Пауль Огорзоф был необычный маньяк, ставший врагом германской нации. Много лет назад, аккурат к началу Второй мировой войны, руководство 5-го управления РСХА более известного, как «КРИПО» — криминальная полиция преподнесло Гитлеру подарок, наконец-то найдя в себе смелость сообщить любимому вождю, что в его родном Берлине бесчинствует маньяк и серийный убийца.
9 мин, 59 сек 17817
Пауль с отрочества был помешан на сексе: в итоге господские служанки разбили мальчишке камнем нос за то, что тот подглядывал за ними в бане. К слову, сломанный нос, помимо маленького роста агрессора, впоследствии поможет жертвам изнасилований опознать мучителя. В самом начале 1930-х, когда Огорзоф — в поисках лучшей дали и сбежав от отчима — подался в сердце Германии, он, по пути к новой жизни, потерял невинность в польском борделе, попутно приобретя «нехорошую болезнь». В общем, у парнишки были «соответствующие» задатки и априори ненависть к бабам, для развития которых требовались лишь надлежащие условия. Ими стали закон о светомаскировке,«цветник» одиноких женщин во Фридрихсфельде. А первый опыт с«коблой» сделал из дотоле неудачливого маньяка и насильника успешного серийного убийцу.
Пока же условий не было, Пауль обустроился в рейхе, женившись в 1937-м на продавщице Гетруде, она родила ему двух малышей, найдя работу помощника диспетчера в железнодорожном депо, расположенном на расстоянии станции от их с женой дома, и вступив в ряды национал-социалистической рабочей партии (НСДАП). Отметим легкость, с которой насильнику удавалось приглашать пассажирок ночных электричек и вагоновожатых в «предбанник смерти» — тамбуры, где маньяк бил куском свинцового кабеля жертвы, насиловал, а затем выкидывал из вагона. У первых маньяк требовал билеты, которые якобы«по инструкции гестапо не имел права проверять на местах», а вторых — вызывал для «коллегиальной беседы». Во всех случаях и во время охоты серийного убийцы в рабочем поселке форма имперского железнодорожника — тут нужно знать немецкий менталитет! — оказывала на жертв успокаивающее действие, и они просто не успевали защититься от ударов маньяка.
А теперь нужно прояснить читателю, который, возможно, счел, что 3 июля 1941 года именно Огорзоф попал в лапы полиции, оставив отпечаток ботинка во Фридрихсфельде. Конечно, Пауль не сидел за воровство и попытки изнасилования, и потому, как уже поняли самые внимательные, Гитлера просто-напросто ввели в заблуждение. На трупе немецкой фрау, убитой Огорзофом во Фридрихсфельде, всего лишь «поплясал» другой«маньяк» — Герман Хайман, тоже забредший в рабочий поселок отнюдь не с благовидной целью. Думаю, некоторые запутались в перипетиях этой необычной криминальной истории. Что ж, в нормально закрученном детективе так и должно быть. А для любителей быстрых отгадок поясним все«на пальцах». В то время как Пауль являлся в рабочий поселок ради изнасилований «валькирий», Герман Хайман совершал набеги во Фридрихсфельде ради воровства из домов. В роковой день два хищника едва-едва разминулись. Первый, Огорзоф, успел убить и изнасиловать девушку, именно в таком порядке! Второй, Хайман, возвращаясь к станции после очередного набега, обнаружил еще теплый труп и, пытаясь выдернуть из ушей жертвы Огорзофа золотые серьги, оперся коленом на грудь мертвой девушки, а поднимаясь, случайно оставил на ее платье в районе бедра «саламандровский» отпечаток. А учитывая то, что в Германии того времени обувь отпускали строго по талонам, вычислить кому принадлежит обувь не составляло больших проблем. По-видимому, Хайман, навсегда вошел бы в криминальную историю в роли«Берлинского монстра» и«персонального врага фюрера». Гестаповцы в течение получаса раскрутили вора не только на признания во всех убийствах и изнасилованиях, но и на «замысел покушения на вождя германской нации в ходе запланированного визита фюрера к столичным работникам Имперской железной дороги, если бы, не случай. Как раз через сутки после того, как фюрер отпраздновал разоблачение маньяка и мнимого» персонального врага«, один из полицейских заметил, как Пауль несколько часов без дела прогуливался у железнодорожного склада. Огорзоф пояснил, что хотел встретить знакомую, чтобы по её просьбе проводить её домой, так как муж женщины был в армии. Однако полицейский осмотрел униформу Огорзофа и обнаружил на ней пятна крови. Пауля Огорзофа арестовали по подозрению в убийствах.»
