Простая прогулка стала роковой. Стала смертельной борьбой, где не должен был выжить ни один. И как так вышло, что мы стали этими мишенями? Участниками игры, в которой нет правил и законов. Кто из нас заключил сделку с дьяволом? Кто подписал смертельный приговор всем — кто был жив в самом начале? Посвящается моему другу Лёне Митенко... С Днем Варенья, дорогой.
79 мин, 41 сек 11508
Ночь. В комнате темно и прохладно. В широкое распахнутое окно врывается ветер, раздувая прозрачную тюль. Молодая женщина склонилась над колыбелькой, и легкая улыбка тронула губы. Ей хотелось потрогать это маленькое чудо, но она боялась потревожить чуткий сон ребенка. Сердце томилось сладкой радостью, и умиротворение медленно наливало все тело. Мужчина с растрепанными каштановыми волосами на цыпочках подошел сзади, обнимая Грейси за талию и ложа голову на плечо. Их ребенок, теперь их. То волшебство, которого им не хватало. Вот только что-то их тревожило, такое странное ощущение было внутри, да и разговор со старой женщиной не выходил из голов молодой пары. Каждый день перед сном девушка прокручивала весь диалог в уме и тут же запихивала его глубоко в сознание, чтобы следующим вечером снова вздрагивая вспоминать. Все это ужасно тревожило, но ведь ничего нельзя сделать… Ничего. Они могли бы податься в клиники, больницы и научные лаборатории, могли бы посетить экстрасенсов, гадалок, ясновидящих и провидящих, но ведь исправить ничего нельзя. А если они попытаются, что будет? И уже об этом было панически страшно думать, и девушка выкидывала все мысли, поворачиваясь на бок и обнимая мужа. Сейчас все хорошо, тепло и уютно. А что будет потом — не имеет особого смысла.
Мужчина — Энвентер, тоже постоянно думал и, хотя его мысли немного отличались от мыслей жены, он вспоминал все подробности и искал прореху, хоть какую-то лазейку. И чаще, не находя ничего, откидывал глупые мысли принимая объятия жены. В этот раз мысль пришла неожиданно, и кажется, была просто гениальной. Он так думал. Что, если сбежать? Да, так просто и так непредсказуемо. Сбежать так далеко, чтобы их не смогли найти. Убежать и жить спокойной жизнью. Не думать о том, что завтра их маленькое чудо проснется, и день не задастся. Вдруг что-то произойдет. Это ожидание… оно порой убивало и разрушало. Хотелось какого-то обычного спокойствия и бытности. А могло ли теперь это быть в их жизни? Хотелось бы в это верить. Мужчина не успел развить мысль до конца попадая в объятия Грейси, тепло прижимаясь к родному телу и отчего-то уже ничего в этом мире не было важно. Он завтра подумает над этим. Месяц мерцающе светил в окно сквозь развивающиеся шторы и окутывал двоих свечением, словно оберегая и показывая путь, стоит только присмотреться…
Сколько мы уже бродим по этому кладбищу пытаясь найти выход? Приносили бы эти поиски что-нибудь дельное. Я тащилась где-то в середине, впереди шел Майки успевая повернуть и направо и налево, но там ничего не оказывалось — статуи не было в зоне видимости. Если она вообще была, такое чувство, будто она нам всем сразу привиделась. Словно помешательство… массовое. Энгель терлась рядом, не отходя от меня и на десять сантиметров, а я старалась не отходить от нее. Руки давно заледенели и куртка не помогала. Да и как бы она помогла? Это не зимний вариант и сапоги я не одела, а кроссовки, которые хлюпали по сырой грязи. Какая гадость. От этих звуков внутри все сводило и мы лишний раз шарахались от своих же шагов. Позади шли Бени с Марис; поначалу просто терлись рядом, присматривая друг за другом и за нами, пока мы плелись с Энге впереди. Но потом Бенджамин неловко потянулся и их пальцы робко сплелись. Марис слабо улыбнулась, да и вообще улыбка вышла какая-то измученная. В такой-то ситуации! Чего можно было ожидать еще? Уже никто из друзей не был рад этой поначалу впечатляющей идее. Даже Макйл стал серьезен как никогда, а мне казалось, он будет забавлять всех, стараясь сделать так, чтобы никто не унывал, но нет. Наверное, ему и самому страшно. Или просто хочется поскорее найти выход. Никто не был бы против такой удаче. Джо тянулся где-то позади всех, завершая процессию. Он осматривал второй раз то, что мы прошли. Вдруг мы что-то упустили. Я обернулась: Бени с Марис шли рядом, грея ладони; парень успокаивающе водил большим пальцем по руке девушки. Мило… Больше я никого не заметила. Наверное, Джордж прячется за спинами.
Мы все шли и шли, но ничего не появлялось и ничего не происходило. Я уже начала подумывать, что мы останемся здесь навсегда и нас даже не найдут, потому что никто не знает что мы собирались сюда идти.
