секунду принял бы меры)
— Оно у тебя уже испорчено, — заметил ему Пит.
И тот пришёл в настоящий ужас, когда до него наконец-то окончательно дошло, что внутри у него действительно всё, словно протухло, а в глазах Питера Хьюрона, которого он вызвал из прошлого, что-то сверкнуло… И он увидел перед собой — всемогущим и суперчрезвычайным магом, ничтожественного себя из прошлого; и единственное, что у него удачно складывалось в данный момент, это впечатление о том, что это НИЧТОЖЕСТВО оказалось обыкновенным вампиром и высосало у него всю энергию… Теперь он сам чувствовал себя ничтожеством, но всего несколько секунд подряд.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Питера двойник настороженным голосом.
— То, что ты чей-то раб.
— Чей-то раб? — скривился тот, как идиот, который не понял ни бельмеса.
— Да, чьё-то убожество. Кто-то, тоже вот так вот, вызвал тебя из прошлого и сладкими россказнями заманил в это подземелье. И тебе теперь ничего другого не остаётся, кроме как исполнять его ЖЕЛАНИЯ. То есть, совершать убийства. Уничтожать женщин. Приносить жертвы своему МОНСТРУ…
Спустя эти несколько секунд, перед Питером из прошлого не было уже никого.
(почти никого)
В открытом гробу что-то находилось. И это что-то было пылью… или прахом, Питу не было до этого особого дела; он даже и не заметил перед собой совершенно ничего, тем более, когда всё его существо переполнило невообразимое желание.
НО ВДРУГ! «шевроле» его рванул с бешенной скоростью… Или это ему так показалось? Но настроение его было приподнято намного выше сверхъестественного.
(или это опять так только казалось?)
— Но ничего! — усмехнулся он, чуть ли не во весь голос, — сейчас я тебя отрегулирую под себя, как следует! — и посбавил газу.
Кукурузное поле было далеко позади.
Вступительная и сверкающая отражающимся утренним светом часть города, где Пит два-три дня назад оказался новичком, уже не летела ему навстречу со скоростью реактивного самолёта.
Питер Хьюрон этого сам хотел.
Когда он всё отчётливо воскресил в памяти, его охватило более могущественное впечатление.
Впечатление откладывается в сознании ненадолго. Но просыпается оно во сне…
Всю ночь Питера мучили кошмары… Дело в том, что он на них не надеялся; он надеялся на лучшее. Но неудачи со всеми бывают, кроме неудачников, что извлекают из них огромную выгоду.
Утром Питер думал о бессмертии:
Даже если человека в порошок стереть, бессмертие его всё равно не оставит в покое, — пришёл он к выводу. И эта мысль тоже не преминула оставить в его сознании опечаток. Ещё он размышлял над тем, как себя вести, если пыль (или пепел), замеченная им во время одного из кошмаров, в незакрытом гробу, вдруг начнёт соединять собой чей-нибудь образ.
Не досмотрев свой последний сон, он подскочил с дивана, как сумасшедший. Ещё ничего страшного не произошло, но ему почудилось, что эта чёртова пыль в гробу пытается высосать из него энергию.
— Не будем? А в чём дело? Что случилось? — удивился Пит, то ли разочарованно, то ли обиженно. Но в душе он просто ликовал.
— Ты что, мне, небось, специально хочешь испортить настроение? — любопытствовал он, кажется, уже начиная о чём-то догадываться (возвращать свои мысли с затянувшейся прогулки, как маленьких детей, да рассаживать по своим местам).
— Ну, зачем же? — ещё более зловеще протянул Питер. — Просто побольше хочу узнать о тех трёх залах. — Но, с другой стороны, он, как будто издевался. — Ты ведь не возражаешь?
— Да нет, ты специально хочешь испортить мне настроение, — обозлился он.
(мысли все возвращались «домой», но, как назло, опять места перепутали, в противном случае хозяин «дома» сею же секунду принял бы меры)
— Оно у тебя уже испорчено, — заметил ему Пит.
И тот пришёл в настоящий ужас, когда до него наконец-то окончательно дошло, что внутри у него действительно всё, словно протухло, а в глазах Питера Хьюрона, которого он вызвал из прошлого, что-то сверкнуло… И он увидел перед собой — всемогущим и суперчрезвычайным магом, ничтожественного себя из прошлого; и единственное, что у него удачно складывалось в данный момент, это впечатление о том, что это НИЧТОЖЕСТВО оказалось обыкновенным вампиром и высосало у него всю энергию… Теперь он сам чувствовал себя ничтожеством, но всего несколько секунд подряд.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Питера двойник настороженным голосом.
— То, что ты чей-то раб.
— Чей-то раб? — скривился тот, как идиот, который не понял ни бельмеса.
— Да, чьё-то убожество. Кто-то, тоже вот так вот, вызвал тебя из прошлого и сладкими россказнями заманил в это подземелье. И тебе теперь ничего другого не остаётся, кроме как исполнять его ЖЕЛАНИЯ. То есть, совершать убийства. Уничтожать женщин. Приносить жертвы своему МОНСТРУ…
Спустя эти несколько секунд, перед Питером из прошлого не было уже никого.
(почти никого)
В открытом гробу что-то находилось. И это что-то было пылью… или прахом, Питу не было до этого особого дела; он даже и не заметил перед собой совершенно ничего, тем более, когда всё его существо переполнило невообразимое желание.
НО ВДРУГ! «шевроле» его рванул с бешенной скоростью… Или это ему так показалось? Но настроение его было приподнято намного выше сверхъестественного.
(или это опять так только казалось?)
— Но ничего! — усмехнулся он, чуть ли не во весь голос, — сейчас я тебя отрегулирую под себя, как следует! — и посбавил газу.
Кукурузное поле было далеко позади.
Вступительная и сверкающая отражающимся утренним светом часть города, где Пит два-три дня назад оказался новичком, уже не летела ему навстречу со скоростью реактивного самолёта.
Питер Хьюрон этого сам хотел.
Когда он всё отчётливо воскресил в памяти, его охватило более могущественное впечатление.
Впечатление откладывается в сознании ненадолго. Но просыпается оно во сне…
Всю ночь Питера мучили кошмары… Дело в том, что он на них не надеялся; он надеялся на лучшее. Но неудачи со всеми бывают, кроме неудачников, что извлекают из них огромную выгоду.
Утром Питер думал о бессмертии:
Даже если человека в порошок стереть, бессмертие его всё равно не оставит в покое, — пришёл он к выводу. И эта мысль тоже не преминула оставить в его сознании опечаток. Ещё он размышлял над тем, как себя вести, если пыль (или пепел), замеченная им во время одного из кошмаров, в незакрытом гробу, вдруг начнёт соединять собой чей-нибудь образ.
Не досмотрев свой последний сон, он подскочил с дивана, как сумасшедший. Ещё ничего страшного не произошло, но ему почудилось, что эта чёртова пыль в гробу пытается высосать из него энергию.
Страница 33 из 33