Следствие длилось недолго. Спешно вызванные в криминальный комиссариат уцелевшие свидетельницы уверенно опознали изверга. В его доме отыскались заготовки «дубинок» из злополучного кабеля. Казалось, все. Но Вильгельму Людке очень хотелось получить признательные показания от замкнувшегося монстра. И тут не обошлось без своеобразной полицейской экзотики. В комнату для допросов внесли поднос с черепами, якобы убитых женщин. Вскоре Огорзоф писал признание, по-свойски уличая собеседника в ряде неточностей. Полицай Людке допускал их преднамеренно, желая лишний раз убедиться, что на этот раз перед ним — действительно«персональный враг» Адольфа. А уже 24 июля 1941 года особое совещание Берлинского суда приговорило«многократного маньяка, убийцу и насильника, врага германской нации» к смертной казни через обезглавливание.
Пока же условий не было, Пауль обустроился в рейхе, женившись в 1937-м на продавщице Гетруде, она родила ему двух малышей, найдя работу помощника диспетчера в железнодорожном депо, расположенном на расстоянии станции от их с женой дома, и вступив в ряды национал-социалистической рабочей партии (НСДАП). Отметим легкость, с которой насильнику удавалось приглашать пассажирок ночных электричек и вагоновожатых в «предбанник смерти» — тамбуры, где маньяк бил куском свинцового кабеля жертвы, насиловал, а затем выкидывал из вагона. У первых маньяк требовал билеты, которые якобы«по инструкции гестапо не имел права проверять на местах», а вторых — вызывал для «коллегиальной беседы». Во всех случаях и во время охоты серийного убийцы в рабочем поселке форма имперского железнодорожника — тут нужно знать немецкий менталитет! — оказывала на жертв успокаивающее действие, и они просто не успевали защититься от ударов маньяка.
А теперь нужно прояснить читателю, который, возможно, счел, что 3 июля 1941 года именно Огорзоф попал в лапы полиции, оставив отпечаток ботинка во Фридрихсфельде. Конечно, Пауль не сидел за воровство и попытки изнасилования, и потому, как уже поняли самые внимательные, Гитлера просто-напросто ввели в заблуждение. На трупе немецкой фрау, убитой Огорзофом во Фридрихсфельде, всего лишь «поплясал» другой«маньяк» — Герман Хайман, тоже забредший в рабочий поселок отнюдь не с благовидной целью. Думаю, некоторые запутались в перипетиях этой необычной криминальной истории. Что ж, в нормально закрученном детективе так и должно быть. А для любителей быстрых отгадок поясним все«на пальцах». В то время как Пауль являлся в рабочий поселок ради изнасилований «валькирий», Герман Хайман совершал набеги во Фридрихсфельде ради воровства из домов. В роковой день два хищника едва-едва разминулись. Первый, Огорзоф, успел убить и изнасиловать девушку, именно в таком порядке! Второй, Хайман, возвращаясь к станции после очередного набега, обнаружил еще теплый труп и, пытаясь выдернуть из ушей жертвы Огорзофа золотые серьги, оперся коленом на грудь мертвой девушки, а поднимаясь, случайно оставил на ее платье в районе бедра «саламандровский» отпечаток. А учитывая то, что в Германии того времени обувь отпускали строго по талонам, вычислить кому принадлежит обувь не составляло больших проблем. По-видимому, Хайман, навсегда вошел бы в криминальную историю в роли«Берлинского монстра» и«персонального врага фюрера». Гестаповцы в течение получаса раскрутили вора не только на признания во всех убийствах и изнасилованиях, но и на «замысел покушения на вождя германской нации в ходе запланированного визита фюрера к столичным работникам Имперской железной дороги, если бы, не случай. Как раз через сутки после того, как фюрер отпраздновал разоблачение маньяка и мнимого» персонального врага«, один из полицейских заметил, как Пауль несколько часов без дела прогуливался у железнодорожного склада. Огорзоф пояснил, что хотел встретить знакомую, чтобы по её просьбе проводить её домой, так как муж женщины был в армии. Однако полицейский осмотрел униформу Огорзофа и обнаружил на ней пятна крови. Пауля Огорзофа арестовали по подозрению в убийствах.»
Следствие длилось недолго. Спешно вызванные в криминальный комиссариат уцелевшие свидетельницы уверенно опознали изверга. В его доме отыскались заготовки «дубинок» из злополучного кабеля. Казалось, все. Но Вильгельму Людке очень хотелось получить признательные показания от замкнувшегося монстра. И тут не обошлось без своеобразной полицейской экзотики. В комнату для допросов внесли поднос с черепами, якобы убитых женщин. Вскоре Огорзоф писал признание, по-свойски уличая собеседника в ряде неточностей. Полицай Людке допускал их преднамеренно, желая лишний раз убедиться, что на этот раз перед ним — действительно«персональный враг» Адольфа. А уже 24 июля 1941 года особое совещание Берлинского суда приговорило«многократного маньяка, убийцу и насильника, врага германской нации» к смертной казни через обезглавливание.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 3 из 4