— Что нам делать? — прошептала Энгель.
— Искать выход и не отчаиваться. Знаю точно… мы его найдем. — успокаивала я подругу, потирая заледеневшие ладошки. Сама я не особо верила в положительные обстоятельства. Мне казалось, мы вообще здесь умрем. А еще я больше не могла тут находиться. У меня развивается клаустрофобия. За этим высоким забором мы были в клетке. И мне представлялось, будто за нами следят и думают: когда же они сдадутся? Когда не смогут держаться? Где истерики, где скандалы, ссоры и разделение по два человека и обещание встретится тут же через какое-то время? Им этого не хватало. Они хотели интриг, событий, неожиданных поворотов! Крови, в конце концов! Вот, кажется, я уже схожу с ума.
— Мне кажется, что за нами следят эти люди…
— Какие люди, Энге?
Мужчина — Энвентер, тоже постоянно думал и, хотя его мысли немного отличались от мыслей жены, он вспоминал все подробности и искал прореху, хоть какую-то лазейку. И чаще, не находя ничего, откидывал глупые мысли принимая объятия жены. В этот раз мысль пришла неожиданно, и кажется, была просто гениальной. Он так думал. Что, если сбежать? Да, так просто и так непредсказуемо. Сбежать так далеко, чтобы их не смогли найти. Убежать и жить спокойной жизнью. Не думать о том, что завтра их маленькое чудо проснется, и день не задастся. Вдруг что-то произойдет. Это ожидание… оно порой убивало и разрушало. Хотелось какого-то обычного спокойствия и бытности. А могло ли теперь это быть в их жизни? Хотелось бы в это верить. Мужчина не успел развить мысль до конца попадая в объятия Грейси, тепло прижимаясь к родному телу и отчего-то уже ничего в этом мире не было важно. Он завтра подумает над этим. Месяц мерцающе светил в окно сквозь развивающиеся шторы и окутывал двоих свечением, словно оберегая и показывая путь, стоит только присмотреться…
Сколько мы уже бродим по этому кладбищу пытаясь найти выход? Приносили бы эти поиски что-нибудь дельное. Я тащилась где-то в середине, впереди шел Майки успевая повернуть и направо и налево, но там ничего не оказывалось — статуи не было в зоне видимости. Если она вообще была, такое чувство, будто она нам всем сразу привиделась. Словно помешательство… массовое. Энгель терлась рядом, не отходя от меня и на десять сантиметров, а я старалась не отходить от нее. Руки давно заледенели и куртка не помогала. Да и как бы она помогла? Это не зимний вариант и сапоги я не одела, а кроссовки, которые хлюпали по сырой грязи. Какая гадость. От этих звуков внутри все сводило и мы лишний раз шарахались от своих же шагов. Позади шли Бени с Марис; поначалу просто терлись рядом, присматривая друг за другом и за нами, пока мы плелись с Энге впереди. Но потом Бенджамин неловко потянулся и их пальцы робко сплелись. Марис слабо улыбнулась, да и вообще улыбка вышла какая-то измученная. В такой-то ситуации! Чего можно было ожидать еще? Уже никто из друзей не был рад этой поначалу впечатляющей идее. Даже Макйл стал серьезен как никогда, а мне казалось, он будет забавлять всех, стараясь сделать так, чтобы никто не унывал, но нет. Наверное, ему и самому страшно. Или просто хочется поскорее найти выход. Никто не был бы против такой удаче. Джо тянулся где-то позади всех, завершая процессию. Он осматривал второй раз то, что мы прошли. Вдруг мы что-то упустили. Я обернулась: Бени с Марис шли рядом, грея ладони; парень успокаивающе водил большим пальцем по руке девушки. Мило… Больше я никого не заметила. Наверное, Джордж прячется за спинами.
Мы все шли и шли, но ничего не появлялось и ничего не происходило. Я уже начала подумывать, что мы останемся здесь навсегда и нас даже не найдут, потому что никто не знает что мы собирались сюда идти.
— Что нам делать? — прошептала Энгель.
— Искать выход и не отчаиваться. Знаю точно… мы его найдем. — успокаивала я подругу, потирая заледеневшие ладошки. Сама я не особо верила в положительные обстоятельства. Мне казалось, мы вообще здесь умрем. А еще я больше не могла тут находиться. У меня развивается клаустрофобия. За этим высоким забором мы были в клетке. И мне представлялось, будто за нами следят и думают: когда же они сдадутся? Когда не смогут держаться? Где истерики, где скандалы, ссоры и разделение по два человека и обещание встретится тут же через какое-то время? Им этого не хватало. Они хотели интриг, событий, неожиданных поворотов! Крови, в конце концов! Вот, кажется, я уже схожу с ума.
— Мне кажется, что за нами следят эти люди…
— Какие люди, Энге?
Страница 10 из 22
