Марионетка

— Я посмотрел на телефон и опять уткнулся в монитор. Посидев за компьютером еще пару часов я взялся за остальную домашку. Вечером, поужинав, лег спать.

Ночью мне снился странный сон, словно мной кто-то управляет. Что я как обычно оделся, умылся, позавтракал, хотя на улице ночь и взяв фонарик, куда-то ушел. А потом темнота… такая уютная, что когда я проснулся на полу музея, я первые минуты ничего не понимал.

— Доброй ночи, Дмитрий — донеслось до моего сонного мозга, окончательно поняв что я сейчас лежу на полу нашего музея я встал и огляделся в поисках того кто со мной поздоровался.

— Ээ… кто вы?— так и никого не найдя я и не придумав ничего задал вопрос в пустоту.

— Демон.

— я включил фонарик так как темнота начала меня пугать. Луч фонаря выхватил из темноты силуэт человека, он сделал шаг ко мне и снял капюшон плаща. Этот демон оказался моей копии если не читать светящихся в темноте глаз и клыков.

— Что?! — крикнул я с испугу.

— Не кричите, Дмитрий вы напугаете их.

— Ээ… — я хотел сделать шаг назад, но не смог, так как я не мог контролировать свое тело.

— Вы хотите спросить, почему вы здесь?— галантно спросил мой собеседник.

— Угу.

— Кивнул я.

— Пошлите, я покажу.

— Демон поманил меня пальчиком, и я последовал за ним, дойдя, до марионеток мы остановились.

— Видите ли вы единственный в этом городе, чей голос нравится моим милым деткам.

— Он сделал выразительную паузу и продолжил, — Я хочу чтобы вы пели для моих деток.

— Луч фонаря выхватил из темноты близнецов. Увидев нас они потянули нашу сторону руки, а на их лицах играла улыбка, а в глазах искренняя верность. Посмотрев на них я сам начал улыбаться, но к несчастью стеклянный куб не давал им свободы.

— Спойте для них, они просят.

— сказал Демон исчезая в темноте.

А Элеонора все искала выход ощупывая холодное стекло их прозрачной тюрьмы, иногда она била своими маленькими кулачками стекло, на ее лице застыл страх. Ее братец так же искал выход, бил кулаками стекло, умоляющи смотрел на меня, и они заговорили. Нет, у них нету голосов они просто открывали свои рты, но я умел читать по губам, и понимал их. Не выдержав, я начал петь, пел я все, что приходило в голову, ведь страх сменился гневом. Пел все от банальной «в лесу родилась елочка», до хитов этих лет. Марионетки мне нравились, но и пугали. Они успокоились и потихньку начали засыпать медленно сползая вниз.